Саломахин Константин Михайлович

1925 год

Автобиография

            Саломахин Константин Михайлович. Родился в 1900 году 15 марта в городе Кустанае в семье крестьянина. Отец занимался хлебопашеством и зимой извозчиком. Имел 3-4 лошади и 2-3 коровы. С увеличением семьи, а семья была следующая: это отец и мать, жена и восемь человек детей, жизнь становилась труднее и хозяйство постепенно приходило в упадок.

            Начинаю помнить свою жизнь с восьми лет. К этому времени нас детей было … человек, так что ко времени моего поступления в школу (девять лет) хозяйство отца настолько упало, что он не в состоянии был записать меня в школу министерства народного просвещения, где нужно было приобретать за свой счет учебники и пособия. Таким образом в 1909 году я попал на обучение в церковно-приходскую школу. С этого же приблизительно времени я стал, в свободное от занятий в школе время, помогать в работах отцу.

            Условия жизни в семье были не весьма благоприятные, так как отец в полнейшей зависимости (подчинении) у своего отца – моего дедушки, человека старого закала, религиозного до фанатизма и не терпящего никаких новшеств в жизни, как например: мне он определенно запрещал чтение научных и других книг кроме учебников, зачастую заставляя меня читать вслух религиозные книги и т.п. что конечно не безболезненно отразилось на моем развитии.

            В 1909 году я поступил в церковно-приходскую школу и окончил ее в 1913 году, проучившись в третьем отделении два года вследствие болезни брюшным тифом.

            В 1913 году по тем же причинам не имея возможности поступить в другую какую-либо школу, поступил в Кустанайскую второклассную учительскую школу с трехгодичным курсом, где проучился тоже четыре года, так как во втором классе меня оставили на повторный курс, как несовершеннолетнего и слабо занимавшегося по закону божьему и некоторым другим предметам.

            Окончил курс указанной школы в марте 1917 года и выпущен с удовлетворительным балом по закону божьему, церковно-славянскому языку и пению (по остальным предметам бал 4-5) только благодаря начавшейся революции. Любимым предметом в этой школе у меня была педагогика, так как я имел ввиду отдать себя работе в школе.

            Окончив образование в школе я столкнулся с вопросом о самостоятельной жизни, а следовательно с приобретением средств к существованию.

            Мне было предложено место учителя в одной из церковно-приходских школ Кустанайского уезда, но так как у меня еще за долго до этого сложилось определенно враждебное отношение ко всему церковному, в силу того, сто главными предметами (в принудительном порядке) у нас в школе считались закон божий, церковно-славянский язык, церковное пение и, что хуже всего обязательное посещение церковных богослужений я решил в церковно-приходскую школу не поступать, а затем занялся самообразованием под руководством одного из бывших своих учителей, имея ввиду выдержать экзамен при Кустанайском реальном училище на звание народного учителя школ Министерства народного просвещения, куда с имевшимся у меня образовательным цензом не принимали.

            Результаты мною были достигнуты положительные и в феврале 1918 года к великой моей радости получил желанный диплом.

            С 1 сентября 1918 года я получил назначение на должность учителя в поселок Казанский Чолаксайской волости, где прослужил до апреля 1919 года.

            В марте 1919 года был призван на военную службу колчаковским правительством, но по болезни, главным образом перелом левой ключицы, от несения военной службы вовсе освобожден.

            С водворением советской власти в Кустанайский уезд мне был дан перевод в школу поселка Осиповского Больше-Чураковской волости.

            К этому времени приблизительно вступил в РКП(б).

            Вступление в РКП(б) произошло приблизительно при следующих обстоятельствах: в сентябре 1919 года был созван съезд учителей Кустанайского уезда на котором между прочим подвергались очень длительному  и тщательному обсуждению новое положение учительства в советском государстве, вообще предполагавшиеся методы трудовой школы. Из этих обсуждений вытекли сильные споры между меньшей передовой (революционной) частью учительства и большей частью учительства и большей чуть ли не на 300% закоренелой интеллигенции с чуждыми рабоче-крестьянской революции взглядами. Я примкнул к первым. Таким образом учительство раскололось на два лагеря, в то время очень враждебных. Председателем революционного комитета товарищем Дружицким съезд был закрыт и старый союз учителей распущен.

            Меньшая часть учительства, в которой был и я, тесно сгруппировалась около товарища Дружицкого, тут же была зачитана программа РКП(б) утвержденная 8-м съездом партии и единогласно одобрена и принята. Так образовалась ячейка учителей сочувствующих РКП(б) (кандидатов), а затем не помню точно в апреле и в мае я был переведен в члены РКП(б).

            В осиповской школе я проработал до 23 февраля 1920 года, после чего был избран районным съездом работников просвещения в правление райотдела профсоюза и приблизительно в это же время получил назначение на должность заведующего п/о единой трудовой школы Больше-Чураковского РОНО.

            15 июня 1920 года на уездном съезде профсоюза работников просвещения был избран в правление уездного отделения профсоюза (в то время Челябинской губернии), где проработал в качестве секретаря правления до 15 октября 1920 года, после чего был послан на профессионально-политические курсы организованные Челябинским губпрофсоветом. Курсы окончил в первых числах марта 1921 года и прибыл в распоряжение Кустанайского губпросвета, откуда был командирован в Кустанайский Губполитпросвет в качестве председателя секции по работе в профсоюзах, там же совмещал должность секретаря Губполитпросвета.

            5 мая 1921 года, как рожденный в 1900 году и пользовавшийся отсрочкой взят на службу в Красную Армию. Сначала до первых чисел августа работал временно прикомандированным в отделение снабжения Губвоенкомата, а затем откомандирован в город Оренбург в 280 стрелковый полк, где и прослужил до 5 октября 1922 года на разных должностях писаря, фуражира, каптенариуса.

            С вступлением в настоящую военную жизнь совпал и мой выход из РКП(б).

            Определить точно причины выхода из партии я затрудняюсь, так как считаю это произошло в момент запальчивости на почве раздора с партийными работниками полка, чему отчасти способствовал появившийся в то время НЭП.

            Приблизительно дел обстояло так: меня стали назначать политруком роты, а я считая себя, в армии человеком новым и учитывая трудное положение армии вообще и плюс к этому отсутствие твердой дисциплины в армии нашел себя неподходящим на эту должность и категорически отказался. А так как опять таки предлагали занять должность политрука угрожая преданием партийному суду и исключением из партии, то я в порыве запальчивости, как неокрепший еще вполне политически, подал заявление об исключении из РКП(б) и был, конечно, исключен.

            В скором времени я раскаялся в своем мальчишеском поступке, но вернуть утерянное было поздно.

            После демобилизации из Красной Армии с 5 ноября 1922 года по 5 мая 1923 года служил в должности заведующего железнодорожным клубом станции Кустанай. К 5 мая 1923 года штатная должность заведующего клубом была упразднена и я до 5 сентября 1923 года был безработным.

            5 сентября 1923 года поступил делопроизводителем к помощнику прокурора по Кустанайскому уезду, а с 1 февраля 1924 года Губпрокурором был назначен на должность секретаря губпрокуратуры.

            В результате работы на данной должности ознакомился хорошо с той частью законов, с которой приходится сталкиваться в повседневной работе. Канцелярскую работу изучил хорошо.

            В работе профсоюза принимаю активное участие: в течение года состоял председателем комиссии по охране труда и в данное время состою членом экономико-производственной комиссии.

            Целесообразным использовать себя считаю по занимаемой должности так как к данной работе я хорошо привык и в будущем думаю еще усовершенствовать свои познания в этой области работы.

1925 год

ГАКО