• Narrow screen resolution
  • Wide screen resolution
  • Auto width resolution
  • Increase font size
  • Decrease font size
  • Default font size
  • default color
  • red color
  • green color
KOSTANAY1879.RU | Костанай и костанайцы! | Портал о городе и жителях
Главная arrow Новости arrow Ленинград - задача выжить

Ленинград - задача выжить

Печать E-mail
Автор Administrator   
01.02.2014 г.

"Арна". Газета костанайского района. №4. 31 января 2014 года

 

872 долгих дня длилась блокада Ленинграда в годы Великой Отечественной войны. Это единственный в истории пример, чтобы город с миллионным населением находился в блокаде более двух лет. Германская армия, пройдя через всю Прибалтику как нож сквозь масло, вышла на подступы к Ленинграду. С 8 сентября 1941 года начинается отсчет этих страшных для ленинградцев дней. Блокада была снята лишь 27 января 1944 года. И даже спустя 70 лет этот день остается по-прежнему дорог для тех, кто пережил ту страшную трагедию. Точной информации о потерях до сих пор нет. Считается, что погибло около 1 миллиона 200 тысяч ленинградцев, причем подавляющее большинство – от голода, пик которого пришелся на зиму 1941-1942 годов. В этот период были даже зафиксированы многочисленные случаи каннибализма.  Антонина Петровна Мажанова – одна из тех, кто жил в блокадном Ленинграде. И ей чудом удалось остаться в живых.

Антонина Петровна МажановаВолею судьбы 19-летняя девушка осталась в городе одна – родители по работе переехали жить в Финляндию. Как вспоминает Антонина Петровна, ее отец был очень грамотным человеком – работал заведующим магазином, а после – агентом по снабжению в адмиралтействе. А мама была торговым работником. Сама Антонина закончила учетно-экономический техникум и уже работала бухгалтером в Петрокрепости, когда началась блокада.

- Она началась со взрывов Бадаевских складов. Над городом летало много самолетов, была страшная бомбежка. Мы находились на работе, и, услышав взрывы, я забралась на окно и стояла – смотрела. Увидев это, капитан закричал: «Что ты делаешь, сейчас пустят очередь и все… Ну-ка слезай!». А я все равно смотрела. Склады горели всю ночь, а ведь там были запасы продовольствия на 20 лет. И потом мы ходили туда – собирали землю на месте склада, где хранился сахар, и сосали, она была сладкая. Однажды выдали нам по чекушке растительного масла. Есть его было не с чем, поэтому я просто поставила его на работе, достану – глотну глоток. Я часто думала о том, что фашисты – они ведь тоже были людьми, так почему же воевали с женщинами и детьми? Почему люди сотнями умирали, просто падая замертво на улице? – с горечью вопрошает Антонина Петровна.

К концу марта 1942 года состояние ее здоровья значительно ухудшилось. Антонина Петровна едва могла переставлять опухшие от голода ноги. Есть хотелось так сильно, что не брезговали ничем. Из домашних аптечек выбирали всё, что можно применить в пищу: касторку, вазелин, глицерин, из столярного клея варили суп и студень. В ход шли домашние животные, засохшие мушки. А однажды юная ленинградка настолько отчаялась, что решила вместе с подругой поймать и съесть мышь, но ничего не вышло. Антонина даже хотела устроиться на работу санитаркой, но обессилевшую девушку не приняли – она и сама-то едва передвигалась, куда уж ей носить раненых по этажам.

- Нам выдавали по 125 граммов хлеба. Как его есть? Я ломала стулья, ставила самовар и размачивала хлебушек в кипятке. А на дне стакана всегда оседал песок, который замешивали в тесто. Мы и мечтать не могли о каких-то гастрономических изысках – жмыху хотелось очень или клея столярного, – это еще как-то можно было достать. Один раз дали грамм 100 говяжьего жира. Есть его опять же было не с чем, поэтому просто запивали водой. А потом очень сильно кричали от боли – ужас, что было, еле выжили, а съели, – вспоминает она.

Проведя восемь месяцев в блокаде, девушка уже мало чем походила на себя прежнюю, и казалось, что и ее конец близок. Однажды так обессилела, что не смогла дойти до воды – пришлось по дороге есть снег горстями, чтобы хоть как-то утолить жажду. В конце марта 1942 года одна из знакомых упросила мужа – военного вывезти Тонечку из Ленинграда. «Она здесь погибнет. А вы ведь вывозите оборудование из города – возьмите ее с собой», – упрашивала она. Но, узнав о возможном спасительном отъезде Антонины Петровны из города, начальник долго противился. Дело было в том, что бухгалтер Петрокрепости умерла, и Антонине приходилось вести две картотеки – политуправления и склада.

- Ну, Кузьмина, 125 граммов пережила (паек хлеба), сейчас дают уже 400 граммов, – уговаривал ее начальник.

- Посмотрите, я ведь даже на второй этаж не могу подниматься, – была непреклонна она.

В путь взяла с собой пальто и одеяло, чтобы укрыть ноги, поскольку у нее не было валенок. Однако все равно было очень холодно, и тогда девушка попросила одного из попутчиков: «Дядечка, лягте мне на ноги», и не заметила, как он их отлежал. Ноги онемели, а когда начали отходить, от ужасной боли Антонина не смогла сдержать крика.

Привезли ее в населенный пункт под названием Починки. Здесь она устроилась работать на МТС бухгалтером, но узнав, что в Рязанское пехотное училище набирают девушек для учебы и им не хватает людей со средним образованием, сразу же предложила свою кандидатуру. И потом многие не верили, что она прошла там обучение, ведь это был пробный набор девушек на военную специальность. 3 января 1944 года, по окончании училища, она попросилась обратно в Ленинград, но он все еще был осажден. Тогда Тоня вспомнила, как в пути познакомилась с одной женщиной, которая лелеяла мечту отправиться в Костанай. «Там картошка есть!» – как о заветной мечте говорила она. Но бедняжка умерла в дороге, а вот Антонине повезло: ее направили в тот незнакомый город. Ехала на поезде, в пути у попутчика – старшего лейтенанта – спросила, на каком трамвае доберется до облвоенкомата.

- На 11, на 2, на 4 и на «му», — ответил тот.

И лишь прибыв в Кустанай, Антонина поняла, что здесь и речи быть не могло о трамвае, и все «маршруты» попутчика означали, что придется ей идти на своих двоих или добираться на быках – перед ней простиралась степь. Уже в Кустанае узнала она хорошую новость – ее родной город освобожден. Но и здесь ее жизнь не стала слаще.

- Хозяева, у которых мы жили на квартире, всегда половинили наш паек, поэтому хватало только на завтрак и на обед. Бабушка одна пожалела меня и говорит: «Тоня, давай я буду прятать твой паек». Но я отказалась – в той семье подрастали 4 девочки, и они тоже хотели кушать. И всю свою жизнь они вспоминали обо мне с благодарностью, – говорит Антонина Петровна.

Что касается работы, то ее и здесь ценили. Как-то, еще работая в областном военкомате, на экзамене Антонина поспорила с майором и оказалась права, ведь знала все 39 боевых уставов наизусть. И начальник военкомата похвалил ее за знания… и за бескорыстность.

- Знания прекрасные, а квартиры нет, только несчастный паек. Приходится скитаться по квартирам. А там что: богатые не пускают к себе, а бедные – обирают. Даже комбижир принесла на работу и тот из шкафа украли – уборщица со сторожем, – все знал ее непосредственный начальник!

Вскоре пришлось Тоне ехать в Свердловск на курсы по изучению немецкого оружия. Там она проучилась на одни пятерки, а по приезде узнала, что за отличные знания награждена немецкой комсоставской шинелью. За наградой пришлось ехать в город Киров, но Тоня не пожалела, что проделала такой путь. Ведь еще долгие годы та шинель ее выручала. Дело в том, что один из ленинградских портных, эвакуированных в Кустанай, сшил из нее прекрасное пальто, красоте которого завидовали многие модницы. Некоторые даже просили хозяйку продать его, но та была непреклонна – пальто продам, а сама в чем ходить буду?

Когда она работала с допризывной молодежью уже в селе Соколовка, ей в помощники дали Николая Мажанова, вернувшегося с фронта с тяжелыми ранениями обеих ног. Молодые люди и не заметили, как полюбили друг друга. 9 июня 1945 года они поженились, а уже в сентябре Антонина была демобилизована.

- Нам потом выдали большие деньги. Я поехала в Ленинград – прикупить вещей для себя и мужа. Помню, что ходила по родному городу с испугом, будто попала в прошлое. Все боялась, что попадется навстречу кто-нибудь с санками (так вывозили на кладбище умерших). Сразу вспомнилось, как разбомбили наш дом, как освещала маленькой свечкой свой путь, чтобы на лестнице случайно на труп не наступить, – вспоминает она.

Долгое время прожила семья в Соколовке. Там на свет появились девять ребятишек. И, как признается наша героиня, никогда бы, наверное, не покинули они ее, если бы не беда. Восьмилетний сын Антонины Петровны пошел гулять и пропал. Вдоль и поперек прошерстили озеро, находящееся поблизости с селом. Каждую корягу со дна подняли, но мальчика так и не нашли. Так уж получилось, что мимо того озера матери приходилось ходить по нескольку раз в день и каждый раз она заливалась горькими слезами. Материнское сердце не вынесло такого горя, и было решено перебраться в Костанай. Здесь они с мужем устроились работать на мясокомбинат. Николай Ильич проработал на нем 30 лет, Антонина Петровна – вдвое меньше. Когда вышли на пенсию, купили с мужем кооперативную квартиру. 2 787 рублей заплатили и еще 6 тысяч – мясокомбинат, руководство которого решило, что пенсионеры – ветераны войны, живущие на маленькую пенсию, должны иметь нормальные условия жизни.

Сейчас Антонина Петровна живет в Затобольске с семьей дочери. Есть еще один сын – он живет в соседней с нами России. Так получилось, что и сама она имеет российское гражданство. Каждый раз ко Дню Победы в Великой Отечественной войне она получает поздравительные открытки от президента России. И единственное, что тяготит Антонину Петровну – она не может получать медицинское обслуживание в центральной районной больнице. Приходится ездить в город в частную больницу, что в ее возрасте весьма затруднительно.

14 марта Антонина Петровна отметит свой 92-й день рождения. Но, несмотря на почтенный возраст, она помнит все события своей жизни так ярко, словно это было вчера. Слушаешь ее, и кажется – вот она, совсем еще юная Тоня, грациозно вальсирующая на танцевальных курсах. Но через миг воспоминания переносят ее на холодные улочки Ленинграда, где она во что бы то ни стало старается дойти до работы. А вот – она уже едет в товарном поезде в надежде выжить, и еще не знает, что ждет ее впереди, но надеется на лучшее. Такой уж у нее характер, закаленный бомбежками, голодом, постоянной борьбой за жизнь…

Жанна АЙТПАЕВА

 

Добавить комментарий


« Пред.   След. »

Из фотоальбома...


Совхоз Ворошиловский


Совхоз Убаганский


Мое начальство

ВНИМАНИЕ

Поиск генеалогической информации

Этот e-mail защищен от спам-ботов. Для его просмотра в вашем браузере должна быть включена поддержка Java-script

 Инструкция как перевести деньги на КИВИ-кошелек

 

 
 

Друзья сайта

      

Время генерации страницы: 0.276 сек.