• Narrow screen resolution
  • Wide screen resolution
  • Auto width resolution
  • Increase font size
  • Decrease font size
  • Default font size
  • default color
  • red color
  • green color
KOSTANAY1879.RU | Костанай и костанайцы! | Портал о городе и жителях
Главная arrow Новости arrow Воспоминания Азария Кузьмича Кияткина

Воспоминания Азария Кузьмича Кияткина

Печать E-mail
Автор Administrator   
20.11.2013 г.

2002 год

 

ВВЕДЕНИЕ

 

В начале 2002 года мною были составлены «Основные положения родословной семьи Кияткиных по воспоминаниям восьмого, девятого и десятого поколений». Весь материал размножен и разослан близким родственникам для внесения правок, дополнений и исправлений. Ни все братья и сестры прислали свои дополнения, пожелания и исправления. Жизнь коротка и в нашем возрасте времени остается все меньше и меньше. Поэтом я решил использовать имеющийся на то время у меня  материал.

            Будучи неоднократно в гостях у своих детей в Канаде и Америке, я рассказывал о своих родственниках моему младшему внуку Мише, который внимательно слушал, будучи совсем маленьким, и воспринимал это как обычный рассказ, но повзрослев он начал серьезно интересоваться родословной и стал задавать мне вопросы в основном о бабушках и дедушках. 1999 год, предпоследняя наша поездка в Америку к детям и внукам, он мне сказал: «Дедушка! Напиши, пожалуйста, о всех наших родственниках, мне самому интересно знать об этом. Мои дети и внуки не будут знать русского языка, я постараюсь перевести этот материал на английский и они тоже будут знать о своих предках.». Я был удивлен и рад, что Миша заинтересовался своей родословной (но, к сожалению, Миша читать и писать по русски не умеет (доп.2013г.)).

            При многочисленных встречах и беседах с моим отцом, я неоднократно просил его написать свои воспоминания солдата революции, участника трех войн. В 1986 году появилась рукопись, амбарная тетрадь, с его воспоминаниями. Этот материал мною было напечатано на машинке и передано всем братьям и сестрам. Таким образом, появился второй материал о моих родственниках, что стало основой  для продолжения дальнейших поисков.

            Тогда я решил начать оформление того материала, который был написан мною и нашим старшим поколение дедей Петром и моим отцом Кузьмой.

            У меня лично интерес к поискам данных о родственниках появился когда мне было уже более 60 лет. Умер мой дедушка Филипп, а бабушка, Прасковья Лавровна (Никитина), скончалась в 1932 году, когда мне было три года. О бабушке и дедушке по линии моей мамы ничего подробно не известно. Ее звали Наталия Кузьминична (Рогова), 1880 года рождения, умерла в 1920 году в городе Кустанае. Берестов Осип Филиппович, мой дедушка, родился в 1878 году по предположению в г.Кустанае. По рассказам родственников старшего поколения, он был из богатой зажиточной семьи. Как и все зажиточные крестьяне, был жаден на работу, но и увлекался алкоголем. Бывали запои, в это время он становился буйным и в порыве буйства он заколол вилами в своем дворе пристава. За расплату с приставом он был осужден и отправлен на каторгу. Там он и умер. Место смерти и захоронение не известны.

            Дом моего деда Осипа расположен на углу улицы Амагельды и __________. Двухэтажный нижний этаж был когда-то лобазом с полуметровыми стенами, второй из сосновых бревен, такие бревна я видел во многих небольших сибирских городах. Посетил я его в 1975 году. Выглядел он прилично, но по-видимому, за последние 100 лет его ни разу не ремонтировали. В нем проживало несколько семей.

            Когда я был молодым, я не мог понять почему мой отец говорил нам, что родители происходят от служащих, а не от зажиточных крестьян-кулаков. Я это понял значительно позже, когда прочитал воспоминания своего дяди Пети «Сага о Кияткиных Кустаная....», а также из информации, появившейся после 1990 года. Большинство моих родственников старшего поколения пострадали от правоохранительных органов Советской власти. Более семидесяти лет коммунистического режима породило в людях страх за свое будущее, поэтому многие в своих биографиях боялись писать правду о своих предках, тк.к детей капиталистов, зажиточнцых крестья, дворян, купцов и духовенства преследовали, ссылали в лагеря и не принимали в высшие учебные заведения. Это повлияло на сознание нескольких поколений не вспоминать и не думать о своих предках и тем более не собирать материалы и составлять родословную. И лишь последние два-три десятилетия, когда появились признаки распада советского государства, люди почувствовали свободу и не стали скрывать свое прошлое.

            Чем отличаются мои родственники от многих? Мои предки все были зажиточные крестьяне, а после революции превратились в кулаков. Что такое кулак? Кулак, по оценке моего отца, - это работящий мужик, крепкий, не пьющий, и сыновья не пьющие, и жен берут из работящей семьи. Кулак может на своем земельном участке работать до темна, до пота.

            Понятно у него породистые коровы, овцы, гуси и полдюжины гладких коней, в закромах большой запас зерна для питания и посевной на следующий год. Зачастую они имели большие семьи и основную часть работы выполняли своими силами. На таких как они в деревнях производилась основная сельскохозяйственная продукция России.

            Пока человек молодой, у него, как правило, много забот: учение, работа, бытовые, семейные дела и нет времени и желания заниматься сбором материалов о своих предках. Дожив до пенсионного возраста появляется больше свободного времени и желания узнать  более подробные данные о своих блиских и дальных родственниках. Но, к большому сожалению, старщшего поколяния, как обычно, нет в живых и поэтому приходиться собирать данные о своих бабушках и дедушках по воспоминаниям более молодого поколения.

            В начале 2000 года от восьмого поколения рода Кияткиных в живых было три человека: тетя Наташа, живущая в Алма-Ате, тетя Клава и моя мама, проживающие в Ташкенте. В январе 2001 года скончалась тетя Клава, а в январе 2002 года скончалась моя мама, таким образом в живых осталась только тетя Наташа, ей 96 лет. В таком возрасте многое забывается если не записывать в молодости.

            По роду своей работы, мне часто приходилось бывать в отдаленных районах от крупных населенных пунктов видеть и изучать то, что еще не описано для работы. Я всегда делал записи в своих полевых тетрадях. Но к сожалению, будучи в крупных городах Западной Сибири, Восточного Урала и республиках Средней Азии, я не задумывался о встречах с нашими родственниками, живущими в различных городах и населенных пунктах, указанных районах. Записи в основном связаны были с моей професиональной работой изыскателя, строителя-инженера и гидротехника.

            Я сожалею, что поздно взялся за изучение своей родословной. Прежде всего, я собирал материал для себя, для детей, для внуков и всех своих родственников. Когда вспоминаешь свою жизнь и близских родственников, ты словно переживаешь ее заново. Замечаешь закономерности своей судьбы и своих родственников со стороны, начинаешь обдумывать свои поступки и поступки своих родственников. Кроме того, материал может быть интересен друзьям и знакомым. Я уверен, если человек возметься честно вспоминать прожитые годы, то его рассказ будет интересен всем и не важно кем он работает милиционером, строителем, хлеборобом, шофером или машинистом – чесные воспоминания интересны всем, любопытно заглянуть в чужую жизнь, научиться чужому опыту и не повторять чужие ошибки.

            В предоставленном материале, описана производственная деятельность периода проживания в г.Ташкенте. По сложившимся обстоятельствам, приходилось менять местожительства: Казахтан, Узбекистан, Россия и Америка. В Ташкенте и России прошли самые продуктивные периоды жизни. В Ташкенте я проработал 19 лет, имел все необходимое для нормальной жизни: хорошую работу, прекрасную квартиру с капитальным гаражем во дворе, самую лучшую в то время машину ГАЗ-21-УС.

            Москва для меня была новым городом, но я быстро адаптировался в ней. Работал в одном из самых престижных институтов. По работе мне приходилось выезжать в кратковременные поездки за границу. 5 лет был экспертом в Организации объединенных наций. В Москве я проработал 27 лет. Мне предоставили 3-х комнатную квартиру. Построил несколько гаражей и дачу в Павло-Пассадском районе.

            При описании некоторых воспоминаний, мною были использованы следующие материалы:

- «Сага о Кияткиных Кустаная, записаная по воспоминаниям старших членов восьмой ветви генеологического дерева», Ташкент, 1967 г., П.Ф.Кияткин;

- «Воспоминания солдата революции, участника первой мировой, гражданской и Великой отечественной войны», Ташкент, 1981-1986 гг., К.Ф.Кияткин;

- Выписки из записных книжек за период с 1953 по 1997 годы, А.К.Кияткин;

- Записки, сделаные во время личных встреч с родственниками.

            Все, что представлено в предложенном материале, написано мною, что я видел, слышал, читал об Афганистане. Я не уверен, что все написано идеально, есть неточности и скудные записи о нашем молодом поколении. Я не обладаю литературными способностями.

Материал никто не корректировал.

Большую помощь в печатании материала оказала Светлана Калиш.

Кустанай. Дом купца Кияткина. Фото В.А.Середенко. Восьмидесятые годы ХХ века

Дом купца Кияткина

 

Генеологическое дерево рода семьи Кияткиных

Генеология – от греческого слова – родословная вспоминальная историческая дисциплина изучающая родословную.

Генеологическое идерево – родословная рода, изображенная в виде дерева мужская часть сохраняющая фамилию (Словарь иностранных языков).

Родословная рода Кияткиных имеет следующий вид (Схема1). Восемь поколений рода Кияткиных кратко были описаны моим дядей Петром Филипповичем в материалах ««Сага о Кияткиных Кустаная», Ташкент, 1965г.». Девятая, десятая, одиннадцатая и двенадцатая ветви описаны пишущим эти воспоминания, по матнриалам присланным родственниками из разных стран и разных городов России.

Наверное я, многоуважаемые мои родственники, так же как и Петр Филиппович заскучал и залюбопытствовал по моим многочисленным многонациональным членам нашего рода, потерявшим связи в отдельные периоды Советского строя. Наверняка и кто-то из внуков , правнуков спросит, кто были дедушки моего дедушки, бабушки моей бабушки. Внуков своих я вижу и знаю, правнуков возможно дождусь и увижу и услышу. Вот по этим соображениям, я решил продолжать описание родословной Кияткиных. В отличии от моего предшественника я решил добавить самую главную и самую любимую женскую половину рода Кияткиных. Всем извесно, что в воспитании молодого поколения больше всего принимали участие мамы и бабушки. Я осознавал и понимал, что понноценный материал с учетом всех членов семьи собрать очень трудно. Поэтому генеологическое дерево рода Кияткиных дополнено родственниками, сохранившими фамилию. Для полноты и учета всех членов семьи составлены блок-схемы, где учтены мужчины и женщины. Таких блок-схем составлено 14 штук и по мере возможности написаны краткие биографические данные. Этот материал с большим количеством фотографий (рукопись на 180 страницах). По материалам Петра Филипповича кратко описаны от первого до восьмого поколения. Генеология от восьмого до двенадцатого поколения не описаны так как за последние 55 лет на свет появилось новое молодое поколение. После распада Советского Союза, большинство родственников уехали за границу и связь с ними терялась.

По счастливой случайности, мне удалось разыскать родственников от третьего поколения от Ивана Сергеевича. У Ивана было три сына – Павел, Андрей и Трофим. Андрей - уехал за Волгу, у него был сын Антон, у Антона было два сына  - Александр и Николай. Николай – уехал в Томск, а Александр в Санкт-Петербург, у Александра было три сына – Александр, Борис (1953-1994 гг.) и Ростислав. У Ростислава два сына – Владимир (1953 г.р.) и Александр (1955 г.р.). У Бориса два сына – Александр (1959 г.р.) и Анатолий (1950 г.р.), оба эти сыновья живут и работают в Америке. С Анатолием я встречался.

Кроме этого появились другие родственники, но след их теряется между пятым и шестым поколением.

Никита Александрович (1914-1956 гг.) имел сына Ивана (1932-1993 гг.). У Ивана два сына – Сергей (1957 г.р.) живет в Москве и имеет сына Федора (1994 г.р.), а Никита (1958 г.р.) с сыном Иваном (1979 г.р.) живут в Америке.

За последние два десятилетия у девятого, десятого и одиннадцатого поколений появились дети мужского пола, которые занесены в генеологическое дерево рода Кияткиных. В помещенной ниже таблице 1, прослеживается последовательность родословной всех двенадцати поколений рода Кияткиных.

С рождением двенадцатого поколения рода Кияткиных – Матвея, изменился статус девятого, десятого и одиннадцатого поколений. Дима стал папой, Евгений – дедушкой, а Азарий – прадедушкой.

 

Генеология рода Кияткиных

Таблица 1

№ п/п

Имя и отчество

Годы

Какое поколение

Примечание

1

Михаил (Атя)

1680-1756

Родоначальник

76 лет

2

Даниил Михайлович

1750-1828

Второе

78 лет

3

Сергей Данилович

1780-1856

Третье

76 лет

4

Иван Сергеевич

1804-1899

Четвертое

95 лет

5

Петр Иванович

1835-1916

Пятое

81 год

6

Павел Петрович

1858-1921

Шестое

63 года

7

Филипп Павлович

1874-1963

Седьмое

89 лет

8

Кузьма Филиппович

1901-1993

Восьмое

92 года

9

Азарий Кузьмич

1929-

Девятое

 

10

Евгений Азарьевич

1954-

Десятое

 

11

Дмитрий Евгеньевич

1974-

Одиннадцатое

 

12

Матвей Дмитриевич

2012-

Двенадцатое

 

 

Период с 1680 по 2013 год – 333 года

1.     Детство и юношеские годы

 

В пожилом возрасте, на склоне лет своих, трудно вспомнить все. Что было в жизни. Годы, дела и события выветрили из памяти многое, особенно относящееся к детству и юности. Запоминаешь лишь то, что забыть нельзя. Дом в поселке Рыспай, Казахской ССР, Кустанайского округа, Затобоцского района, где я родился 17 ноября 1929 года, стоял на центральной площади. Был он построен в период переселения русских и украинских деловых людей с Волги и Украины. Фасадной стороной он выходил на центральную площадь.

Крестили меня в местной церкви, по настоянию моего деда Филиппа, имя мне выбрали по святцам, на этот день приходились имена Азарий, Акакий и Ананий, хорошо, что мне дали имя Азарий, а не Акакий.

Запомнил я свое место рождения по рассказам моих родителей, а в зрелом возрасте я побывал на своей родине. Дом, где я родился, разрушили, остался только гордо стоящий «журавель» колодца, выкопанного моими предками. Посидел на полусгнивших бревнах, представил себе как 50 лет тому назад, была оживленная жизнь во дворе. Напился воды, той воды, которую пили мои родители.

Отца моего, как и большинство зажиточных крестьян могли раскулачить и отправить в Сибирь, но он во время выехал на юг страны, в солнечный и жаркий Узбекистан в одну из самых южных точек Советского Союза, Термез на границе с Афганистаном.

Во многих дворах поселка была скотина, птицы, а в амбарах запасы муки и зерна. Дети ели сытно, на учебу выезжали в г.Кустанай. В поселке не было бедняков, в основном все трудились, выращивали сельскохозяйственную продукцию.

Родители мои были не из богатых, но жили по сравнению с другими значительно лучше. Имели свое подсобное хозяйство: корову, овец, кур. Отец работал в сельском Совете, получал приличную зарплату. В то время в сельскую местность по решению Советского Правительства, присылали партийных работников, так называемых  25 тысячники. Отец мой работал с Гречко (дядя будущего министра обороны) и Межуевым. Взаимоотношения у него с ними были очень хорошие и они к нему относились с уважением. Ему было сказано: «Кузьма забирай свою семью и спокойно уезжай, так как следующие на раскулачивание, такие как ты».

1930 год, июль месяц. Вся наша семья, состоящая из 4 человек, и тетя Клава поехали в Термез. На поезде Челябинск - Полторацк (так назывался в то время Ашхабад). В Когане пересадка. Билеты достали с трудом в один вагон, но все места в разных купе. Была невыносимая жара, женщины ныли от духоты, за ними должен был уход. Мне было шесть месяцев. Мать кормила меня грудью. Я совсем ослаб в дороге. Женщинам помогали попутчики, привыкшие к жаре. Добравшись до г. Термеза нас встретили, приехавшие раньше нас женщины из России, работники банка. Глядя на меня, они немедленно вызвали врача, так как я не подавал признаков жизни. Врач осмотрел меня и сказал «он ничем не болен, а просто истощен от голода». Общими усилиями, хорошим питание и уходом, умирающего меня оживили.

Я благодарен родителям и тем, кто спас меня от смерти. И вот уже мне 72 года, я жив и здоров. Постараюсь собрать материалы о своих предках, Большой семье Кияткиных, дальних родственниках, однофамильцах и, конечно, о своей жизни. После двух революций наши предки разъехались по разным городам, республикам и странам. Таким образом, в шестимесячном возрасте я совершил свое первое путешествие с севера Казахстана в самую южную часть Узбекистана.

Привыкшие к умеренному климату северного Казахстана, мы болезненно привыкали к резкому изменению климата, к жаре. Недаром есть в народе такая поговорка «Есть в Союзе три дыры: Термез, Кушке и Мары». Жизнь в Термезе до школьного возраста помню смутно. Несколько раз меняли место жительства. Последняя наша квартира была на улице 8го Марта, на окраине города в сторону  речного порта на реке Амударье.

Хорошо помню наш двор, состоящий из 2х частей. По-видимому, в нем до революции был Караван сарай. В первой части двора, по периметру, располагались отдельные комнаты, простые примитивные глинобитные помещения. В середине двора был колодец. Со стороны улицы были высокие деревянные резные запирающиеся ворота. Справа от ворот был туалет и помойная яма.

Вторая часть двора была более просторная, огороженная высоким глинобитным забором. Во втором дворе были более благоустроенные комнаты с верандой, выход из комнат был на территорию второго двора. Веранда была просторной и широкой, так как большую часть времени проводили на ней. Выходы из всех комнат были отдельные, как в настоящем мусульманском доме - женские и мужские половины. Электрического освещения не было. Пищу готовили на керосинках, а в теплое время во дворе на самодельных мангалах, сделанных из старых жестяных ведер.

Наша комната была на границе между первым и вторым дворами. Через нашу веранду был проход во второй двор. Проехать на транспорте во второй двор невозможно. Наша семья из 6 человек ютилась в маленькой комнате с прихожей, выход из которой был на веранду. В жаркое летнее время мы в основном находились на веранде, где стоял стол и скамейки. Жители 2го двора проходили мимо нас. В первом и втором дворе никаких зеленых насаждений не было. Наш отец решил вместе с нами посадить на территории первого двора, вблизи существующего колодца, несколько фруктовых деревьев. Климатические и почвенные условия для выращивания фруктовых деревьев идеальные - единственный недостаток - отсутствие воды. Часть жителей двора скептически относились к этой затее, говорили: «Ничего у Вас расти не будет». На что он отвечал! «Деревья я сажаю вместе со своими детьми, приучаю их к труду. Они будут за ними ухаживать. Качать воду из колодца, а, кроме этого, они будут ответственны за сохранность деревьев». На протяжении нескольких лет мы постоянно поливали посаженные нами деревья. Как их сложилась судьба после нашего отъезда мне неизвестно.

Жить в одной небольшой комнате было ужасно. Отец решил сделать пристройку к нашей комнате размером 4x5 м. Мы сами своими силами делали из глины кирпичи, укладывали их в стены, построили комнату с двумя широкими окнами, выходящими во второй двор. Во дворе построили просторный сарай для коровы, коз и хранения корма для животных. Кроме коровы и коз мы одно время разводили кроликов. Затея была хорошая, но результат плачевный. Расплодилось их так много, в основном они жили в сарае без клеток, выкопали они себе норы, мы не могли всех их выловить.

Начиная с 1955 по 1967 годы мне неоднократно приходилось работать в Афганистане и многие организационные мероприятия приходилось решать в пограничных городах Термезе, Кулябе, Кирках Келифе и Нижнем Пяндже.

            Будучи в г.Термезе мне было интересно побывать в том дворе, где прошла большая часть моих дтских и юношеских лет. Больших изменений во дворе не произошло, тот же двор, глинобитные постройки по периметру двора. Мне так хотелось увидеть то дерево около колодца, которое мы посадили в детстве. Колодец остался, а дерева не было. По-видимому, кроме нас, его никто не поливал оно высохло.

            Жители во дворе все новые. Никто нас не помнит. Глинобитные строения, двор и новые люди на меня произвели неприятное впечатления. Однако я рад, что побывал во дворе, впомнил многие детали жизни в этом дворе.

            Начиная с 1935 года, дошкольного возраста и до отъезда в Ташкент в 1946 году мы обеспечивали себя продуктами питания, дровами и кормом для животных в основном своим коллективным трудом. В весенне-летние и осенние периоды животных кормили в основном сочными травами, добывали их на хлопковых полях и отходами от бахчевых культур. Зимой использовали заготовленное сено и закупали отходы хлопковых маслозаводов (жмых). До начала Великой Отечественной войны мы в достаточном количестве имели молоко, мясо и все необходимые продукты питания. Кроме нашей семьи в Термезе жили тетя Клава, дядя Вася и семья Степаненковых: Андрей, Мария и их дети Виктор, Миша и Александр. Было хорошее спокойное время. Как правило, осенью раз в месяц, когда резали поросенка или барана, собирались все родственники вместе. Готовили хорошие мясные блюда. После обеда, как правило, ходили гулять в парк и обязательно фотографировались. Я не помню, чтобы на столе были спиртные напитки.

Зимние периоды всегда бывают тяжелыми, с наступлением весны дела немного налаживаются. Появляются в большом количестве сочные травы для скота, хорошо ловится рыба в реке Сурхам и в разливах первой пойменной террасы реки Амударьи. В глубоких понижениях, заросших камышом, водилась крупная рыба, а в реке Сурхан  много водилось усачей, сазанов, сомов, жерехов и изредка попадалась рыба скафирингус. Случались дни удачные, и мы делились рыбой с соседями и родственниками.

Нам, ребятам, особенно нравилось ходить ловить рыбу не р.Сурхан - эта река не является пограничной, а река Амударья пограничная с соседним Афганистаном. Бывали случаи, нас увозили на заставу как нарушителей границы. Дорога на р.Сурхан шла по песчаному грунту, через старое заброшенное кладбище. В жаркие летние дни песок раскалялся до высокой температуры, и невозможно было идти нормально. В детские годы, начиная с ранней весны и до поздней осени, мы ходили без обуви в легкой рубашке и трусах. Бывало, что участки дороги с раскаленным от солнца песком, преодолевали короткими перебежками. В минуты отдыха приходилось снимать трусы и подкладывать их под ступни ног. Таким образом, мы добирались до Катта Арыка (большого канала), проложенного по верхней кромке пойменной террасы. Далее появлялась растительность, и постоянно был влажный грунт.

Помимо заготовки сена, дров мы ловили в пойме реки Сурхан змей, ящериц, а в развалинах старых глинобитных стен скорпионов, сдавали их в Термезский зоопарк, за что получали небольшое денежное вознаграждение.

В школу я пошел в семилетнем возрасте. Учебу в начальной школе я помню смутно. В довоенное время, и особенно в маленьких городах после окончания учебного года не фотографировались. Учительницу начальных классов я не помню. Помню хорошо школу. Она расположена была за парком культуры. Одноэтажное,  длинное помещение с небольшим двором. Учеба мне давалась трудно. Я был неусидчивый, больше внимания уделял дворовым играм и с малых лет помогал родителям по хозяйству. После окончания начальной школы меня перевели в среднюю школу имени Карла Маркса, построенную на центральной площади г.Термеза. Это была современная по тем временам 4х этажная типовая школа.

1941 г. Началась Великая Отечественная война. Период с 1941 по 1946 годы для нашей семьи был тяжелым. В начале войны отца призвали в Красную Армию. Мы остались с безграмотной мамой четверо детей. Самому старшему было 13 лет, а младшей сестре 4 года. Уроки приходилось учить урывками, а иногда и не было времени. Кроме заготовки кормов для наших животных нам приходилось пасти скотину с нашей улицы. За что нам в основном и платили натурой - хлебом или продуктами. Развлечений никаких не было. Но мы не забывали заниматься спортом. Во дворе мы установили настоящие брусья и турник, позаимствовали их из заброшенной школы рабочей молодежи.

Жизнь была тяжелая, особенно много забот было у нашей мамы. Нигде работать она не могла, так как на ее иждивении были четверо несовершеннолетних детей, да и по домашнему хозяйству было много дел. Учитывая ее неиссякаемое трудолюбие, она вместе с нами справлялась и кроме этого постоянно продавала на базаре наши скромные вещички, а затем научилась продавать вещи знакомых и даже незнакомых людей. К скромному денежному вознаграждению за участие нашего отца солдата на фронте мы имели дополнительные деньги. Я сейчас не помню, но за солдата платили мизерные деньги. Если бы он был офицер, то мы получали бы приличную сумму. Нам было жаль мать, и мы своим детским умом понимали, что ей трудно.

Отец нас не баловал, но был требовательный. Один раз он задал мне такую порку. Что я запомнил ее на всю жизнь. Мы в небольшой компании решили покурить. Сигарет и папирос в нашем доме никогда не было. Во втором дворе, за нашим сараем, мы нашли конский навоз, сделали из газеты косоворотку, засыпали сухим навозом и по очереди начали затягивать дым в рот. Было неприятно, мы кашляли, плевались, но чувствовали себя взрослыми. Придя домой, отец почувствовал запах дыма. Пришлось признаться, за что была хорошая порка. Мне уже восьмой десяток, я не курил и никогда о куреве не думаю.

Помню в детстве, отец брал меня с собой на работу. В его артели была сосредоточена вся пищевая промышленность. Я любил смотреть как готовят лимонад, как печется узбекский хлеб - чурек, как на виду поджаривают лепешки в тандыре.

Мне больше всего нравилось рано утром ходить в пекарню за большими, хорошо поджаренными, хрустящими, душистыми лепешками. Мастер был большой и толстый узбек. На голое тело был одет белый халат, почему то без пуговиц. Он легкими движениями раскатывал комочек теста, не как на продажу, а значительно тоньше. Укладывал на толстую жесткую рукавицу и почти наполовину своего туловища влезал в раскаленный тандыр (печь), прилеплял ее к стенке, и так повторялось пока вся печь была заложена лепешками.

Готовые испеченные лепешки он вытаскивал из печи специальной деревянной палочкой с крючком на конце. Получив 5-6 лепешек, он заворачивал мне их в большую белую тряпку и в таком виде я их доставлял к завтраку.

Мне в нашей семье выпала доля добытчика продуктов. Начиная с 10 летнего возраста и до отъезда в Ташкент, я постоянно выезжал в районы Сурхан-Дарьинской области за продуктами питания. Привозил оттуда муку, рис, мясо и т.д. Кроме получаемого хлеба по карточкам приходилось добывать хлеб коммерческий. Но за ним всегда были большие очереди. Мне удавалось пролезать между ног и несколько раз покупать хлеб. Когда бывали перебои с хлебом, то мы часто пекли свой хлеб из 50% жмыхового отсева и 50% пшеничной муки. Тогда нам казалось, что он очень и очень вкусный, но твердый.

В школьные годы учеников направляли на сбор хлопка. Учился я не очень хорошо, но хлопок собирал лучше всех. Будучи на сборе хлопка в колхозе «Пограничник» мне выдали премию телогрейку и кирзовые сапоги. Руководство школы посоветовало мне выступить на собрании и сказать: «Свою премию я отдаю в фонд обороны страны и прошу телогрейку и сапоги отправить на фронт» Так я и сделал. И гордился тем, что помог своим вкладом победить немцев.

В период Великой Отечественной войны основное городское население страны получало продукты питания по карточкам, а крестьяне, составляющие тогда основное население страны, питались большей частью картошкой и овощами со свои приусадебных участков.

            Карточки в свою очередь делились на три разряда: для «иждивенцев» (всех неработающих), «служащих» - полуторная норма и «рабочих» - двойная норма. Норма хлеба – основного тогда продукта питания составляла четыресть, шестьсот и восемьсот граммов в день. Карточка представляла собой лист бумаги, разграфленный на клеточки по дням месяца. Одна хлебная, другая продовольственная с клетками, в которых значилось: мясо (оно же рыба), масло любое, крупа (она же макароны). Норма всего перечисленного измерялась считаными граммами в день. Карточки получали обычно по месту прописки, а отоваривались в ралспредилители – специальные магазины, где при покупке отрезали от карточки одну клетку. И не дай Бог, если карточку потерял или украли! Зарплата тогда исчислялась несколькими сотнями рублей, дневная норма питания укладывалась от пять до двадцати рублей, а на рынке буханка хлеба стоила до 100 рублей, бутылка водки – 500 рублей.

В 1944 году мне исполнилось 14 лет. В это время на фронтах Великой Отечественной войны немцы несли большие потери, и наша Красная Армия ускоренными темпами продвигалась на запад. Молодежь Советского Союза была патриотически настроена, и каждый школьник считал своим долгом вступить во Всесоюзный Ленинский Комитет Советской молодежи.

Январь месяц - электрического света в городе нет. Городской комитет комсомола располагался в одноэтажном доме на ул.Первомайской. Поздно вечером при свете керосиновой лампы я зачитал свое заявление: «Прошу принять меня …. Хочу быть в передовых рядах молодежи …. и быть преданным ВКП (б)». Заявления всех были стандартные, только разница была в фамилии и, получив комсомольский билет, я был горд тем, что я с этого дня комсомолец.

До 1953 года я постоянно занимался общественной работой, начиная от групорга и кончая секретарем комсомольской организации и членом факультативного и институтского комитетов комсомола.

Своих одноклассников я помню очень смутно. Единственное, что у меня сохранилось - фотография 9го класса. Во время войны в Термез были эвакуированы мирные жители с западной территории Советского Союза.

Директор школы - Лерман Белла Юрьевна, учитель математики - Николай Кузьмич, остальных учителей я полностью восстановить их имя отчество и фамилию не могу. Из бывших учеников 9го класса на протяжении всей жизни мне приходилось встречаться только с двумя или тремя одноклассниками. С Борисом Лерманом в Термезе, а с Истоминым Борисом в Москве. Работал он в то время в Центральном Комитете КПСС в отделе сельского хозяйства. Встречались с ним всего один раз. После окончания войны большая часть учеников разъехалась по всему Советскому Союзу.

По инициативе руководства журналов «Новый мир» и «Памир», была организавана экспедиция «Арал 88». Цель экспедиции исследовать причины гибели Аральского моря, как можно узнать, увидеть, услышать, а потом рассказать обо всем общественности и читателям журналов. В состав экспедиции входили писатели, журналисты, экономисты, экологи, врачи, юристы, корреспондены газет, киногруппа из шести человек и я – единственный инженер-гидротехник, представитель Министерства мелиорации и водного хозяйства Советского Союза. Срок работы 3 месяца.

            Маршрут: Москва, Душанбе, Хорог, Ош, Андижан, Фергана, Ташкент, Чимкент, Кзыл-Орда, Ароллек, Нукус (через пустыни Кзыл-Кумы), Муйнак, Ашхабад, Нипетдаг, Кзыл-Атрек, Ашхабад, Мубарек, Карши, Ширабед, Термез, Душанбе, Москва.

            За три месяца работы экспедиции были интересные встречи с секретарями ЦК партии Узбекистана, Таджикистана, Туркмении, секретарями обкомов партии и с рабочими и колхозними. Было написано большое колличество статей об Арале и водном хозействе бассейна Арал.

            Мне хочется вспомнить нашу встречу в школе имени Карла Маркса в городе Термезе, которую я окончил в 1946 году. В этот период в школе заведующей учебной частью работала моя сестра Нина. Была намечена программа встречи учеников с бывшим учеником и писателями. Были выступления двух писателей и я рассказал о моей учебе в школе. Учченики с бользшим внимание прослушали выступления. В местной областной газете юыла напечатана статья «Встреча серез 40 лет». Мне было приятно посмотреть классы, в которых я занимался, вспомнить своих учителей и годы, проведенные в школе.

Летом 1946 года, после демобилизации отца вся наша семья переехала в г.Ташкент. Первое время мы жили на ул.Поркентской в доме № 41 у моего дяди Петра Филипповича. Вопрос о моем дальнейшем обучении обсуждался очень активно. Жена дяди Пети, Богданова Александра Леонидовна, настаивала на том, чтобы я продолжал учебу в лучших школах города - школы № 118 и 50. Документы были сданы в школу № 118, расположенную в районе Асакинской. Но, к сожалению, я разочаровал своих родственников тем, что эта школа была не для меня. Через месяц я вынужден был добровольно перейти в школу № 55 на улице Паркентской. Я предчувствовал, что меня скоро выгонят из лучшей школы города. Даже в школе на окраине города я не мог нормально учиться. Подготовка Термезской школы была очень и очень слабой, а самостоятельно я совершенно не занимался. Иностранного языка у нас в школе не было (пограничный город и всем знавшим немецкий или английский языки разрешение на въезд в город не давали).

Немецкий язык преподавала пожилая учительница Амалья Ивановна. Она предложила мне за 1ую четверть освоить учебник 5го класса, за вторую - 6го класса, за третью - 7го и т.д. Когда я выходил отвечать, а я ничего не знал, весь класс кричал: «Амалия Ивановна поставьте ему тройку» - она мне ставили тройку. За год обучения немецкому языку я на всю жизнь выучил два предложения:

«Анна унд Марта фарен» «Анна унд Марта баден».

Очень строгая и хорошая учительница была по литературе и русскому языку Соболева Анна Ивановна, но даже она не могла привить мне любовь к литературе. Позже лет через 25-30 я с ней встречался. Работая уже в Москве. Она была уже старенькая, но выглядела неплохо, всегда с папиросой во рту. Рассказал я ей о своей жизни, о некоторых успехах в производственной работе. Она меня выслушала и сказала: «Если бы ты больше уделял внимания чтению художественной литературы, ты мог бы достичь большего».

Школу я кое-как закончил. Дальше надо было думать о дальнейшей учебе. В послевоенный период очень модно было продолжать учебу в военных училищах или военных институтах. Я подал документы в летное училище им.Чкалова в г.Куйбышеве и в высшее военно-морское училище им.Жданова в г.Ленинграде. Ответа не было. И я решил попытаться поступить в Среднеазиатский Политехнический институт на энергетический факультет. Конкурсы были, но не на все факультеты. Вступительные экзамены принимали с небольшими строгостями, а участников войны принимали без экзаменов.

Кроме иностранного языка, я все экзамены сдал. А по немецкому получил двойку. Пересдавать я не пытался, так как ничего не знал. Проходной бал на энергофак был 16, а я набрал 15. Вместо энергофака мне предложили строительный факультет по специальности водопровод и канализация или гидротехническое строительство. О водопроводе и канализации я имел малейшее представление, а о гидротехническом строительстве не имел никакого представления. Выбрал я гидротехническое строительство и не ошибся.

В период Великой Отечественной войны большинство жителей Ташкента получили небольшой участок земли, где в свободное от работы время выращивали пшеницу, кукурузу и джугару. Наш дядя Петя имел небольшой участок земли на правой стороне улицы Шота Руставели на окраине парка Кирова. В то время от ул.Саперной и до автобусной станции Самарканд был пустырь, ни одного большого дома не было.

В осенний период, как я помню, мы серпами выкашивали созревшую пшеницу, примитивным способом обмолачивали, зерно превращали в муку. Мельниц в то время в Ташкенте было много.

Кроме этого небольшого участка, не далеко от Ташкента в местечке «Красный водопад» у нашего дяди Пети было опытное хозяйство по выращиванию племенных коз. В летнее время мы выезжали туда, собирали грецкие орехи, абрикосы и джиду. Кроме этого нам нравилось вывозить с полей скошенную и высушенную траву. Вывоз осуществлялся простым деревенским способом - волокушами. Несколько больших веток в нижней, толстой части связывали между собой. Получались сани из веток. Запряженная в эти сани лошадь выезжала в поле, на сани укладывалась солома, привязывалась веревкой и волоком доставлялась к месту складирования. На месте складирования веревка отвязывалась, лошадь вытаскивала волокушу из-под стога сена. Нам очень нравилось верхом на лошади ездить за сеном. Работали мы с большим старанием, и нам было приятно слышать похвалу старших. Собранные абрикосы мы сушили на чердаке большого дома на ул.Степана Разина, 12, соблюдая технологию сушки фруктов. За период сушки два раза фрукты окуривались серой.

Первые два года обучения в институте, в основном, я занимался спортом и общественной работой. К занятиям относился не серьезно. Постоянно принимал участие в различных соревнованиях между факультетами и институтами, больше всего мне нравилась гимнастика. Достиг я второго разряда. Без ремней мог выполнять упражнение, в состав которого входило солнышко. По легкой атлетике и плаванию у меня третий разряд. А по боксу у меня никакого разряда не было. Наш тренер в первый бой выпустил меня с опытным третьеразрядником - бой продолжался не более 2х минут. Меня нокаутировали и на этом занятие боксом прекратилось.

Будучи активным комсомольцем, я постоянно был членом комитета комсомола факультета. А один год был членом комитета института.

Серьезно я начал заниматься на третьем курсе, когда по программе начались специальные предметы. Больше всего мне нравились предметы, связанные с организацией и производством работ.

После третьего курса нас послали на строительство горьковской ГЭС на р.Волге. Я попал в бригаду на строительстве железной дороги от Балахны до гидроэлектростанции. В основном приходилось работать на строительстве мостовых переходов и железобетонных труб под железнодорожным полотном. Прораб на строительстве был украинец Сабко, а рабочие в основном были заключенные, к работе они относились без особого желания. Среди них были старшие, которые заставляли работать остальных.

Первая производственная практика многое мне дала. Я своими глазами увидел грандиозное строительство на р.Волге. Ознакомился в техническом отделе строительства с документацией не только по данной стройке, но и со схемой энергетического строительства на всем протяжении реки от верховья до устья. Кроме того впервые на рытье котлованов для мостовых опор применялись игло-фильтровые установки. По возвращении в Ташкент я выполнил курсовой проект с применением этих установок, за что на городском смотре студенческих работ получил грамоту.

После четвертого курса производственную практику проходили на строительстве Молотовской гидроэлектростанции на р.Каме (ее переименовали в Пермскую ГЭС). Большая часть группы осталась на строительстве электростанции, а мы с Аркадием Смирновым поехали на Чусовской карьер. От г.Молотова до карьера пришлось добираться на местном поезде. Помню, что в купе было по меньшей мере около 20 человек. В пути были несколько часов, и всю дорогу пришлось ехать стоя.

На Чусовском карьере работал на строительстве водопровода к поселку. Зачислили нас на должности прорабов с окладом 980 руб. - по тем временам это был большой оклад. Буханка хлеба стоила 18 копеек. Мясо от 1,5 до 2х рублей. У меня в бригаде было более 100 человек, заключенные девушки и женщины. С первых дней я договорился с ними при мне не материться и выполнять все мои указания. А Аркадий с ними шутил, они его не слушались и при нем матерились. Вместо одного месяца мы проработали 3 месяца. Заработали приличную сумму денег.

По возвращении в Ташкент мы приступили к обычной студенческой жизни. Жил я дома у родителей, но часто бывал у своих однокурсников в общежитии, которое располагалось на ул.Пролетарской, в основном мои однокурсники жили в большой комнате примерно на 20 человек. Затем, когда построили общежитие, вблизи института на улице Ульяновская, разместили по 4 человека в комнате. Кровати были в два этажа.

В суровые послевоенные годы, когда стране нужно было много хлопка, большая часть городского населения выезжала на сбор хлопка. Начиная от учеников старших классов и кончая пенсионерами. Оплата за сбор хлопка была мизерная. Рабам в капиталистических странах платили больше, чем нам.

Период сбора хлопка в городах и кишлаках Средней Азии напоминает мертвый сезон. На два-три месяца закрываются двери школ, институтов и учреждений. В половину мощности работают заводы, фабрики, запираются двери райкомов и горкомов: все на хлопке под палящим солнцем. Школьники, студенты, кормящие матери, старики, врачи и учителя. Никому никаких поблажек и скидок. Среди руководящего состава предприятий в Узбекистане родились поговорки: хлопок не посадишь - тебя посадят, хлопок не уберешь - тебя уберут. В эти дни все говорят только о хлопке, все следят за сводками    выполнения плана ежедневно в газетах публикуются показатели сбора за день и нарастающим процентом по областям. А один раз в неделю публикуются сведения по районам. Газеты, радио, телевидение служат одному богу - хлопку.

Две трети сельских жителей работают в хлопководстве. Потомственный чабан, искусный садовод или виноградарь, гончар или чеканщик сделались поневоле хлопкоробами. Принуждение и страх гонят людей в хлопковые поля. Страх и принуждение, но не заработок. У сборщика хлопка заработок очень низкий, а труд изнурительный и монотонный, 10-12 тысяч раз нагибается человек, пока выполнит дневную норму. А чтобы собрать 100 кг, за которые платят 5 рублей, надо нагнуться 25 тысяч раз. Адская сорокоградусная жара, отравленные ядохимикатами растения и земля, безводье разрушительно сказываются на здоровье человека, особенно женщин и детей.

Студенты дольше всех работали на хлопковых полях. Обычно, сбор хлопка начинается с середины сентября и заканчивается в конце декабря. Студентов всегда обманывали. Срок пребывания на сборе хлопка составлял от 10 дней до 80-90 дней.

Хорошо мне запомнился 1950 год, когда нас студентов направили на сбор хлопка на 10 дней. Норму десятидневную я выполнил за 4 дня, и меня отпустили домой. Затем студентов задержали еще на два месяца. За это время я отработал на сборе хлопка за своего отца 15 дней. Получил приличную сумму. Затем меня попросили отработать 15 дней за главного инженера резинотехнического завода Шаузеца. Он мне оплатил за каждый день пребывания в колхозе 150 рублей и плюс то, что я заработаю на сборе хлопка (моя месячная стипендия была в то время 350 рублей). После этого меня попросили отработать на хлопке за начальника цеха этого завода 15 дней. Оплата такая же. За это время к родителям неоднократно приходили представители института с требованиями возвратиться в колхоз на сбор хлопка. Они всегда отвечали, что он в колхозе на сборе хлопка. Я действительно работал на хлопковых полях. В конце ноября месяца меня поймали, и я был вынужден возвратиться в колхоз, где работали студенты нашего института. Отработав 7 дней, нас вывезли домой. Этих семи дней мне было достаточно, чтобы завшиветь. Жили студенты обычно в коровниках. Спали на соломе. Вспоминая, сейчас удивляюсь, как, все-таки безжалостно обращались со студентами с дешевой рабочей силой.

Сбор хлопка мне давался легко. Я мог без особого труда за рабочий день выполнить две - две с половиной дневных нормы. Для побития рекорда мне пришлось один день работать без перерыва на обед, и хлопок на приемный пункт относили выделенные мне помощники. Рекорд был установлен: 4,5 - 5 дневных норм. Для улучшения работы на сборе хлопка мною была разработана методика. Я никогда не пользовался фартуками, выдаваемыми колхозом. У меня был свой брезентовый мешок. Привязывал я его всегда ниже поясницы, так чтобы при наклоне он не висел у меня на спине. Низ мешка опирался на ступни моих ног, и когда в нем набиралось приличное количество хлопка, я его передвигал ногами. В мешок помещалось до 15-20 кг. Нагибаясь вниз, я собирал с куста весь созревший хлопок, подымаясь вверх собирал с другого куста и т.д.

На протяжении пяти лет обучения в институте нас ежегодно направляли на сбор хлопка сроком от 30 до 60 дней.

1952 год. Пятый курс я закончил успешно. Предметы были, связанные с производственной деятельностью. Последние два года обучения в институте я постоянно принимал активное участие в работе научно-технического общества. Интересовался новыми достижениями в гидротехническом строительстве.

Дипломный проект у меня был связанный с реальным объектом, намечаемом к строительству - Тахиаташский гидроузел на р.Амударье.

Самая большая, трудоемкая и дорогостоящая работа на существующих гидроузлах среднеазиатских рек, где мутная вода - очистка донных наносов. Разрабатывая дипломный проект, я применил новую конструкцию - криволинейная песко-струйная ловушка, позволяющая смывать в нижний бьеф донные наносы без дополнительного расхода воды на промывку.

Защита проекта прошла успешно. Примерно за 5-6 месяцев до окончания института был набор молодых специалистов на строительство «Великих строек коммунизма» - гидростанций на р.Волга, на сибирских реках, а также на проектирование и строительство «Главного Туркменского канала» от Тахиаташского гидроузла на р.Амударье и до Каспийского моря.

Проектирование и строительство «Великих Строек Коммунизма» осуществлялось силами Министерства Внутренних дел Советского Союза, так как на строительстве использовалась дешевая рабочая сила - заключенные.

В нашем институте со строительного факультета был набор специалистов по гидротехническому строительству. Чтобы попасть на строительство этих объектов, необходимо было пройти тройное собеседование. Из 4х ГРУПП гидротехников примерно 100 человек. Первое собеседование отсеяло 40 человек. Второе собеседование не прошло еще 10 человек. После третьего собеседования, которое проходило в здании министерства внутренних дел Узбекской ССР осталось 20 человек, в число которых вошла одна девушка - Ломоносова.

Студенческая жизнь закончилась 20 декабря 1952 года. После месячного отпуска нужно было приступать к работе.

Во время учебы в институте. Отец постоянно внушал мне, что необходимо более серьезно относиться к учебе (это в первые два года).

Последние напутственные слова моего отца были таковы:

«Зорик запомни два основных правила в жизни:

          Живи сам и давай жить другим

          Не очень радуйся своими успехами и не очень огорчайся от своих неудач»

 

Всю жизнь я придерживался и следую его советам. 1953 г. Январь месяц. Свадьба. Моей женой стала Андрусенко Мария Яковлевна, с которой я познакомился в 1949 году и на протяжении 4х лет я всегда был с ней, а когда уезжал, то всегда она была в душе со мною. О нашей дружбе и любви будет написано отдельно.

 

2.     Производственная деятельность

 

По распределению меня направили на работу в Ташкентский филиал Гидропроекта  МВД СССР по проектированию Главного Туркменского Канала на должность старшего техника с окладом 980 рублей в месяц. По существующему в то время закону молодой специалист обязан в течение 3х лет отработать в той организации, куда его направили. За самовольный уход с работы могли привлечь к уголовной ответственности с отбыванием в местах не столь отдаленных до трех лет.

Наш филиал располагался на ул.Привокзальной в доме № 22. Одноэтажное большое старое здание на берегу реки Салар. Это был небольшой сплоченный военной дисциплиной коллектив, возглавляемый Жуковым Петром Михайловичем. Всем нам было присвоено военное звание от лейтенанта до полковника. Заместитель у Жукова П.М. был подполковник Трофимов  «Настоящий солдафон, нахальный, безграмотный, но очень и очень энергичный».

Работа в военизированной организации продолжалась недолго. После смерти «отца всех народов Иосифа Виссарионовича Сталина» 3 марта 1953 г. наш филиал был ликвидирован 10 мая 1953 г. Всем специалистам, работающим в филиале, предложено было по выбору остаться в Ташкенте и перейти в Гидроэнергопроект  Министерства Энергетики СССР или переехать в Куйбышевский (г.Куйбышев) и Московский филиал (г.Солнечногорск). Часть специалистов пожелала переехать в Россию. Им оплачивалась дорога, выплачивались подъемные, оплачивался провоз багажа, и по месту работы предоставлялась квартира.

Я дал согласие на переход в проектный институт Министерства Энергетики. В то время он располагался на Пролетарской улице рядом с летним кинотеатром "Хива".  Двухэтажное помещение с хорошим двором, где моими первыми наставниками были замечательные люди Кожевников Милий Григорьевич и Калиш Моисей Михайлович.

Директором Среднеазиатского Отделения института «Гидроэнергопроект» был Моисеев Борис Яковлевич. Главный инженер Горский Юрий Ильич.

1954 год, лето. Первая самостоятельная командировка в г.Ангарск в Тайшетский леспромхоз по вопросу срочного получения 10 вагонов круглого и 2 вагона пиленого леса.

В 1953 и 54 годах Комиссия народного контроля ЦК КПСС производила повсеместные проверки расходования денежных средств на командировочные снабженцев, выколачивающих материальные ценности, выделенные Госпланом СССР. Госплан СССР рассылал во все организации разнарядки на материалы, оборудование, снаряжение, автотранспорт и т.д. Для получения выделенных материальных ценностей велись бесконечные переписки, а заканчивалось тем, что посылался «толкач», в обязанности которого входило любыми путями заполучить выделенное по разнарядке.

Строго было запрещено посылать своих представителей по таким вопросам. А жизнь не остановилась. Строить, выполнять изыскательские и научно-исследовательские работы надо.

И вот наше руководство послало меня, как молодого специалиста из отдела организации и производства работ якобы для изучения опыта выполнения работ трелевочных тракторов на заготовке леса в Тайшетском леспромхозе. Меня конечно на заготовке леса не ждали.

            Из Ангарска я выехал в Тайшетский леспромхоз,  где находились большие запасы круглого и пиленого леса. Началось с того, что надо заполучить 10 вагонов для круглого леса и 2 крытых вагона для пиленого.

Большими усилиями я справился с первой задачей. Вагоны необходимо было поставить под загрузку на склад леса. Вагоны поставили, а их не загружают. Появился представитель бригады грузчиков. Обращаясь ко мне, он спросил: «Хозяин. Как будем загружать, за наличные или бесплатно?» Конечно, бесплатно, так как я приехал, имея только деньги на питание, проезд и гостиницу. Очень жаль! Тебе придется немножко пожить в наших условиях и от этой поездки ты будешь иметь одни убытки. Мы могли бы тебе помочь заработать большие деньги». Как Вы можете помочь мне заработать большие деньги? Очень просто! И пояснил он мне как дважды два четыре.

«Хотя вагоны не резиновые, но мы в них пиленого леса загрузим на 5-6 кубических метров больше, а кругляка на открытые платформы загрузим с большой «шапкой». В Ташкенте ты получишь на 50-60 кубических метров леса больше, а лес, особенно пиленый у вас на вес золота».

Не получив от меня положительного ответа и соответственно денежного вознаграждения бригада вынуждена была загрузить вагоны, так как железнодорожную ветку с порожними вагонами занимать нельзя. В Ташкенте и на строительстве Черванской гидроэлектростанции лес был получен во время и в нужном количестве.

За 15 дневное пребывание в командировке, мне несколько раз приходилось посылать телеграммы с подробным описанием технологии выполнения работ трелевочных тракторов на заготовках леса. Это было вызвано тем, что в этот период времени в институте работала комиссия, в задачу которой входили вопросы рационального использования командировочных расходов.

Составляя отчет о расходовании денежных средств, мне пришлось написать подробный технический отчет о работе тракторов на заготовках леса, за что получил денежное вознаграждение и благодарность от руководства института.

Быстро и хорошо справиться с получением леса и доставки его по назначению помог мне опыт, полученный мною в период Великой Отечественной войны по добыче продуктов питания для нашей большой семьи.

Кроме благодарности и денежного вознаграждения я обогатился опытом и получил жизненный урок - как надо решать большие дела с небольшими денежными вознаграждениями. В дальнейшей моей производственной деятельности мне много раз приходилось решать крупные технические и жизненные вопросы за небольшие вознаграждения и подарки. Пример. В кабульской полиции мне пришлось дать «бакшиш» (взятку) 25 тысяч афгани и дело 4х наших специалистов было решено. Они остались продолжать работу.

1954 год. Комсомольский возраст на пределе. Меня уговаривали подать заявление в партию. Я долго обдумывал это предложение и, посоветовавшись с отцом, решил вступить в Коммунистическую партию Советского Союза. Для поступления в партию необходимо было: характеристика за подписью директора предприятия, секретаря партийной организации, председателя местного комитета и для комсомольца подпись секретаря комитета комсомола. Кроме характеристики необходимо иметь три рекомендации. Рекомендацию мне дали:

Девиллере Борис Петрович - замдиректора института,

Ионова Валентина Ивановна - начальник спецчасти.

Первоначально принимали на расширенном заседании партийного комитета, затем на общем партийном собрании института. Все документы передавались в райком партии, который ознакомившись с документами, назначал день приема. В райкоме партии могут задавать любые вопросы, а самое главное надо знать Устав Коммунистической партии Советского Союза.

В этот период времени инструктором в райкоме партии, ответственным за наш институт, была Прошина Любовь Кузьминична, мама Богопеловой Азы Юрьевны - это бывшая первая моя любовь после окончания школы. На заседании райкома партии она зачитала все мои характеристики и рекомендации и от себя добавила: «Я его знаю давно и хотела бы, чтобы он был моим родственником. Но получилось так, что моя дочь вышла замуж за другого». После этих слов меня единогласно приняли в партию, не задав ни одного вопроса.

Пятидесятые годы - это годы бурного строительства крупных гидроэлектростанций на реках Средней Азии - Чарвахская на р.Чирчик, Нурекская на р.Вах ш и Тогтогульская на р.Нарын и многих более мелких гидроэлектростанций, плотин и каналов. За два года работы в отделе организации и производства работ принимал участие в разработке проектов Перепадной, Чавванской ГЭС и других мелких объектов.

После окончания института я наметил перспективный план работы, который мне на 70% удалось претворить в жизнь. Заключался он в следующем:

   Пять лет поработать в проектном институте - познать тонкости проектных работ.

          Пять лет поработать на изыскательских работах. Вникнуть и на себе испытать, как и в каких условиях выполняются наиболее трудные полевые изыскания для обоснования проектируемых гидротехнических сооружений.

          Следующие пять лет - проработать на крупной стройке. Непосредственно на самом строительстве мне не суждено было работать, но я в тесном контакте со строителями выполнял изыскательские работы на крупных стройках под рабочее проектирование.

          Затем несколько лет проработать в научно-исследовательском отделе.

Жизнь немного подкорректировала мои планы. В 1955 году в одном из первых проектно-изыскательских институтов Советского Союза - институте Гидропроект был призыв «Молодых и энергичных гидротехников привлечь на работу в изыскательские партии и экспедиции». Из большого коллектива проектировщиков добровольно дали согласие 6 человек во главе с заместителем директора Девиллерсом Борис Петровичем. Это Пирумов Константин Тамразович, Бурцев Юрий Павлович, Еремеев Геннадий Николаевич, Кияткин Азарий Кузьмич и еще один, судьба которого мне неизвестна.

Все специалисты инженеры-гидротехники, получив неоценимый и богатейший опыт, работая в тяжелейших условиях при производстве изыскательских работ, в дальнейшей своей производственной деятельности добились хороших результатов. Все они работали за границей, а затем их пригласили на работу в Москву.

Девиллерс Борис Петрович - был начальник Главка в Министерстве Мелиорации и водного хозяйства СССР. Неоднократно был руководителем контракта в Афганистане и на Кубе. Скончался в 1984 году.

Пирумов руководитель сектора в Государственной Экспертной Комиссии при Госплане СССР, был главным инженером комплексных изыскательских экспедиций, Главным специалистом по изыскательским работам института по переброске части стока сибирских рек в Зауралье, Казахстан и Среднюю Азию.

Бурцев Ю.П. - неоднократно выезжал на работу за границу в Афганистан, Кубу. Был Главным специалистом в институте «Союзводпроект».

Еремеев Геннадий. При оформлении документов для поездки на работу за границу трагически погиб.

Кияткин А.К. - 4 раза был руководителем и заместителем руководителя контракта в Афганистане. Выезжал в кратковременные командировки на Кубу, в ЮАР - Ботсвану,  Швейцарию, был главным инженером проекта, 4 года был экспертом в Организации Объединенных Наций, ушел на пенсию в 1997 г. с должности начальника отдела перспективного проектирования института «Совинтервод».

С начала 1955 года началась моя работа, связанная с изыскательскими работами под обоснование проектов крупных гидротехнических строек в Средней Азии, Афганистане, а в дальнейшем на Кубе, Казахстане, Зауралье и Западной Сибири.

На протяжении 15 лет я неоднократно принимал участие в полевых изыскательских работах в пустынях Кара-Кумов и Кызыл-Кумов, Колахари (ЮАР), Дажти Марго (пустыня смерти), Дажти Наумид (пустыня отчаяния), пустыни северного Афганистана, высокогорных районах Средней Азии, горах Гиндукута (пойдешь не вернешься) и многих необжитых регионов срединного региона Советского Союза. Это на севере Ледовитый океан, на западе горные хребты Урала, восточное побережье Каспийского моря, на юге граница с Ираном и Афганистаном, на востоке восточная граница областей западной Сибири.

За это время встречался и непосредственно работал с сотнями замечательных людей геологами, топографами, гидрологами, почвоведами, геофизиками, климатологами и т.д. и убедился в том, что настоящая стихия людей изыскательских специальностей - преодоление трудностей. Сколько раз в жизни им приходится работать в жарких и знойных пустынях, высокогорных и непроходимых районах Средней Азии, Закавказья, Сибири, в суровых климатических условиях севера Советского Союза, в болотистых и лесных труднопроходимых массивах Сибири и Дальнего Востока.

Приезжая на необжитые места, где кроме диких зверей, ядовитых змей и пресмыкающихся, надоедливых насекомых ничего нет, соорудят себе из местных материалов и палаток жилье, живут в гармонии с природой, выполняют самую трудную, но и самую необходимую работу, для обоснования строительства будущих дорог, крупных гидротехнических сооружений, промышленных комбинатов, и уезжают на новые необжитые места, и так повторяется много раз в жизни.

По результатам их работы строятся новые крупные металлургические комбинаты, разрабатываются месторождения полезных ископаемых, гидроэлектростанции, плотины, каналы, тепловые электростанции с прекрасными благоустроенными поселками и городами.

Мне много раз, по роду своей работы, приходилось бывать на освоенных пустынных землях, в рабочих поселках, городах при крупных промышленных комбинатах, в садах и огородах при гидроэлектростанциях и плотинах. И редко кто вспоминает о том, что на этих необжитых местах первопроходцами были изыскатели - геологи, гидрологи, топологи, геофизики и конечно инженеры строители.

В конце 1955 года, после ознакомления в Ташкенте с материалами изыскательских партий и экспедиций руководство института направило меня на выполнение срочной работы под обоснование проекта холостого сброса Аккавакской гидроэлектростанции.

Мне дали полную самостоятельность, решили проверить меня, справлюсь ли я с этой работой. Необходимо было подобрать буровое оборудование, вывести его на место работ, арендовать базу для материалов, оборудования и автотранспорта. Работы были рассчитаны на 6 месяцев.

Подбор работников, в основном буровых мастеров, помогли мне руководство отдела, а все остальное было организовано в кратчайшие сроки.

С первых дней работы в изыскательских партиях и экспедициях я придерживался всегда одних и тех же правил:

          Подбор знающих работу кадров.

          Материальное обеспечение, автотранспорт, оборудование и все необходимое для работы и нормального быта.

          Обеспечение работников партии нормальным жильем, питанием и отдыхом.

При соблюдении этих правил можно смело требовать работу и, как правило, обеспечен успех.

Наш объект располагался в 35 км от Ташкента в селении Ак.Ковак. Суть работы заключалась в том, чтобы дать геологическое обоснование сбросного канала от существующей гидроэлектростанции. Существующий сброс был не инженерного типа, и пролегал он по пойменной террасе правого берега р.Чирчик.

Работы были выполнены за 3 месяца, но при этом я столкнулся с большими трудностями в получении денежных средств для выдачи заработной платы буровым мастерам.

Оказывается более чем на 10-15% перевыполнять сменное задание нельзя. Поэтому мне пришлось отпустить в отпуск на два месяца работников партии. Так как я экономно и бережно относился к оборудованию, расходу денег и совместил свое жилье с базой. Таким образом, мне не надо было нанимать сторожей и дополнительную площадь для базы.

 Моя  геологическая партия входила в состав Чарвакской экспедиции, руководителем которой был Ретюнский. При окончании работ и сдачи всего оборудования мне были сделаны серьезные замечания, а именно:

          Почему не была арендована база для оборудования и автотранспорта?

          Почему не были приняты на работу 4 сторожа?

Впоследствии я узнал, что он оформил базу и сторожей и получил все деньги, предусмотренные сметой. Я получил второй жизненный урок как надо работать в советской действительности.

Главным геологом экспедиции был Абрамян Гурген Константинович, в неофициальных беседах с ним я ему объяснил, что обоснование холостого сброса можно было бы сделать, не выполняя буровых работ, достаточно было бы сделать инженерно-геологическую глазомерную съемку, так как вблизи от намечаемого сброса в натуре в 15-20 метровой толще аллювиальных отложений поймы правого берега р.Чирчик  проходит существующий неинженерный сброс. Достаточно было бы сделать зарисовки, замеры валунов, просев гравийной массы и получили бы данные намного ценнее, чем описание коллектором шлака, добытого буровиками из скважин.

Он со мной согласился и заявил: «Нам нужно было загрузить буровое оборудование и обеспечить работой буровых мастеров». Это третий жизненный урок. Вот так во многих экспедициях и партиях выполняли ненужные работы, чтобы загрузить рабочих, оборудование и получить деньги.

Значительно позже в институте было заведено персональное дело на начальника Ленинабадской комплексной изыскательской экспедиции Перветинского В. Ему было поручено выполнить буровые работы на территории ленинабадской тюрьмы. Пробурить три разведочных и одну эксплуатационную скважину. Имея большой опыт, он привлек к выполнению этой работы грамотного бурового мастера и техника геолога. Вместо 4х скважин была пробурена одна скважина, выполнены все дорогостоящие опытные работы и по аналогии были составлены буровые журналы, результаты опытных откачек, накладные на завоз оборудования и труб для других 2х скважин. И, конечно, получены деньги на непробуренные скважины.

Эксплуатационная скважина была пробурена, оборудована насосами и снабжала водой тюремный поселок. Если бы на него не написали анонимку, то все было шито крыто. Вот так могут грамотные геологи и гидрогеологи выполнять квалифицированно работу с минимальными трудоемкими работами.

1954 год. После смерти «отца всех народов» Советский Союз активно начал политическую деятельность за границей. Снят был железный занавес. Наши политические деятели активизировали поездки в капиталистические страны.

После исторической поездки Хрущева Н.С. и Булганина в Индию и Афганистан были заключены контракты на оказание технической помощи. Первые контракты на строительство гидротехнических сооружений были заключены с Афганистаном:

          Строительство гидроэлектростанции Наглу на реке Кабул;

          Строительство гидроэлектростанции Пули-Хумри 2 на реке Кундуз.

С этого периода у меня начались постоянные на протяжении с 1955 по 1967 г.г. поездки в Афганистан.

Работая в Афганистане, при дефиците кадров, материально-технического обеспечения, недостаточных сроков для выполнения работ, приходилось заниматься геологическими и гидрологическими изысканиями. На существующем висячем мосту р.Кундуз был организован водомерный пост. Замеры горизонтов воды три раза в сутки осуществлял принятый на работу афганский рабочий, умеющий писать по-русски.

Замеры скорости воды вертушкой пришлось выполнять самому. Кроме того была выполнена тщательная глазомерная геологическая съемка с использованием материалов чешских специалистов, работающих на цементном заводе.

Гидрогеологическая съемка с замерами расходов воды на всем протяжении трассы канала была выполнена с помощью простейших приспособлений.

Были изготовлены трапецеидальные водосливные водопады. Все выклинивающие грунтовые воды правого берега были сгруппированы в отдельные канавы, на которых были установлены сливы. По количеству протекаемой воды в разные периоды был составлен гидрогеологический прогноз трассы прохождения канала.

Все эти выполненные глазомерные съемки и замеры воды как в реке, так и фильтрационные позволили сократить дорогостоящие буровые работы и раньше срока выполнить весь комплекс изыскательских работ.

Работая на изысканиях в Афганистане, Кубе и Ботсване я всегда вспоминал свой первый разговор с главным геологом Абрамяном Георгием Константиновичем и старался выполнять изыскательские работы с минимальными денежным затратами.

 

3.     Первая заграничная командировка за границу в Афганистан

 

       В 1954 году Советский Союз предоставил Афганистану кредит для строительства двух элеваторов, мельницы и хлебозавода и оказывает техническую помощь в этом строительстве. В соответствии с советско-афганским соглашением от 1 марта 1956 года советские организации окажут в 1956-1960 годах техническую помощь Афганистану в строительстве двух гидроэлектростанций, авторемонтного завода, автомобильной дороги через горный хребет Гиндукуш в районе перевала Саланг. Гиндукуш - перевод на русский - пойдешь не вернешься.

Проектно-изыскательские работы под строительство гидроэлектростанции Наглу на р.Кабул и гидроэлектростанции Пули-Хумри 2 на р.Кундуз поручено выполнить Среднеазиатскому Отделению института «Гидропроект».

До 1955 года у Средазгидропроекта накоплен большой опыт выполнения проектно-изыскательских работ на среднеазиатских реках в пределах территории Советского Союза. Опыта выполнения работ за границей не было.

Для выполнения работ за пределами Советского Союза существовало много инструкций и положений по подбору кадров, комплектации оборудования, изготовления специально маркированной упаковки, таможенных требований и много других вопросов.

Подбором кадров занималось руководство института. Чтобы зачислили в состав экспедиции необходимо было получить положительные характеристики, утверждение на заседании партийного бюро, а затем долгое время необходимо было получить согласие от специального отдела Центрального Комитета партии Узбекистана. На собеседование приглашали после того, как будут собраны необходимые данные работниками Комитета Госбезопасности (опрос соседей).

Все крупное оборудование: буровые станки, автомашины, электростанции, буровые трубы поставлялись непосредственно с заводов поставщиков. Мелкое оборудование топографический и гидрологический инструмент и необходимые материалы необходимо было отправлять из нашего Отделения из г.Ташкента.

Комплектация топогеодезического и гидрологического инструмента и всего необходимого бытового снаряжения поручено было Отделу изыскательских работ. В то время я уже имел годичный опыт работы на изысканиях. Все, что необходимо было отправлять из Ташкента, поручили мне.

Для более правильной и квалифицированной подготовки всего комплекса выполнения работ мною была создана бригада из топографа, гидролога, снабженца и 2х рабочих.

Кроме изучения района выполнения работ необходимо было ознакомиться со всеми инструкциями, положениями, указаниями по отправке оборудования за границу.

Особенно большие требования предъявлялись к упаковочным материалам. Ящики должны быть обструганы, специально отмаркированы. В то время основная база размещалась в районе Алайского базара на ул.Таджикской. Комплектация оборудования и его упаковка были выполнены в течение 3х месяцев.

До отъезда в Афганистан осталось не менее 2х месяцев. За это время я ознакомился со многими материалами подобных работ в других странах. Но опыта у нас было мало. Вся литература переводная. По Афганистану были материалы, но в основном физико-географические и политические.

Предварительные данные о гидроузле Наглу на р.Кабул таковы. Мощность ГЭС - от 30 до 50 тыс. Квт. Ущелье сложено гранитами и гнейсами. Породы извержены. Место плотины на первый взгляд неплохое. Ущелье шириной по верху 200 м, снизу 50 м. В 12 км от ущелья немецкие специалисты строят гидроэлектростанцию Соруби.

К апрелю месяцу 1955 года все подготовительные работы по комплектации оборудования, штата экспедиции были в основном закончены. Ждем команды выехать в Афганистан.

Октябрь 1956 . Мы летим в Кабул. Наш самолет ИЛ-14 делает первую посадку в Ташкенте. А ранним утром, когда солнце только еще встаёт над горизонтом, мы снова отправляемся в путь. Земля чуть покачивается под крылом самолёта, бегут городские улицы, мелькают пригородные колхозы, за ними ирригационные каналы. Вот потянулись тонкие нити высоковольтных линий электропередач, и во всю ширь разметнулись поля. Самолет поднимается все выше и выше. Обращаешь внимание на то, что всюду, на сколько способен видеть человеческий глаз, простираются культурные и обжитые земли. Через некоторое время под крыльями самолета появляется извилистая коричневая полоска крупнейшей в Средней Азии реки Аму-Дарьи. А затем она исчезает. Мы пересекаем границу. Под нами Афганистан. И вот картина резко меняется. Внизу видны безжизненные песчаные барханы, напоминающие водную рябь при малейшем ветерке и никаких

Самолет набирает высоту. Дышать трудно. Командир корабля дал команду - одеть кислородные маски^ Безлюдные песчаные пустыни переходят в предгорья, а затем и северные склоны Гиндукушского хребта. Это труднодоступный массив, лишенный растительности и совершенно необитаемый. Хребтам нет числа. Находя один на другой, они напоминают море во время шторма. Совсем близко видны мрачные пики Гиндукушского хребта. Но вот горный хребет пересечен, и самолет резко идет на снижение. От перевала Саланг на Гиндукушском хребте до вновь построенного Кабульского аэродрома настолько мало расстояние, что самолету приходится резко идти на посадку. Некоторые из пассажиров с трудом переносят такое резкое снижение.

Кабул появился под крылом как то внезапно. На аэродроме нас встречают представители «Технопромэкспорта». Примитивный таможенный контроль и мы в дружественном Афганистане. Что нас ждет впереди? Как мы будем жить, как сложатся взаимоотношения с афганским руководством и много, много других вопросов.

Чтобы попасть из кабульского аэропорта в гостиницу, нам приходиться проехать большую часть города. Вдоль тротуаров центральных улиц города сплошной толпой идут пешеходы в разнообразных ярких национальных костюмах. На улицах бесчисленное множество частных лавок (дуканов). Перед лавками на тротуарах суетятся подростки. Тут же продавцы разнообразных сигарет, папирос, спичек, орехов (джалгуза), сухих фруктов и разнообразных восточных сладостей. Наша автомашина обгоняет груженные мешками и ящиками, красиво разукрашенные цветами, орнаментами и животными грузовые автомашины. Машину искусно ведет опытный шофер. Хорошее и уверенное вождение автомашины в Кабуле имеет особенно важное значение. Нет, по всей вероятности, другого такого города, в котором бы допускался такой беспорядок в движении автотранспорта, как в Кабуле. Многие шоферы не признают никаких правил уличного движения, кроме одного: как можно быстре ехать и сокращать путь на всех перекрестках, где это только представляется возможным.

Мелькают легковые и грузовые автомашины всех марок мира: американские «Шевролеты», чешские «Шкоды» и «Татры», немецкие «Фольксвагены» и советские «Волги», «Москвичи», «Победы» и «ЗИЛы». Очень часто встречаются двухколесные ярко разрисованные «Гади», тележки, запряженные лошадьми, ослики, груженные мешками и ящиками.

Для специалистов, прибывших на изыскательские работы, был арендован дом в юго-западной части Кабула в жилом массиве «Карта-Чар». Обычный одноэтажный дом со всеми удобствами. Этот дом являлся перевалочной базой для прибывающих из Союза специалистов, а так же он был предназначен для проживания работников экспедиции на небольшое время в г.Кабуле.

В связи с тем, что комплектацией основного крупного бурового оборудования и автотранспорта занимался институт «Гидропроект», а график выезда специалистов в Афганистан не был скорректирован с поставкой оборудования, произошли некоторые неувязки. За полтора два месяца с момента выезда первой группы прибыли почти все специалисты. Не имея своего автотранспорта, бурового оборудования невозможно было начинать работы. Находясь в чужой стране, не зная языка и не имея работы, работники экспедиции возмущались от безделья.

Ответственными за нашу работу были Министерство Общественных работ и ее департамент по строительству электростанций (Шаркет Барк). Президентом Шаркет Барка был Папа Гуням Хом. Непосредственный наш начальник был Абдул Ваб-Хан.

1 ноября 1956 г. Срочная поездка с Высоким начальством из Министерства и акционерного электрического общества в порт Кызыл-Кала. Выехали из г.Пули-Хумли на двух машинах. Президент Папа-Хумян Хам. Вице-президент Абдул Ваб-Хам. Начальник департамента АзисХам. Замначальника Иноя Тулло-Хам. Переводчик Му-хаммед-Азис-Хам.

Афганцы медлительные. Несмотря на срочность работы. Мы проехали всего лишь 112 км до г.Кундуза, Папа Гулям Хам решил переночевать в кундузской гостинице. Гостиница европейского типа, расположена в центре города. Зал ожидания, большая светлая комната с мягкой красивой мебелью (кресла, диваны, стулья). Пол застлан добротными коврами. При гостинице хороший сад, газоны цветов - розы, георгины, астры и многие красивые цветы не известные мне.

Экскурсия на хлопкоочистительный комбинат - построенный в 1930 г. советскими специалистами. Реконструкцией комбината занимаются специалисты из Западной Германии по австрийскому проекту. Железобетонные колоны, плиты, заполнение кирпичное. На территории чисто, дороги покрыты гравийно-песчаной смесью. При заводе цех по изготовлению керамических изделий. Дерево отделочный цех на 7 станков, строгальный, циркулярная пила и т.д. На территории цех по изготовлению керамических изделий. Администратор – немка. Изготавливают глиняную посуду, покрытую глазурью. Оборудование устаревшее. Подписан контракт с Японией на реконструкцию цеха. Сырье для завода - каолиновая глина находится вблизи комбината.

От Пули-Хумри до Кундуза дорога в хорошем состоянии. Через р.Таликан построен немцами мост. Две средние опоры просели на 1,5 - 2,0 метра. Мост требует капитального ремонта. Ремонт моста намечено выполнить силами советских специалистов. На ночлег разместились в хороших номерах. Ужин со множеством национальных блюд.

2 ноября 1956 г. От Кундуза до порта Кызыл-Кала грунтовая, плохая дорога. Расстояние 64 км. На этом отрезке пути 3 раза машина застревала в песчаных барханах.

Речной порт Кызыл-Кала - один из основных речных портов Афганистана. Организован в 1953 г. на р.Пяндж. Местоположение порта выбрано хорошее. Природа создала нормальные условия для порта. Причальная линия примерно 500-700 м. Первая терраса длина 800 м. Ширина 50-60 м. Затем на высоте 10-12 метров идет вторая надпойменная терраса широкая - уходящая в степь.

Вся нижняя терраса завалена грузами. Ящики, мешки, тюки, бочки, связки металла, автомобильные баллоны, бочки с бензином и т.д. В основном грузы для строительства текстильного комбината в Гульбахаре, гидроэлектростанции Саруби и хлопкового комбината в г.Кундузе. Все эти грузы смешаны в одной большой куче высотою до 15 метров. Наши грузы рассредоточены по всей территории порта. Никто из афганских работников порта в маркировке грузов не разбирается. Погрузку, перевозку осуществляют варварским способом. Упакованные электростанции, автомашины иногда перевозят вверх колесами или на торцовых сторонах упаковки. Печально смотреть на такое варварское отношению к грузам.

После тщательного осмотра и поисков нашего оборудования было доложено Папе-Гулям Хаму. Для погрузки и вывоза оборудования потребуется минимум две недели.

Президент Папа Гулям Хам провел серьезное совещание с работниками порта.

Азис Хам - начальник конторы от шефской базы в Кзыл-Кале. Федан Хам -начальник порта. Инноябула Хам - представитель транспортной конторы и нескольких представителей других организаций.

Совещание длилось не более 15 минут. Он объяснил положение дел, погруз, погрузить на автомашины и доставить к месту назначения. При выполнении задания в срок выдается премия от 15 тысяч до 5 тысяч афгани всем основным руководителям этой работы.

После совещания я задал ему вопрос. Принимать ли мне участие в этой работе? Он мне ответил? Мы поедем в Иман Сахаб на охоту. Никто их контролировать не обязан. При выполнении работы в срок они получат вознаграждение.

Впервые я принимал участие в охоте, когда тебе из гущи зарослей выгоняют специальные люди дичь. Через два дня мы приехали в порт. Примерно 90% груза было вывезено. Он дал указание рассчитаться. Один из его помощников расплатился. Никаких ведомостей, расписок не получено. Как они отчитываются, мне было не понятно. Я учел этот опыт в дальнейшей своей работе.

Пули-Хумри - гостиница текстильного комбината. С октября по апрель месяц 1956 - 1957 гг. жили в этой гостинице. Оплату за жилье и питание осуществляла афганская сторона.

Ноябрь 1956 г. В Пули-Хумри прибыла первая партия груза для выполнения работ. Крупная партия оборудования, материалов и буровых труб находится в речном порту в Нижнем Пяндже и Кызыл-Кале. Первая половина ноября месяца была посвящена организации быта и производству первоочередных работ на объекте Пули-Хумри-2.

12 ноября. С утра погода была чудесная, тихо, ясно, тепло 20° С. Произвели разбивку сооружений на местности. Прошли 1,5 км. Вечером привели рабочего, умеющего писать цифры и знающего несколько русских слов. Это большая находка для нас. Два дня затратил на обучение. Получили рабочего для гидрологических работ. Наблюдение за водомерной рейкой на р.Кундуз. К вечеру погода испортилась. Прохладно, дул сильный ветер со стороны Гиндукшских гор.

Вечером в соседний номер со мной поселилась афганская семья. Муж, лет 40-45, по-видимому, чиновник, занимающийся торговлей из Мазари-Шерифа. Вместе с ним в номер поселились 3 жены и куча детей. Я впервые так близко познакомился с мусульманской семьей и убедился, что женщины бесправны и мне казалось, что они самые несчастные на земле. В течение двух дней все они находились в номере с детьми. При появлении в коридоре всегда были в чадре.

Начиная с 5 утра до 12 ночи, в номере всегда был шум. Плакали дети и громкие разговоры жен. Молчали они тогда, когда принимали пищу. На второй день прибыла еще одна жена. По внешнему виду и по ногам и обуви они молодые. Тогда я впервые узнал, что в Афганистане можно купить себе 4 жены стоимостью от 5 до 40 тысяч афгани. Стоимость зависит от красоты и в основном от богатства родителей. По Корану муж должен одинаково относиться к своим жёнам. Кроме того, он может иметь неограниченное количество наложниц. Восток - дело тонкое (отступление)

Большое неравенство между женщинами и мужчинами характерно для мусульманских стран Азии, Ближнего Востока и Средней Азии. Мусульманские страны меня всегда удивляли какими-то особыми правилами строгого образа жизни и строгих нравов. Всякая религия построена на ограничении человека в его желании, ради его же собственного спасения и существования. Если все начнут жить со своими дочерями, отцами, матерями, постоянно заниматься оральным грехом или заводить однополые браки, то человечество выродится. Как правило, мусульманские мужчины женятся поздно, лет в 30-35, а до этого решают свои сексуальные проблемы как могут. Поэтому мусульманские мужчины в странах Азии и Ближнего Востока отличаются особенно похотливым взглядом сексуального голодного охотника. Этот взгляд, наверняка, испытывали на себе жены русских специалистов, работающих в этих странах - хоть Коран запрещает. А природа прет.

До сих пор во многих мусульманских странах существуют гаремы: Коран позволяет простому мусульманину содержать четырех жен. При этом жены должны содержаться в равных условиях: если у одной есть нарядные костюмы, и у других должны быть они, у одной алмазный перстень, у остальных тоже. И если ты хочешь заниматься любовью каждый день, то будь любезен найти силы и для других жен. Поэтому держать гарем нелегко и материально, и физически и не каждый мусульманский мужчина может себе такое позволить. К тому же за каждую жену нужно заплатить калым ее родителям - от 10 до 20 тысяч долларов, это очень большая сумма. Однако вопрос развода решает только муж. Ему достаточно лишь произнести: «талак, талак, талак»! - и неугодная ему жена перестает быть женой. В тот же момент она должна покинуть дом мужа в том, что на ней надето, оставив все: и вещи, деньги и детей. Поэтому мусульманские женщины носят на себе так много золота и драгоценных камней, чтобы в случае чего не остаться нищей - что на тебе надето, то твое. Социально-сексуальное неравенство проявляется еще в том, что мусульманский муж может позволить себе все, что угодно, а женщину в случае малейшего подозрения в неверности просто всей деревней забросают камнями. Такие традиции сохранились и по сей день.

По полученным сведениям от Муххамад Азам-Хана - это мой непосредственный помощник от акционерного общества «Ширкет Барк» в Келиф прибыло дополнительное оборудование. Почти два месяца без работы департаменту по строительству электростанций обошлось примерно в 250 тыс. афгани (25 специалистов, средняя зарплата 5 тыс. афгани. 50 чел/месяцевх5000 = 250000 афгани).

Для ускорения отправки, прибывшего в афганские порты оборудования и автотранспорта, было принято решение срочно направить группу работников экспедиции и ответственных от Шаркета Барк в порт Келиф. Ответственным за поездку, транспортировку оборудования назначили меня.

Первая моя поездка по горному и пустынному Афганистану. В нашем распоряжении было две автомашины Победа и Виллис. От афганской стороны поехал заместитель президента Шаркета Барк Абдуль Ваб Хан.

30 октября 1956, 8-00. От Кабула до Чарикара дорога проходит довольно таки в спокойном рельефе до отрогов Гиндукушского хребта. Первая встреча с Гиндукушскими хребтами (гиндукуш в переводе с индийского языка - пойдешь не вернешься).

Мы поехали по долине реки Горбелед. Долина реки сдавливается крутыми склонами, кое-где даже скалами. Горы в Афганистане неотступно сопровождали нас до г.Пули-Хумли. Они или сходятся, угрожающе нависали над дорогой. Или отступают, обрамляя острыми пиками края долины, либо громоздятся к небу бесформенными глыбами, но они вездесущи.

Автомобильная дорога Кабул - Чарикар - Диаба - перевал Шибор - Доши -Пули - Хумри - Тошкурган - Мазари - Шериф - Келиф до советской границы была построена в 30 годы при техническом содействии советских специалистов. Дорога эксплуатируется в течение всего года, но в зимние месяцы иногда бывают заторы. Для расчистки снежных завалов на южном и северном склонах постоянно находятся солдаты трудовой армии Афганистана.

За перевалом Шибар (2987 м над уровнем моря) на северном склоне гиндукушских хребтов дорога проходит по Шикарийскому ущелью. Грунтовая с твердым покрытием, построенная при технической помощи Советского Союза в 1930 году.

В 18ч 30 минут прибыли в небольшой горный населенный пункт Дуаба. Расположились в гостинице. Гостиница европейского типа. Электроосвещения нет. На ночь зажигают бензиновые лампы (гайс). Они дают яркий свет. До нашего приезда в зале был приготовлен ужин. Жареная курица, картошка, чай с сухофруктами. В номерах чисто, по 3-4 человека в номере. Прилично отдохнули. Рано утром с восходом солнца отправились дальше на север. Впереди затяжной спусквдоль горной речки. На пути встречаются резкие повороты, из-за которых не видны встречные машины. Ночью на такой дороге ехать значительно легче, так как видны мелькающие отблески включенных фар встречной автомашины. Заканчиваются отроги Гиндукушского хребта, мы выезжаем в широкие долины реки Кундуз и ее притоков.

Вторая ночевка в г.Пули-Хумри. Остановились в доме директора Пули-Хумринского текстильного комбината Абдул Кадыр Хана.

Обед. Афганский белый плов со всевозможными подливками (чалау), фрук¬ты, салаты. Ночевали в гостинице текстильного комбината.

В первой поездке по Северному Афганистану принимали участие:

Абдул Ваб-Хан - заместитель президента Шаркет Барк.

Девиллерс Борис Петрович - начальник экспедиции.

Скородумов - главный гидролог.

Коробов - топограф.

2 декабря 1956 г. Дальнейший наш путь на север Афганистана через Мазари - Шериф в речной порт Келиф. Первая остановка в селении Айбак. Дорога от Пули-Хумри до Мазари-Шерифа в хорошем состоянии, она является частью кру¬говой дороги Афганистана.

3 декабря - встреча с Абдул-Ваб-Ханом. Он из Кабула до Мазара летел на самолете. Аэродром расположен в 6 км от города. Ровная естественная площадка без единого строения. Характерной особенностью строений на окраине Мазара, являются дома куполообразной формы. Крыши выложены из кирпича без единой деревянной балки.

Самолет прибыл в 10 ч 15 м - типа ИЛ-14. Загружен он так как загружают они автомашины. Пассажиров более 30 человек. Заняты были все сидячие места, а остальные стояли в проходе. Кроме пассажиров был еще и груз.

В этот же день в 15-50 выехали в порт Келиф. До селения Нечки дорога приличная. Прибыли в Нечки в 18-00. Далее бездорожье. Три часа ездили по пустыне и опять возвратились в Нечки. Со второго захода все же добрались до порта Келиф в 23-00.

4 декабря. Знакомство с руководством порта и разыскивали груз, прибывший в наш адрес. 27 ноября в адрес нашей экспедиции прибыло 4 автомашины и одна в адрес Министерства Горных дел. Порт Келиф не имеет ни одного оборудованного причала. На территории порта нефтебаза, построенная при техническом содействии Советского Союза. Не имея сведений о поступавших грузах, у нас оказалась одна автомашина, не имеющая шофера.

После длительных уговоров я решил вести автомашину ГАЗ-69 от порта Келиф до Кабула. Это примерно 800 км. Дорога тяжелая. Бездорожье в пустыне, несколько перевалов. Самый тяжелый участок дороги перевал Шибор через Гин-дукушский хребет.

5 декабря 1956 г. Первое боевое крещение. Колонна из 6 автомашин в 11 ч 15 минут двинулась из Келифа. За рулем автомашин опытные советские шоферы Володя Рожков, Олег Струков, Юра Байдиков, Потемкин и я ни разу в жизни не водил машину.

Погода была плохая. На протяжении первых 25-30 км постоянно дул сильный ветер, сдувая на своем пути песок. На расстоянии 8-10 метров ничего не видно. Сплошная стена песка. Дорога проходит по пустыне с большими песчаными барханами. Барханы постоянно в движении. Растительность скудная, мелкие кустарники и верблюжья колючка (янтак).

Первые 10 км я испытывал страх. Ошибался с включением скорости. При встречной машине прижимался к кювету, мотор глох. После часового обучения дела пошли немного лучше. Ночевали в Иазари-Шерифе.  

6 декабря. Таможня (Гумдук). Заправка автомашин. Мелкий ремонт. Во всех автомашинах ГАЗ-69 из тормозных цилиндров были извлечены поршни. Все это было сделано на советской территории, так как все отверстия были утрамбованы газетами на русском языке.

Выехали из Мазара в 14.00. Добавилась еще одна машина «Победа», оставленная нами в Мазаре.

До г.Ташкургана вся колонна двигалась вместе. В Ташкургане отдых. От Ташкургана две автомашины уехали раньше, 4 автомашины поехали с меньшей скоростью. От Ташкургана дорога идет по узкому ущелью и сразу же поднимается на перевал. Подъем затяжной, много крутых поворотов, отметка перевала 1500 м над уровнем моря. Спуск в сторону Пули-Хумри тяжелый и опасный для ночных поездок.

В 20 ч 30 м на одном из поворотов один из наших газиков развил такую скорость. Слева пропасть, справа откос, тормоза работают плохо. Машина с ревом взлетела на откос, правым крылом пропахала землю, подпрыгнула вверх и наклонилась в левую сторону - сторону пропасти. Левое колесо повисло в воздухе, а затем каким-то чудом выскочила на середину дороги. Все это происходило в течение нескольких секунд. Все обошлось благополучно.

Стемнело, плохая видимость. Встречные машины ослепляют. На всем протяжении спуска дорога тяжелая. Даже при малой скорости от 25 до 30 км/час один из наших газиков врезался в остановившийся автокран. Разбито стекло, помято левое крыло, погнута решетка и разбита левая фара. Никаких других серьезных повреждений. В 2 часа ночи в Пули-Хумри прибыли последние из колонны автокран и ГАЗ-69.

От Келифа до Пули-Хумри 345 км. Я провел автомашину нормально. За два дня пришлось пересечь пустынный участок дороги и горную часть. За это время я получил большой опыт вождения автомашины.

8 декабря отправил в Саруби автокран, КА-51, ГАЗ-69 - 2 шт., ЗИЛ-150, «Победу». Одна автомашина ГАЗ-69-А оставил для выполнения работ в Пули-Хумри.

4. Если хочешь добиться успеха в чужой стране, изучи язык и смени имидж

Знакомясь с литературой, связанной с работой советских дипломатов (разведчиков) и путешественников, я запомнил высказывание одного из дипломатов: «Если хочешь познать страну, надо в ней раствориться. Изучить язык, сменить имидж (одежду, внешний вид), жить с ними вместе и соблюдать обычаи».

1956 год. Меня, совсем молодого специалиста, включили в состав комплексной советско-афганской экспедиции для выполнения проектно-изыскательских работ строительства гидроэлектростанций Наглу на реке Кабул и Пули-Хумри-2 на реке Кундуз. Заместителем начальника экспедиции. В состав экспедиции включены геологи, топографы, гидрологи, гидротехники, буровые мастера и переводчик.

Так как намеченные к строительству гидроэлектростанции расположены на большом расстоянии друг от друга; одна на юго-восточном склоне отрогов Гиндулузского хребта, а другая на северном. Расстояние между участками работ 525 км через трудно проходимый горный перевал Шибар с отметкой над уровнем моря 2987 метров.

Сроки работ были ограничены, поэтому работы необходимо было выполнять одновременно на 2х объектах. Специалистов было ограниченное количество. Руководитель экспедиции Девиллерс Борис Петрович поручил мне возглавить изыскательские работы на северном склоне Гиндулузского хребта. Было выделено минимальное количество специалистов в основном техники, а переводчик был один, Уваров Игорь Иванович, студент пятого курса Московского института международных отношений, он крайне необходим был руководителю для официальных переговоров с чиновниками министерств в Кабуле.

С 1го ноября 1956 года мне с небольшой группой специалистов: Бурцев Ю.П. - гидролог; Коробов - топограф; Куницкий - геолог выехали в город Пули-Хумри. Переводчика не было.

Жизнь заставила ускоренными темпами изучить язык - персидский диалект Кабули. Учить язык приходилось самым примитивным способом, дома, в дороге, на работе, на базаре и т.д. При мне всегда были полевые тетради, в которые я записывал все то, что видел. Дерево, мост, здание и т.д. В разграфленную тетрадь записывал слово, спрашивал у любого кто был рядом, что это такое, мне отвечали на местном языке, я русскими буквами записывал название этого слова. Затем в домашних условиях систематизировал и записывал в свой примитивный словарь разговорник.

Основные разделы в нем таковы:

Счет. Не зная счета, ничего купить не сможешь, а тем более в дуканах надо всегда торговаться, чтобы купить дешевле.

Афганские деньги. Надо их знать и ими рассчитываться, чтобы тебя не обманули. На востоке, на базарах каждый продавец старается обсчитать тебя в свою пользу.

Афганский календарь. Календарь в Афганистане основан на мусульманском летоисчислении. Разница с нашим летоисчислением 621 год. 1956 - 1335 г; 1965 - 1344 г.; 1990 - 1369 г; 2000 - 1389 год. Дни недели, название месяцев и т.д.

Цвета, прилагательные, одежда, продукты питания, имена мужские и женские, различные формы обращения, профессии, просьбы, благодарности, извинения, поздравления и пожелания, строительные материалы, странички для топографа, для геолога, для шофера, для бурового мастера и т.д. После двухмесячного интенсивного изучения языка я свободно мог разговаривать как с чиновником, так и с любым рабочим, торговцем на базаре и обслуживающим персоналом гостиницы, в которой мы жили.

Но для того, чтобы добиться успеха, как в работе, так и в быту, находясь в чужой стране, необходимо было изучить и знать обычаи, некоторые изречения, приметы, поговорки и национальные блюда.

 

 

Некоторые из них я постараюсь написать. Большинство из них мне помог узнать начальник Пули-Хумринской изыскательской партии Абдул-Ваб-Хан и бухгалтер партии Азис-Хан.

Абдул-Ваб-Хан много интересных историй рассказывал мне в период наших совместных поездок по Афганистану. Мы с ним останавливались в благоустроенных гостиницах европейского типа, в ночлежках в горах Гиндукуша, а также в домах у богатых его друзей и родственников. Он придерживался следующих основных правил жизни.

 

       Никогда никому не завидуй.

       Не надо радоваться чужой беде.

       Живи всегда по средствам.

       Старайся никогда не занимать деньги.

       Старайся оказывать помощь слабому.

 

Некоторые обычаи.

1.         Пищу, мусульмане принимают в головном уборе.

2.         Перед принятием пищи обязательно моют руки. На руки поливают воду три раза. Трясти мокрыми руками нельзя. Обтирают руки медленными движениями. Затем принимают молитву.

3.         Лепешку никогда не надо класть вверх нижней частью.

4.         При угощении нельзя отказываться. Отказ является обидой для хозяина. Если сыт, то отломи маленький кусочек лепешки и съешь. Этим самым ты проявляешь уважение к угощающему.

5.         Намаз (молитву) мусульмане выполняют в головных уборах, но обязательно с голыми ступнями (без обуви). Лицо должно быть обращено на запад, в сторону Мекки.

6.         Пищу мусульмане принимают руками. Принятие пищи (плова, кебаба, лагмана, тандури и других восточных блюд) с помощью ложки, ножа и вилки - это равносильно тому. Что объясняться с любимой девушкой с помощью переводчика или целоваться с любимой через стекло.

7.         Рукопожатия и дружеские объятия считаются обязательными при встречах друзей и родственников. Даже чужеземца при встрече приветствуют рукопожатиями, сердечно и радушно. Объятия без поцелуев в засос, как это делали наши члены ЦК Компартии СССР при Брежневе Л.И., а легкие прикосновения к щекам.

8.         Камень в руке мусульманина выражает проклятие. Когда из дома мусульманина выходит недруг, то вслед ему бросают три камня, замазанные сажей и говорят: «Три черных камня вслед за тобой /се санге сиях аз дамбалад/. Это делается для того, чтобы этот человек никогда больше не приходил в этот дом.

9.         До сих пор среди афганцев сохраняет силу своеобразный закон (кодекс) чести «Пахтунвала». Этот кодекс создан на основе родоплеменных традиций жизни афганских племен, и сейчас во многом определяет общественные, моральные и этические нормы поведения афганцев. Согласно кодексу афганец обязан:

предоставлять право убежища любому человеку, перешагнувшему порог его дома;

выполнять обычаи гостеприимства по отношению к каждому путнику; строго блюсти обычаи кровной мести обычай кровной мести широко распространён среди афганских племен и сегодня.

10.      У многих племен страны сохраняется вера в различных «злых духов» и «дурной глаз». Для ограждения от «злых духов» и «дурного глаза» большое значение имеет ношение различных амулетов и талисманов. Человек носит их со дня рождения и до самой смерти (талисман - тавоз).

11.      Многие нелепости здесь имеют силу. Так, например, по афганским поверьям у каждого человека имеются свои добрые и злые духи, своя путеводная звезда. Выезжать в дальнюю дорогу лучше в среду. Из чисел самое скверное 13. Если трудный участок пути пройден благополучно, то первому же нищему надо дать 11 афгани. Если чешется рука - к деньгам, но чесать надо о подбородок, иначе деньги к вам не придут. Если подергивается глаз (правый) - к слезам, левый - к счастью.

 

Некоторые поговорки и пословицы.

       Плевки не вернешь на лету, а слово не вернешь с бумаги.

       Есть слова такие, которые с ложкой меда не проглотишь.

       Бойся того, кто тебя боится.

       Не будь таким сладким, чтобы проглотили, не будь таким горьким, чтобы плевались.

       Лживость - национальная беда иранцев.

       Европеец взятку считает преступлением (в азиатских и восточных странах взятка /бакшиш/ это вроде милостыни нищим и убогим).

       Не ругай крокодила пока ты в воде.

 

       Собака ест, что ей хозяин дает, умирающий от жажды пьет даже из болота, беглец лезет через горы, а нищему горбатая невеста хороша.

       В пустыне родит не земля, а вода (так гласит восточная поговорка.

       Река соленой воды стоит меньше, чем кувшин пресной.

       Земля - душа дехканина (крестьянина), вода - его кровь. Без воды нет жизни. Там, где кончается вода, там кончается жизнь.

       Никогда не умрет слава того человека, который посадил дерево.

      Капля воды. Данная жаждущему в пустыне смывает грехи за сто лет.

 

Только тот, кто пожил в краю степей и пустынь, где человек неимоверными усилиями отнимает у огненной пустыни каждую пядь земли, где народы благословят тень, а сок фруктов это нектар для жаждущих. Только тот может понять, насколько правдивы эти поговорки.

Воду в пустыне часто сравнивают с драгоценными камнями. Но она здесь дороже всяких бриллиантов, ибо камни бесплодны, а вода - источник жизни.

Кроме пословиц и поговорок при разговоре с афганцами приходилось использовать некоторые изречения.

 

>         Иншала - если бог даст.

>         Худо медона - только один бог знает.

>         И бала тура безана - чтобы тебя дьявол убил.

>         Хан чишм - чтобы ты ослеп.

>         Халакаль инсоне мен паороват- люди созданы богом не одинаково. Люди вошли в мир, но все разные.

 

В персидском языке очень мало неприличных слов. Но все-таки они есть. В основном, как любые жители земного шара, так и афганцы быстро освоили русский мат. И часто можно было услышать в обычном разговоре матерные слова.

Быстрее всего осваивают русскую разговорную речь торговцы. Иногда торговец говорит: «Ты дура покупай у меня». Эти слова они слышали от мужей русских жен и запомнили их.

            Освоив азы местного языка, поговорки, пословицы и изречения, появилось желание подробно ознакомиться с афганскими национальными блюдами. В Афганистане как в Средней Азии и на Востоке мясные блюда подаються с большим колличеством острых и душистых принностей.

            Пилау узбеки – узбекский плов с бараньим мясом на растительном масле или курдючном бареньем салес большим колличеством лука и моркови, иногда в рис добавляю небольшое колличество гороха (нухата), для цвета добавляют шафран. Прекрасно приготовленный плов можно покушать в Мозари-Шерифе, Герате, Кундузе, Пули Хумри-Ханабаде и в узбекских ресторанах Кабула и Кандагара.

            Чилау – белый плов из риса. Отваренный рис с добавлением жира. К отваренному рассыпчатому рису отдельно на маленьких блюдцах подаются различные горячие приправы: мясные, овощные, острые соусы и другие различные закуски.

            Кабаб – шашлык – готовится из определенных частей барана. Мелко порезанные кусочки мяса моринуются в гранатовом соке или уксусе с перцем и солью. Готовиться шашлык только на деревянных углях, на каждую палочку нанизывают 5-6 кусочков замаринованного мяса. В порции палочек 10 или 20, в зависимости от колличества кусочков мяса на палочке. Подают шашлык по 4 или по 8 палочек, затем повторяют, чтобы он не остывал. Самый лучший шашлык в Мазари,Шерифе и в Кабуле у узбека около кинотеатра. К шашлыку подается соль, турш (сушеный кислый размельченый виноград), соль с перцем. На столе всегда стоят бутылки с холодной ледяной водой.

Лагман – густой мясной суп из длинной лапши с мелкими кусочками мяса в бульйоне, картошфель, морковь, томаты, лук. Подается  в большой пиалушке – косе. К порции лагмана по желанию подается половина или четветь лепешки.

Манты – крупные пельмени из мелко нарубанного топориком жирного бараньего мяса с луком. Готовяться в специальной поседе на пару. Глубокая кастрюля, в которую опускается серчатый поддон. В порции 5 штук. К мантам подается приправа, картофель, горох, мелко нарезанная варенная морковь и все это сверху полито килым молоком. Подается в большой пиалушке или глубокой тарелке

            Тандури- тушенная в собственном соку баранье мясо. Готовится в большом котле кусками по 5-6 килограмм в специальном маринаде. Разделыеваеться на порции в готов виде. Подается с небольшим колличеством мясного отвара. Отдельно подается салат.

            Шурпа – мясной жирный навар с кусками мяса, картофелем, морковью и зеленью. Подается в большой пиалушке. К шурпе подается лепешка, которая мелкими кусочками крошется в шурпу чтобы впитался мясной отвар. Едят обычно руками без ложки.

            Курти руган – любимое национальное блюдо племен хазара. Готовится из размоченного в воде сухого соленого кислого молока «курты» пережаренного в топленном коровьем масле. В приготовленную горячую массу кладут мелкие кусочки лепешки. Подается в металической чашке. Готовят в основном на горном участке дороги Пули-Умри-Кубул в селениях Чарди-Курбан, Сиагерд, Буляла.

            Дашти палау – плов пустыни. Готовится из свежего бараньего молока (молозиво) свернувшееся при кипячении молоко, с накрошенным в него кусочки лепешки. Дашти палау – основное питание пастухов северного Афганистана.

            Мекс-шир – черный сладкий чай с молоком подается в чайниках, пьют из маленьких стаканчиков с сахаром.

            Парада – слоенная лепешка, поджаренная в бараньем сале.

            Салата – салат из помидор или огурцов с луком и острым перцем.

            Альва – сладкое второе блюдо. Готовится в большом колличестве для рабочих и солдат на строительстве дорг, электростанций. В состав входит мука, сахар, масло и вода. Цвет коричневый, вкус сладковатый. Можно покушать в полевый столовых для рабочих и солдат.

            Шурпа шалган – мясной суп с репой, обычно готовят для рабочих на крупных предприятиях.

            Каймак – пенка с топленного молока.

            Бонди тухум – вареное яйцо.

            Тухум – руган – яичница.

Мой объект располагался между речным портом Кзыл-Кола, где сосредоточено все наше оборудование и местечком Саруби - основная база нашей экспедиции. Для экономии дорогого времени и скорейшей доставки оборудования на место проведения работ мне поручено было организовать доставку его на базу экспедиции в Саруби.

            В связи с тем, что чатсть оборудования из Термезского речного порта вместо речного порта Кзыл-Кола направлено было в речной порт Келиф. Поэтому я с афганскими представителями и шоферами вынужден был разыскивать наш груз в разных портах. Все это пошло мне на пользу, так как я ознакомился с бытом и нравами афганцев северной части страны

            Наиболее удивительное для меня в первые дни – это местная одежда. Большинство мужчин ходят в национальной одежде, которая состоит из длинной ниже колен, с боковыми разрезами рубахи и широченных панталон, собранных в многочисленные скалдки в середине и стянутые узкой тесьмой выше щиколодки. Чтобы ралстянуть их в поясе не хватит размаха рук. Говорят, на штаны здесь идет 7 метров ткани. У всякого порядочного горожанина рубаха и штаны обязательно одно цвета  белого, серого, зеленоватого, сиреневого. Любят здесь ткани полосатых расцветок. Рубаха на выпук, поверх нее надета вельветовая жилетка или пиджак, курточка, американский френч или что-нибудь в этом роде. В холодное время года сверху надет полосатый халат: по колличеству дырок и объему, торчащей из него ваты, легко  определить состоятельность его владельца. Халат, как известно, предмет универсальный: в нем спасаются от всех стихий – жары, холода, дождя, ветра, на нем спят, им укрываются в пути. Челов не имеющий халата последний бедняк. Иногда теперь халат заменяется обвисшим пальто, поступившее в Афганистан по плану Маршалла.

            Чолма, которой обязательно обвернута голова добропорядоного афганца, так же имеет многоцелевое назначение – это и признак истинного мусульманина, и полотенце, и шляпа, защищающая от солнца, и шарф, и платок, спасающий лицо от холодных ветров и пыльных бурь.

            На ногах горожанина грубые сандалии, босоножки, калоши, резиновые сапоги или туфли. Иногда бросаются в глаза крашенные охрой ноги с ярко-рыжими ногтями в цветочных платмасовых босоножках. Чаще встречаются яркие нейлоновые носки в калошах, торчащие из-под халата.

На этом фоне резко выделяются стройные, худощавые чиновники, в строгих европейских костюмах, черных узконосых туфлях, непременно в каракулевой шапочке на макушке, напоминающей детский бумажный кораблик, иногда с накинутым на плечи шелковым халатом.

            Иногда два стиля одежды смешиваются, и мы с удивлением видим фигуру, у которой из-под пиджака, с каракулевой шапочкой на голове, торчит белая нижняя рубаха, из-под которой в свою очередь спускаются широкие шаровары, обволакивающие ноги в босоножках.

            Щегольский вид имеют офицеры афганской армии – серая гладкая форма, блестящие погоны с черной окантовкой, узкие брюки, черные туфли, черный галстук и белая рубашка, серая выгнутая вверх фуражка с черным околышем и козырьком и серебряной кокардой.

            Труднее всего судить о слабом поле. Высокие дувалы и черная сетка чадры скрывает афганскую женщину от глаз постороннего мужчины надежнее государственных границ и постановлений. Время от времени по обочине дороги проходит кучка фигур в цветных балахонах до пят, из-под каждого спереди высовывается нога в темном чулке и туфле, бывает, что и на каблуке. Разъезжая по дорогам Афганистана, я постоянно удивлялся, когда при приближении машины, шедшие по обочине женщины обязательно прикрывались платком, останавливались, садились на корточки так, чтобы с дороги была видна только их спина, и оставались в таком положении пока не проезжала машина, обдавая их клубами пыли. Любопытство могли позволить себе только девочки и наиболее смелые старухи.

            Понятие «старуха» здесь очень относительное. Афганские женщины, часто имеющие к 20-25 годам несколько детей, обремененные работой в поле и доме, старятся очень рано.

            Может быть и это способствует многоженству, узаконенном Кораном, который разрешает иметь четырех жен. Но жениться не так просто. Расходы на покупку жен и их содержание доступно вовсе не каждому. Большинство мужчин женится к 30-35 годами поневоле остаются всю жизнь однолюбами – ведь за жену нужно платить от 20 до 100 тысяч афгани.

            Насколько трудно жениться, на столько просто развестись. Муж должен трижды произнести фразу: «Свободна» и жена отправится в дом отца.

            Само собой разумеется, что дети остаются с главой семейства - отцом, который должен вернуть калым.

            Пять-шесть раз в день шестнадцать миллионов правоверных мусульман принимают намаз, при этом обращают свои мольбы к Всевышнему. Молится дехканин, работающий в роле, солдат, облаченный в военную форму, чиновник, живущий большим «бакшишом» (взятка или подарок), чем зарплатой, купец, обманывающий дехканина, мулла и его ученик, министр и шофер, погонщик верблюдов и полицейский. Всем нужно заступничество Аллаха.

            Первые месяцы поездок по северному Афганистану с господином Абу Ваб-Ханом времени было мало, чтобы успеть все осмыслить. А чтобы узнать жизнь города, кишлака или небольшого населенного пункта надо обязательно идти на базар. На базар мы пошли в новогодние праздники.

            19 марта 1957 год (1336 год). Поездка на новогодние праздники в г. Мазари-Шериф. В поездке принимали участие заместитель председателя объединения энергетики (Шаркет барк) господин Абзук Ваб Хан, Мудыри Иноятукла Хан, Мухаммед Юнус Хан и чиновник из отдела контроля Мухамед Сардар Хан с женой и четырьмя детьми, а также крупный землевладелец Каттаганской провинции Мамад Мусим Хан.

            Для поездки были выделены три автомашины ГАЗ-51, «Победа» и «Виллис».

            От г. Пули-Хумри до г. Мазари-Шерифа 204 км. Выехали в 7.30 утра.

            Полевая остановка перед перевалом Рубатак в одноименном селении Рубатак. Отдых, принятие намаза.

            Вторая остановка за перевалом перед селением Айбак. Отдых, намаз.

            Третья остановка в селении Айбак. Обед в дорожном ресторане, чай, намаз.

            Четвертая остановка в г.Ташкургане. Знакомство с городом, обед, чай, намаз.

            Пятая остановка в конечном пункте г. Мазари-Шерифе, предпраздничная ночь.

            Все центральные улицы города освещены газовыми фонарями (Гайс). Чувствуется приближение праздника. Все афганцы остановились в доме у начальника Дизельной электростанции Джумы Хана. Я устроился в городской гостинице около госбанка и телеграфа, в комнате с заготовителями шерсти и хлопка Титовым Василием Дмитриевичем и Рыжовым Борисом Андреевичем. Приличный хороший номер, все необходимое для отдыха есть кровать, стол, стулья, туалет во дворе.

            20 марта. Была организована поездка в Балх – бывшую столицу Бактрийской империи г. Балх на одноименной реке Балх, истоки которой в верховьях называются Руди-Банди. Амир на склонах хребта Кухе-Баба в горах Гиндукуша. В среднем течение реки орошается крупный земельный оазис Балхшский и Мазари-Шерифский. В низовьях – у границы с СССР река иссекает. В прошлом воды Балха дотекали в пределы Союза и орошали долину ныне высохшей реки Узбой.

            В Балх ехали по новой дороге. До селения Имам Букры хорошая асфальтированная дорога – часть афганской кольцевой дороги. Через город протекает небольшая река, местные жители называют ее Имам Букры. Вода в реке круглый год. В данный период времени вода с большим количеством наносом! Берега сложены прочными конгломератами, на правом и левом берегах карнизы, много извилин, через реку построен мост. За мостом дорога поворачивает вправо на Келиф, а прямо в Маймене.

            Мост трехпроистный, арочный, выложен из красного кирпича. На опорах замочки до трех метров. Весной бывают большие паводки.

            О мосте существуют несколько легенд. Мост построен более 800 лет назад. В опоры моста заложены неверные жены Хана из города Илюм Букры. Для прочности в раствор добавлялись желтки от яиц. В настоящее время мост полуразрушен, но его возможно эксплуатировать. Селевые потоки в реке достигают больших размеров.

            Балх - бывшая древняя столица Балтрийской империи, расположен в 32 км от г. Мазари-Шериф по новой дороге, полностью разрушен.

            4 тыс.лет тому назад был разрушен ассирийцами, вторично его разрушили при арабском нашествии и окончательно третий раз разрушил Чингиз Хан.

            Основные жители узбеки и живут они на центральной улице. Бывший город обнесен громадной крепостью (полностью разрушена). Вокруг города много фруктовых садов. Больше всего разрушений было совершено воинами Чингиз Хана. Полностью были разрушены здания, Центральная мечеть была разрушена наполовину. Все жители города были вырезаны. В городе много военных патрулей и полиции.

            Обед в узбекском придорожном ресторане, настоящий узбекский шашлык с всевозможными приправами. Возвратились в Мазари-Шериф по старой дороге через ворота «Дарваза» Мазари-Шериф. Дорога плохая, мостов нет, отсутствует покрытие.

            Возвратились вечером, в г. Мазари-Шериф праздничная ночь. В самом городе не особенно чувствуется приближение нового года, зато в прилегающих населенных пунктах и дорогах ведущих к городу тысячи людей идущих и едущих на торжества. Только на центральных улицах, идущих с востока на запад оживление, в дуканах идет бойкая торговля всевозможными сладостями, шашлыком и безалкогольными напитками.

            В гостинице иностранцев, кроме нас троих и одного индуса – преподавателя английского языка, никого нет.

            20 марта, вторая половина дня. Предновогодняя ночь. В мусульманских странах новый год начинается 21 марта. В последний день старого года началась оживленная подготовка к новогоднему празднику. Основные работы были направлены на создание новых торговых точек и временных мест для ночлега. Особенно большое оживление на 2-х центральных улицах и вокруг мечети – Раузи Шериф Али Кара Мулла. С северной и восточной стороны около мечети освобождена от торговых дуканов площадь примерно 200-250 квадратных метров. Временные строения вокруг мечети сносятся. С восточной стороны расположился цирк, карусели и крутящиеся колеса. С северной стороны множество хаузов и арыков, наполненных водой для омовения.

            Все готовятся к завтрашнему дню. Что будет завтра? Никто толком объяснить не может. Никакой программы нет. Все говорят о поднятии новогоднего флага на мечети в 9 утра.

            Вечером прибыли дорожники Харламов Николай и Фокин. Наконец у нас появилось свободное время посетить базар.

             На востоке, чтобы узнать жизнь города, как всем известно, надо идти на базар. Настоящий восточный, азиатский или арабский базар – это центр политической, экономической, культурной и духовной жизни города и прилегающих к нему ближайших и дальнейших территорий. На базар желательно идти в четверг (чаршанбе). Познавать базар можно только в трех измерениях – его надо видеть, слышать и обонять. Современное документальное кино не дает полного представления об этом феномене, и описание ничего толкового не дает.

            За период пребывания в Афганистане, я повидал сотни базаров в крупных городах, районных центрах, кишлаках в разных частях страны – севере, востоке, центре, юге и западе.

            Со всех концов к городу тянутся по обочине дороги цепочки людей на лошадях и верблюдах, чаще на ишаках и идущие пешком. Редко когда на ишаке или лошади сзади отца подпрыгивает мальчишка или сзади мужа покачивается женщина, конечно под чадрой. На востоке – не женское это дело ездить на базар, делать покупки.

            По многим окрестным дорогам стремительно текут к базару, окутанные дорожной пылью потоки людей и скота, и на территории базара смешиваются в оживленную массу, окутанную маревом пыли.

            Пыль, смешанная с дымом уличных жаровен, с запахом заваренного чая, с горечью восточных специй, пикантной свежестью навоза, потом животных и других неопределенных незнакомых запахов – весь этот густой букет, из которого как из перенасыщенного раствора, кажется вот-вот выпадет осадок, обволакивающий всех и вся. Он настолько проникает во все поры, что через некоторое время перестаёт ощущаться как что-то чужое.

            Ровный гул многотысячной толпы, из которой ни один человек не молчит дольше нескольких секунд, прорывается выкриками продавцов, истошными воплями ишаков, резким звякающим перестуком жестянщиков, выкриками повздоривших продавцов и покупателей, звоном пролеток, продирающихся сквозь толпу, свистками полицейских.

            Мы вошли в толпу, как в бурлящую стихию и не успевали запечатлевать мелькающие картинки, одна другой удивительнее и непривычнее. Вся улица, каждый квадратный метр использовался для торговли. Прямо на земле, в пыли расположились продавцы тканей, лепешек, глиняной посуды и украшений. Больше всего продавцов мелочей. Чего только нет на их расстеленных вдоль проезжей части рогожей – пуговицы, носки, японские замки, зажигалки, немецкие и китайские авторучки, гонконгские фонарики, металлические крючки, старые туфли, коренья, платки, мыло, тетради, пустые бутылки, иглы, жестяные банки, заколки, кремы, ножи, носки, польские спички, сухие лечебные травы. Это меньшая часть ассортимента. У всех торговцев набор товаров почти один и тотже.Торговцев сотни. Многие вещи лежат годами, и вид приобретают соответствующий.

            На земле сидят продавцы украшений, на рогоже или куске материи  лежат под ногами прохожих серебряные и латунные подвески, серьги, бусы и прочие украшения невидимых красавиц. Красавицы надежно отделены от этих сокровищ глинобитными дувалами отцовских и мужниных домов.

            Бродя по базару, мы попадаем в сапожный ряд, где глаза разбегаются от обилия остроносых, расшитых цветной кожей и блёстками женских домашних чувяков.

            От сапожного ряда мы попадаем к книготорговцам, бородатым, в чалмах и халатах, как и продавцы тканей. Как правило, кроме книг на форси и арабском, с их лотков на вас смотрит довольно молодой мужчина в военной форме. Так выглядел молодой король Афганистана Мухамед Закир Шах.

            Между сидящих на земле плотная толпа ходячих продавцов и покупателей, еще больше глазеющих. Смысл базара ведь не только в том, чтобы что-нибудь купить или продать, необходимо просто знать, где что продают и почем. Не надо удивляться, что все ходят, смотрят, спрашивают, узнают, ругаются, пробуют. Нам казалось, что именно так должно было выглядеть вавилонское столпотворение. Но через некоторое время обнаруживаем, что в основе есть определенный порядок, проступающий сквозь стихию мелкорозничной торговли.

            Далее мы визуально ознакомились с большими магазинами, где обычно продают европейские товары, овощными и фруктовыми рядами, к вечеру возвратились в гостиницу.

            21 марта 1337 года, 8 часов утра. Первые часы нового мусульманского года. После приятного завтрака отправились к месту торжественной церемонии встречи нового года к мечети Раузи Шериф Али Кара Мулла. Погода в первый новогодний день была замечательная. Голубое южное небо, весело светит теплое солнышко. Жители города и прибывшие из всех городов провинции Мазари-Шерифгости были в приподнятом настроении, одеты в ярко-красочные наряды. Особенно красиво выглядели дети. Девочки в ярких цветных платьях, ребята в халатах (чапанах), на голове чалма, на ногах башмаки из разноцветной кожи с загнутыми носками – восточного типа. Выехали на автомашине ГАЗ-51. Все центральные улицы города заполнились людьми. Проехать на машине невозможно. Сплошная толпа народа движется по направлению к мечети. Нам ничего не остается делать, как внедриться в движущуюся массу и постепенно приближаться к месту проведения торжественных мероприятий. По контуру мечети были построены временные подсобно-вспомогательные помещения. Крыши всех крупных домов за пределами площади заняты людьми.

            Женщины собрались около помещений западных и северных ворот. Женщинам Афганистана разрешается посещать мечеть только в течение нескольких часов в день нового года и только через северные и западные входы в мечеть. Во все другое время года они имею право подходить к северному и западному входу в мечеть и целовать колонны перед входом. В течение всего года посещение мечети женщинам запрещено.

            Прибыли к мечети, в 8.30 выбрали удобное место, чтобы хорошо было видно мечеть. Все чего-то ждут и никто точно ничего не знает.

            В 9.00 губернатор провинции должен поднять новогодний флаг во дворе мечети. Флаг был поднят над мечетью с опозданием на 43 минуты. Поднятие его сопровождалось взрывами петард и выстрелами (15-20 выстрелов) и аплодисментами всей массы людей, окружающей мечеть. После завершения всех официальных процедур, были открыты южные и северные ворота. Вся многочисленная масса мужского населения ринулась к южному входу. Женщин было намного меньше, они входили через северный вход.

            Флаг над мечетью будет приподнят в течение 40 дней. Вокруг мечети началась бойкая торговля восточными сладостями и непременно шашлыком и пловом – чем славится город Мазари-Шериф.

            Вторая половина дня была проведена со знакомством центральной части города.

            На центральной, обычно круглой части площади, на специальной тумбе стоит полицейский. Его обязанности – регулировать движение городского транспорта, который он высматривает издалека, вращаясь во всех направлениях. Перед каждой машиной и перед некоторыми гади он эффективно поднимает жезл, останавливая поперечное движение, и еще более эффективно указывает экипажу в ту сторону, куда, как ему кажется, тот намерен повернуть. Если же транспорт поворачивает в другую сторону, он ничуть не смущается, принимает стойку «вольно» и снова смотрит по сторонам, чтобы достойно встретить очередной транспорт.

            Впрочем, в центральной части города, кроме универсальных магазинов, в ассортименте выставлены товары, выпущены в разных странах Нового и Старого света за последние 20-30 лет, есть и целый ряд специализированых магазинов. Кроме этого есть несколько дуканов с европейскими товарами, куда заходят только городские чиновники. Здесь можно купить все, от патентованных немецких товаров, ливанскую одежду, американские игровые карты и японские транзисторы. При этом продавец медленно объясняется на английском, немецком или русском языках. Лавки с яркими шелковыми индийскими тканями обычно располагаются вблизи центральной площади. Индийцы с узкими лицами, обрамленными роскошными бакенбардами, в высоких диагональных чалмах выглядят очень красиво. Они торгуют целыми семьями. Это не дуканщики, а дукандорсанбы (господа продавцы).

            Все расходящиеся от центральной площади улицы заняты лавками. Посудные с китайским и японским фарфором и фаянсом, французским небьющимся стеклом. Жестяные – где ведра, сковородки, чашки делают тут же из жестяных баков, в которых из Союза был привезен керосин. Лавки медников украшены котлами, плашками, кумчанами. Обувные лавки, каждая со многими сотнями новеньких крючконосых башмаков или чувяков с плоской подошвой, масса различных фасонов, размеров, расцветки шлепанцев, туфлей, штиблет, босоножек, сандалий, ботинок, сапог. В другом ряду лавки с национальной одеждой – разноцветными халатами, рубахами, делетами, штанами. В каждой лавке – хозяин, зачастую строчащий на немецкой швейной машине «Зингер» очередную рубаху. Лавки более скромные, конечно подальше от центра набиты старыми пальто, выцветшими плащами, куртками, кофтами, жилетами, рубахами, накидками пиджаками, френчами, завязанными по плану «Маршалла». Даже бальные платья покроя начала века можно увидеть здесь.

            Далее идут дуканы с продовольствием – горы свежих и сухих фруктов и овощей, отдельно хлебный ряд и мясной. Продажа живого скота, и разных сельскохозяйственных продуктов – пшеница, ячмень, горох, сено производится на специально отведенных площадях на окраинах города. В боковых улочках лавки-мастерские кузнецов, шорников, гончаров, жестянщиков, соляные лавки красильные шерсти и дровяные леды.

            Здесь кузнец подгоняет подкову коню, в его мастерской мальчишка-подмастерье раздувает меха, там развешивается вынутая из красильных чанов шерсть только что освежеванную тушу барана, двое в лохмотьях тянут телегу с дровами, малыш лет 7-8 продает свежие лепешки, другой постарше везет телегу с напитками, разносчик держит огромный лоток с разноцветными нейлоновыми носками, батрак в одеянии из рогожи тащится, согнувшись в три погибели под тяжестью огромного мешка, два афганца встретились посреди дороги, жмут друг другу руки и трижды обнимаются.

            У дальнего дукана хозяин и его гости поочередно посасывают трубку кальяна, две женщины под непроницаемыми серыми балахонами с сеткой на глазах стоят под деревом в ожидании мужа,  который не вкусил всех удовольствий базара. В толпе встречаются передвижные торговцы, обвешенные разноцветными кофточками. Ходячая торговля очень удобна – вроде бы продаёшь и одновременно изучаешь конъюнктуру рынка, не упустишь ни одного важного события дня.

            Невдалеке у забора в одинаковой позе сидят два человека, один из них усиленно натирает другому голову. Рядом на рогожке лежит набор инструментов – бритвы, ножницы, жестянки с кремом. Вода также рядом в арыке. Это парикмахерская.

            На одной из главных улиц на земле под деревом сидит, скрестив ноги человек в старом пальто с чужого плеча, и старательно покрывает белый лист бумаги арабской вязью. Он соединяет в себе функции юридической консультации и машинописного бюро.

            На углу переносная харчевня: широкий поднос на низкой скамеечке у ног прохожих, на нем чашки с вареным горохом и картофелем, растительное масло в бутылочке и специи на блюдечке. Подходи мальчик, отсыпает несколько монет, хозяин берет мизерную порцию гороха, посыпает специями, поливает масло, вручает. Мальчик садится тут же на корточки и ест.

            Несколько афганцев присаживаются у арыка, лицом к улице, снимают обувь, моют ноги, один садится лицом к лавке нагибается к арыку, возиться в своей одежде, чтобы совершить ритуал омовения – истинный мусульманин должен соблюдать себя в чистоте. Мальчик, управившийся с едой, подходит к арыку и поет.

            Рядом между дуканами и проезжей частью дороги расстелены для продажи богатейшие по орнаменту и краскам ковры. Продавец, необязательно хозяин, сидит целый день на ковре попивая чай. Такие ковры, вероятно, устилают кабинеты американских бизнесменов, английских лордов, немецких профессоров. Здесь это роскошь неделю, месяц, год расстилается по утрам на землю и закатывается по вечерам пока не переночует на спине продавца за высокий дувал высокопоставленного чиновника.

            Цепочка ишаков с красновато-серыми крупными каменными блоками на спине семенит по обочине дороги, сворачивает на боковую уличку, останавливается у одной из лавок. Веревка развязывается, батрак носит камни на огромные весы, укрепленные под треногой из жердей, камни взвешивает, затем подают ему на спину. Таким образом, соль, привезенная за сотни километров, попадает на продажу в лавку. Тут ее разбивают на куски, затем пускаю на речной жернов. Соль – ходовой товар.

            После осмотра всех центральных дуканов, магазинов и базара, мы с большим удовольствием посетили ресторан, расположенный на втором этаже в центре города. И как обычно, заказали узбекскую шурпу, и бараний шашлык с хорошим зеленым чаем. Первый напряженный день нового года требует хорошего отдыха, так как на завтрашний день намечены все увеселительные мероприятия; козлодрание «безкаши», бой верблюдов – Джанги Шутур, бой петухов и драка собак, будут проводиться за пределами города в местечке «Дашти Шадион» за Мазари-Шерифской нефтебазой.

            21 марта 1337 года. В гостинице оживление, приезжих порядка 20 человек: немцев – 4, русских – 8, индус – 1,остальные богатые афганские торговцы.

            Ни одно праздничное мероприятие на севере Афганистана не проходит без популярного здесь «Безкаши» - козлодрание и «Джанги Шутур» - бой верблюдов.

            На площади, где обычно проводится козлодрание, заранее обозначена территория. Вокруг это территории стояли и сидели люди на полосе примерно 5-6 метров. Около судейской палатки стояли автомашины. Перед началом соревнований устроен парад участников. Все всадники, а их примерно 150-200 человек, стройными рядами прошли мимо губернаторской палатки. Затем был устроен парад участников «Джанги Шутур» - бой верблюдов. В параде принимают участие 14 верблюдов. Боевые – неспокойные каждого верблюда вели 10-12 человек. Четверо держали за узду и по два держали на веревках за каждую ногу.

            Перед началом козлодрания все участники разминались, медленно скакали по полю на своих лошадях. Появился судья, внимательно осмотрел поле боя. Участники соревнования в высоких мягких сапога, халатах подпоясанным цветными платками, в чалмах на большинство в киргизских шапках с меховым верхом, в руках короткие плетки камчи. Лошади горячие, под высокими седлами, с цветными коврами, некоторые под расшитыми попонами.       

            В центр обозначенного круга кинут обезглавленный козел, весом 30-40 кг. Задача каждой группы всадников состоит в том, чтобы схватить тушу из круга, обскакать с ней вокруг обозначенной территории и вернуться в центр круга. Особых правил не существует, нельзя только соскакивать с коня и применять холодное оружие. Такую силу и ловкость надо иметь, чтобы удержать такую тушу, а тем более схватить ее с земли или отнять на всем скаку  у соперника!

            Группы всадников из разных провинций выстраиваются друг против друга, распорядитель даст последнее указание.

            Ровно в двенадцать часов главный судья соревнований докладывает губернатору провинции, что наездники готовы к началу соревнований.

            Вот дан сигнал…… и что начинается!

            Все всадники сбиваются в кучу, напирая друг на друга, понукая и нахлестывая коней, продираются всевозможными способами к заветному козлу. При этом, конечно, никто не видит, где туша, под чьим конем. Лошадей бью беспощадно, лошади лезут друг на друга. Крик, шум, удары ржание и храп лошадей доносятся до зрителей. Так продолжается несколько минут, пока какому-нибудь отчаянному смельчаку не удастся протиснуться, перегнуться через седло сквозь конно-людскую массу. Зажатый в таком положении соперниками, он должен свеситься с коня, схватить козла за ногу и с ним выпрямиться. Обо всем этом можно только догадываться, в куче-мале ничего не видно. Тут же в тушу вцепляются несколько рук, ее растягивают в разные стороны, пытаясь вырвать из плотного кольца соперников и помощников. И вот смельчак вырывается из окружения обезумевших всадников. На скаку подсунув ногу козла между животом лошади и собственной ногой, держа тушу обеими руками и перевесившись всем телом в противоположную сторону, влитый в седло с кнутом в зубах, летит – за ним куча преследователей. Начинается безжалостное избиение лошадей, группа всадников с безумной скоростью несется в сторону установленных флагов, ограничивающих территорию соревнований. Но туша тяжелая, бьет коня по ногам, и через несколько десятков метров всадник теряет добычу. Следующие за ним по пятам соперники по инерции проскакивают мимо, и лишь кто-то из более дальних преследователей ухитряется на скаку схватить тушу. Начинается очередная борьба за овладение козлом. Двое соперников вырвались вперед других, растягивая тушу за задние ноги и тянут его каждый в свою сторону. Побеждает сильный, ловкий, выносливый и смелый. Один, в конце концов, пересиливает, на всем скаку подсовывает добычу под ногу, но в этот момент настигает следующий всадник и начинается новый этап безостановочной борьбы. Руки всадников заняты, и кони, представленные сами себе, несутся на зрителей. Крики, паника, люди шарахаются в сторону, бегут, давят друг друга. Но лошади промчались мимо, и зрители радостно возвращаются на свои места, бойко обмениваясь переживаниями. Они тоже приняли участие в игре.

            Наконец один из всадников вырывается вперед и под бурные аплодисменты и восклицания собравшихся мчится к финишу, а остальные 50-60 всадников стремятся его догнать. Одному из всадников удается, ухватится за ногу козла и в этот момент он рухнул на землю. Толпа всадников теперь теснится на другом конце поля, снова без успешно пытаясь поднять с земли тушу из-под ног, сгрудившихся коней. Клубится пыль. Снова рывок вперед – и снова свалка. Кони разъярились, взмокли, храп, всадники в азарте, зрители волнуются. Игра в разгаре.

            Через несколько минут группа всадников заметно потрепанного козла бросили в заветный круг финиша. Победители ликуют, распаренный наездник из рук главного судьи получает под несмолкаемые аплодисменты премию – большой Туркменский ковер.

            Проходят новые и новые заезды. Высокое мастерство джигитовки и бесстрашие проявляют наездники и туркмены из Каттаганской и Мазари-Шерифской провинций. Все самые лучшие призы ковры, ружья, радиоприемники завоевали джигиты этих провинций.

            Несколько часов продолжалось в местечке «Дашти Шадион» это яркое подлинно народное празднество. Зрители получили большое удовольствие: безкаши заменяют им зрелища – спортивные игры, цирк, драму и кино.

            Азис-хан-мамур нашей экспедиции как состоятельный афганец покупает специальных лошадей и перед соревнованиями для резвости по несколько дней держит их в темном помещении. Сам он не принимает участия в соревнованиях, но у него есть свои смелые, сильные и азартные наездники.

            На другом поле готовились к бою верблюды. Перед боем верблюду туго завязывают рот, воизбежание укусов противника и привязывают за переднюю ногу за цепь. Приготовленные к бою верблюды отпускаются с цепи, и сразу же начинается борьба. Они подходят друг к другу вплотную и начинают толкать друг друга грудью и стараются ударить противника шеей. Так продолжается до тех пор по ка один из верблюдов не будет повален на землю или обратится в бегство. Все это проходит под шум зрителей. Хозяева и бригады обслуживающие верблюдов бегают вокруг и издают неистовые звуки. Победитель верблюд бежит за побежденным на протяжении 150-200 метров, затем его останавливает вся команда победителя набрасывают на него халаты.

            Победителя проводят мимо палатки губернатора, где хозяину вручается диплом и премия  - ковер.

            И так продолжается пока примут участие все подготовленные к бою верблюды.

            Поздно вечером, получив массу удовольствий и всевозможных впечатлений, мы возвратились в гостиницу.

            Завтра, 22 марта 1958 года (1337 г.),  выезжаем в Пули-Хумри.

Без национального продукта

не может жить русский человек

 

 

В большинстве городских русских семьях так бывает?

«Гость на пороге, а мы рысью в магазин». А раньше в России приготовлением напитков занимались на дому, дурным тоном считалось покупать водку в магазинах! У каждого был свой «фирменный» рецепт приготовления «Анисовой», «Славянки», «Вишневки», «Лимонной», «Перцовки», «Можжевелевой», «Рябиновой» и т.д.

Даже сама Екатерина Вторая не ситеснялась посылать в подарок коронованным особам и своим именитым зарубежным друзьям - Иммануилу Конту, Карлу Линею, Иогану Вольфраму Гетте - русскую водку, приготовленную в церских палатах отечественными винокурами.

До 17 летнего возраста я никогда не пробовал алкогольные напитки и тем более не имел никаго представления о приготовлении крепких напитков в домашних условиях.

Впервые, я вплотную познакомился с приготовлением крепкого алкогольного напитка «Самогона» будучи в заграничной командировке в Афганистане (1956-1957г.) при выполнении комплекса изыскательских работ для обоснования проекта гидроэлектростанции Наглу на р.Кабул и Пули-Хумри-2 на р.Кундуз.

В живописном горном местечке на правом берегу р.Кабул немцами из Западной Германии был построен небольшой благоустроенный поселок, со всей необходимой для нормальной жизни инфраструктурой: столовая, клуб, бассейн, спортивные площадки, водопровод с канализацией. Посещение поселка рабочими афганцами было строго запрещено, кроме обслуживающего персонала.

В связи с тем, что работы по нашему контракту были рассчитаны на один год - никакого жилья мы для себя не строили. Жили мы в домах, питались в прекрасно оборудованой просторной столовой.

Как русские, так и немцы - любители выпить крепкого напитка. Характерной особеностью поведения немцев являлось то, что прийдя в столовую он выпьет свой напиток, никого не угостит, а оставшееся понесет домой, что не характерно для русского.

Руководители немецкого контракта включали в поставку продуктов и алкогольные напитки. Об этом мы неоднократно убеждались будучи в гостях в их квартирах.

Афганистан - стана сухого закона и спиртное можно было официально приобрести только через Советское посольство.

Советским специалистам, кроме местных продуктов, а иногда к торжественным праздникам выделяли по норме алкогольные напитки - одну бутылку на 2-3 специалиста.

В любом физическом явлении вакуум заполняется. И этот жизненно необходимый напиток доставался любыми способами, преодолевая всевозможные трудности.

И вот тогда, среди капиталистов-немцев нашелся предприимчивый человек, решивший облегчить жизнь советским специалистов, -который организовал производство самогона из сахарного тростника и кишмиша (саухого винограда).

Между двумя жилыми помещениями, в тени деревьев, немец соорудил небольшое помещение, в котором было размещено бродильное оборудование и смонтрирован самогонный аппарат - прототип малого самогонного заводика. Обслуживали этот маленький самогонный заводик два афганских рабочих. За сутки они производили 30-35 литров - это 40-45 бутылок из-под немецкого пива емкостью по 750 милилитра.

Реализация была налажена классически круглосуточно. Достаточно было постучать, в специально вырезанную в нижней части окна форточку и товар будет у вас в руках. Стоимость одной бутылки 50 афгани, это 1 сертификатный рубль или 5 нормальных советских рублей (1956-57 гг.) или .

Напиток был ужасно вонючий, но крепкий. Первач - никакой очистки он не подвергался.

Хозяина мини-завода звали Борич. По его имени назывался самогон «Боричевка». Этот напиток, в основном, употребляли советские специалисты, работавшие на выполнении изыскательских работ под строительство гидроелектростанции Наглу. А привелигированные работники посольства и других организаций в большинстве случаев приобретали спиртное в магазинах, расположеных вблизи стараго посольства.

Технология покупки была проста. Мне нужно один ПАУ (450 гр=1 фунт) яблок для закуски. Продавец знал, что в пакете с яблоками или другими фруктами надо вложить бутылку спирта. В быту этот напиток назывался «Наваду шаш» -днвяносто шесть, на советской бутылке была цифра 96 градусов.

После длительного перерыва в 1962 году мне пришлось работать уже на строительстве гидроелектростанции Наглу. Борича уже не было, он выбыл в другую страну. Приготовлением алкогольных напитков занялись индусы. Напиток назывался «Кишмишовка», т.к. его изготавливали из кишмиша. Однажды, советские специалисты напились до такого состояния, что на следующий день на похмелье допивали остатки из бутылки и на дне был мышонок. С этого дня напиток был переименован в «Мышовку».

Кроме индусов, более интилегентные советские специалисты, наладили производство самогона в домашних условиях. Размах был настолько велик, что об этом узнали работники посольства. И в один прекрасный день, комиссия прооизвела проверку жизни домашних условий советских специалистов. Дефицитные самогонные аппараты украсили мусорные ящики. Так одним махом было покончено с самогоноварением в домашних условиях. И стало опять дурным тоном покупать алкогольные напитки у индусов.

1966-1967 годы. Имея уже большой опыт производства изыскательских работ в стране «сухого закона» при составлении заявки на вывозимое оборудование, материалы и продукты питания, были включены: сигареты, спиртные напитки и парфюмерные изделия. А при комплектации лабораторного оборудования были учтены дистиляторы для получения дистилированной воды -как электрические, так и на дровяном топливе.

Учитывая то, что участки нашей работы располагались вдоль советско-афганской границы - завоз необходимых прдуктов и напитков не представлял особых трудностей.

Но все же, мы один раз испытали наш дистилятор. Производительность мала и длительный процесс значительно дешевле я мог привезти из Союза русскую водку.

Проживая длительное время в Ташкенте, где в сезон сбора урожая очень дешевые фрукты. Для домашнего пользования было налажено производство сухого вина. Технология приготовления проста: 100 кг размятого винограда с косточками, закладываются в деревянные бочки или стеклянные бутылки емкостью 20 литров, дрожжи не добавляются. После окончания брожения вся эта масса процеживается. Получается примерно 60-65 литров первосортного сухого вина крепостью 15-16 градусов. В оставшуюся массу добавляется 8-10 кг сахара и все разбавляется водой. После окончания брожения и процеживания получается 50-60 литров крепкого вина таипа портвейн - крепостью до 20 градусов – это вино второго сорта.

Таким образом, из 100 кг винограда стоимостью по 30 копейек и 10 кг сахара по 90 копейек за кг получается 100-110 литров вина. Литр вина обходился стоимостью от 40 до 50 копейек.

По-настоящему приготовлением вина и крепких алкогольных напитков я занялся имея садовый участок - с 1989 года.

Вино изготавливал из всех фруктов, выращеных на своем участке. Большим успехом пользовалось вино из черноплодной рябины, облепихи, черной смородины и клюквы.

Начиная с 1998 года, я по-настоящему постарался освоить технологии приготовления крепких от 40 градусов напитков.

Поводом для занятия самогоноварением поступило следующее: - на мой День рождения Рожкова Майя Ивановна подарила мне книгу «Самогон, 140 рецептов приготовления». Процессы, аппараты, очистка. Издательство «Легат», 1998 года. А отъезжающие родственники в Америку отдали мне большое количество засахарившегося варенья.

Кроме этого, пришлось ознакомиться с дополнительной литературой, а именно:

-        «Как сделать самого», технология и рецепты изготовления спиртных напитков. Как сделать аппарат, очистка и улучшение самогона, приготовление на его основе более ьлагородных напитков, домашнего вина. Издательство «Vezge», 1992 год, Полтава;

-        «Приготовление алкогольных напитков в домашних условиях». Вина, наливки, водки, ликеры и пиво. Книго-издательский консорциум «Аверс», 1990 год, Москва;

-        «Вино для Вашего стола». Издательство «Пищевая промышленность», 1969 год, Москва, В.Д.Федоров.

А так же множество статей из периодической печати.

Самогон - традиционный русский крепкий напиток. Начиная с XV века, он получил широкое распространение и по праву считается уникальным напитком земли русской. Оригинальность и разнообразие рецептов, широкий диапазон вкусовых качеств готового самогона выгодно отличает его от зарубежных "собратьев": шотландского и американского виски, английского бренди и грузинской чачи.

У каждого народа есть свой самогон. И соответственно каждый народ пьет самогон, который заслуживает. Кубинский самогон называется ромом, итальянский - траппа, грузинский - чача, афганский - кишмишовка (мышовка), турецкий - арак, у американцев самогон называется виски. Есть еще тутовка, сливовица, бурбон, коньяк, текила и так далее. А у нас просто самогон. Это еще раз подтверждает мысль, что все мы братья и Бог у нас один, только по-разному называется.

Ознакомившись с литературой и вспоминая все увиденные мною самогонные аппараты от простой аллюминевой кастрюли, с закрепленным на ней аллюминевым тазом с холодной водой, до совершенных аппаратов из нержавеющей стали на заводах военно-промышленного комплекса.

Кроме самогонного аппарата нужны еще емкости для приготовления бражки. Лучше всего брагу ставить в деревянной бочке, эмалированной кастрюле или стеклянных бутылях. Емкости для бражки - соответствовали емкости нагревательного бака самогонного аппарата.

Когда вся литература была изучена, необходимо было приступить к работе по приготовлению бражки и ее перегонки. В качестве емкости самогонного аппарата в домашних условиях используются молочные фляги, канистры, чугунки, бидоны, скороварки и т.д..

Имея в наличии скороварку и стеклянный холодильник, был сконструирован аппарат. Он состоял из емкости (скороварка), термостата резиновой трубки, холодильника и емкости для сбора продукта. Из-за малой емкости скороварки и продолжительности процесса перегонки, от скороварки пришлось отказаться. Кроме того, в один прекрасный день со штуцера сорвался резиновый шланг, и часть браги оказалась на потолке.

Как всегда мне везет с хорошими людьми. Мой хороший коллега из автостоянки, предложил мне, на временное пользование, настоящий самогонный аппарат изготовленный на одном из военных заводов. Емкость бака 20 литров, охладитель змеевик на 2 литра.

Наконец я укомплектован всем необходимым оборудованием, сырьем (варенье, сахар) и емкостью для получения браги.

Первое время самогон получался не высокого качества, но со временем, знакомство с литературой, накопление собственного опыта и обменом информацией с любителями домашнего самогоноварения перегонка, очистка и улучшение качества получаемых напитков стало значительно лучше. Это можно судить по застольям, которые мы организовывали в летнее время на своих садовых участках, а также отзывы моих близких друзей.

Далее мне хочется поделиться опытом приготовления браги, перегонки, очистки и улучшения качества получаемых напитков.

 

Брожение. Получение браги.

Основное сырье для получения браги - фрукты, ягоды, варенье, сахар, вода и дрожжи.

 

Самогон за 2 часа.

Взять 10 кг сахара, 100 гр дрожжей, 3 литра молока, 30-40 литров воды, поместить все в стиральную машину. Крутить два часа, затем дать отстояться и перегнать.

 

Самогон сахарный.

Взять 3 кг сахара, 100 гр дрожжей, залить 15 литрами топлой воды и хорошо перемешать, добавить пучок сухого укропа и листьев смородины для запаха. Настаивать в теплом месте 6-7 дней, затем перегнать. Выход - 3 литра.

 

Самогон сиропный.

Взять 3 литра любого сиропа, развести в 15 литрах воды и добавить 200 грамм дрожжей. Выход - 3,5 литра.

 

Самогон из томатной пасты.

Развести 1 литр томатной пасты в 15 литрах воды, добавить 0,25 литра пива и 5 кг сахара. Наставивать в темном месте пока не перебродит, затем перегнать. Выход - 3,5-4 литра.

 

Самогон медовый.

Развести 1,5 кг меда и 1,5 литра сиропа в 13 литрах воды, добавить 150 гр дрожжей. Настаивать 7 дней, затем перегнать. Выход - 3,5 литра.

 

Самогон из варенья.

Взять 3 литра забродившего варенья, развести 15 литрами воды, добавить 100 гр дрожжей и 1,5 кг сахара. Настаивать в темном месте 3-5 дней. Затем перегнать. Выход - 4,5 литра. Если не добавлять сахар, то выход составит 3 литра.

 

Кроме перечисленного выше самогон можно получить из крахмала, конфет, халвы, сухофруктов, апельсинов, магазинного сока, а в больших количествах самогон получают из пшеницы, свеклы, картофеля.

Перебродившая брага преобретает специфический слегка горьковатый вкус, образование пены и выделение газа в ней прекращается, хотя при встряхивании емкости пузырьки газа со дна все еще поднимаются. Запах также заметно меняется и из резкого становится кисло-сладким.

Умение правильно определить момент созревания браги весьма важно для получения хорошего самогона. Перезревшая брага при перегонки снимает его качественные параметры, а использование недозревшей браги существенно уменшает выход конечного продукта. Однако настоящее умение уловить момент, когда брага готова, приходит с опытом поскольку для каждого вида сырья существуют свои признаки.

Важное замечание: готовую спиртосодержащую жидкость перед гонкой необходимо процедить - иначе косточки ягод могут забить змеевик и аппарат взорвется, что чревато серьезными последствиями.

 

 

Перегонка.

Для перегонки браги используется самогонный аппарат. В домашних условиях их несложно изготовить из подручных средств. В зависимости от нагревательной емкости, вида холодильника и производительности, эти приборы могут иметь различную конструкцию. При перегонке необходимо придерживаться следующих правил.

В готовую для перегонки брагу на 18 литров засыпать 1 кг соли, от этого веселее пойдет перегонка, а отток будет крепче. Также необходимо соблюдать температурный режим. Температура кипения спирта 78 градусов, поэтому температура в емкости не должна превышать 80-82 градуса. Первую и последнюю порцию грамм по 200 лучше не брать - в них содержиться большое количество сивушных масел.

При соблюдении технологии перегонки и наличии современного хорошего самогонного аппарта, можно получить с 1 кг сахара 1,2 литра самогона, крепостью до 45 градусов.

 

Очистка самогона.

Самогон кроме этилового спирта и воды содержит еще и вредные примеси, которые необходимо удалить. Для каждого вида примеси применяется свой способ очистки, но чаще всего ограничиваются воздействием марганцовки и деревянного угля. При правильном применении этих способов очистки самогон из хорошего сырья достигает «хрустальной» чистоты. Если же такой самогон изготавливать и по «особому» изысканому рецепту, то такое «питье» вообще не купишь ни за какие деньги.

Мне приходиться пользоваться несколькими старинными рецептами очистки.

Чтобы отнять дурной вкус водки перед перегонкой в зависимости от величины куба, положить от 3 до 5 горстей просеяной золы березовый дров с несколькими горстями соли. Вторую очистку производить без золы и соли, но с молоком.

Чтобы отнять из водки дурной дух, надо на шесть литров самогона добавить один литр свежего молока и перегнать так, чтобы отток был чистым без малейших чапстиц. Или на шесть литров самогона насыпать 200 грамм чистых березовых углей. Настаивать до тех пор, пока все угли не осядут и водка становится чистая, после того слить, разбавить водой в соответствии 2:1 (одна часть вода) добавить 400 грамм изюма и перегнать еще раз.

После второй очистки самогон обрабатывают раствором марганцовки из расчера 1-2 грамма на литр, причем нужное колличество марганцовки растворяют в небольшом количестве кипячоной воды. Этот раствор вливают в самогон, тщательно перемешивают и оставляют до выпадения осадка и осветления. Далее самогон фильтруют через полотно или ватный фильтр.

Подготовленный самогон фильтруется. Лучше всего фильтровать разведенный до 40-45 градусов. Многие пользуются активированным углем, таблетки которого продаются в аптеках.

Я пользуюсь только древесным углем, изготовленным в домашних условиях. Древесный уголь применяют большой поглотительности, приготовленный из березовых чурок без сучков, коры и серцевины.

Угли заливаются самогоном из расчета 50 грамм на литр и взбалтывают емкость 3-4 раза в день. По истечении трех недель, настаивают еще неделю но не взбалтывают, затем фильтруют через полотно или фланель.

После выполнения всех этих процедур, самогон готов для получения различных напитков, а их 140 рецептов.

-        Подслащивание самогона, спирта и водки.

-        Подкрашивание самогона, спирта и водки.

-        Ароматизация и придание вкуса.

-        Определение крепости напитка.

В следующем разделе будут даны рецепты основных наиболее распространенных алкогольных напитков: перцовки, лимонной, облепиховой, медовухи, клюковки, виски, коньяка, настойке на корне жень-шень, можжевеловая и т.д.

В русских деревенских семьях, да и в городских, без самогона и водки не обходится ни одно торжество, пьют, поют и бывает столько радости и русской печали, что невольно на глаза набегает мужская слеза, а из носа вытекает неприятная мужская сопля.

Какая бывает водка? Хорошая и очень хорошая. Еще она бывает «Кремлевская», «Флотская», «Русская народная», «Родная», «Правильная», «Для настоящих мужчин», «Женщинам России», «Мужские тайны», «Тещины слезы», «Вий», «Быстрая сосна», «Эрьзя».

Водку делают из спиртов:

-        ректификованного (класс В)

-        экстра (класс Б)

-        люкс (класс А)

-        премиум (высший класс)

На обратной стороне этикетки можно узнать из какого спирта делают водку. Какая разница между водкой из спирта «Премиум» и из ректификованого спирта определить может только специалист дигу статор. Самый верный метод определения качества водки- ее дигустация. Но это можно определить после покупки, но не все обладает качеством, позволяющим по вкусу и запаху мгновенно отличить водку из спирта «Люкс» или «Экстра».

В период развитого социализма в основном быда одна этикетка «Водка», «Русская водка», «Старка», «Пшеничная», «Столичная» и «Посольская». Пробки были картонные, сверху запечатывались сургучем белым или коричневым. Картон и сургуч заменила пробка с язычком из аллюминиевого листа. Эту пробку заменила винтовая пробка - эстетическая, легко открывается и можно не пить всю водку.

В последние годы в горлышко стали устанавливать пластмассовые дозаторы, позволяющие регулировать струю жидкости. А в последние годы появились звуковые колпачки. Отвинчиваешь, а она женским голосом: «Вася! Не пей много!». Или другим голосом: «Ну, мужики, вздрогнули!», «Дай Бог не последняя!».

Вот так рекламируется «русскоговорящая» водка - уникальный продукт, в котором сочетаются традиции и современность. В пробку записано 14 разнообразных текстов, которые звучат после каждого открытия бутылки, пробка даже пьянеет - тосты по ходу становяться веселее.

Не меньшее значение имеет емкость. В царское время количество жидкости измерялось ведрами, трехлитровыми бутылками. Малые мерки в те времена представляли чарки - 0,1423 литра, самая маленьякая - шкалик - 0,061 литра. После революции была введена метрическая система 0,5 литра и 0,25 литра.

С развитием стекольной промышленности в магазинах начали поступать бутылки всех возможных объемов и форм. Особым новшевством стал выпуск так называемых кувшинов - бутылка с ручкой, емкостью 1,75 литра, чтобы держать было удобно.

 

Мои родители

ОТЕЦ

 

Мой отец родился в г.Кустанае 30 октября 1901 года, крестили его 1 ноября в Михайловской церкви. Крестный отец – Никита Степанович Никитин, крестная – Улита Павловна Кияткина, по мужу Бобровская.

            Дедушка и бабушка мои жили в семье моего прадеда Павла Петровича. В семье было четыре сына и шесть дочерей. Кроме занятий сельским хозяйством, на заимке Рыспай в 25 км от г.Кустаная, они занимались обработкой даров сельского хозяйства. Построили просорушку, из проса делали пшено. Семья увеличивалась и моего деда Филлипа, как самого старшего в семье  и самого слабого здоровьем с двумя сыновьями (Петром и моим отцом) выделили. Дали ему лошадь, телегу, корову и весь сельскохозяйственный инвентарь и на заимке Рыспай построили ему землянку. Дед не любил заниматься сельским хозяйством и решил заняться торговлей. Продав все подворье и на паях со своим тестем Лавром Филипповичем Никитиным и свояком Антоном Григорьевичем Васильевским, переехал на постоянное место жительство в поселок Стариковский, где занялся торговлей. Торговля оказалась неудачной, вырученные деньги за день расходовались на выпивку вторым зятем и его отцом Григорием.

            К этому времени у моего прадеда Павла дела шли хорошо. У него в Кустанае усиленно работала просорушка и мельница. Видя бедность своего сына Филиппа, у которого к тому времени увеличилась семья (5-ро детей) решили ему помочь, дать ему самостоятельное дело. Купили подворье в поселке Половнеченском с местом для торговли, закупили товару, перевезли все семейство на новое место жительство в богатый поселок в 35 км от г.Кустаная. Торговля в поселке Половнеченском так же не процветала. Надо обладать особыми свойствами человека суметь купить-продать товар, расхвалить и немного обмануть. Мой дед был другого склада. Был доверчив, плохо разбирался в людях, всем верил, поэтому в результате торговли у него остался список, в котором были записаны долги за товар, отпущенный в кредит. В результате все наддворные постройки были проданы, и семья из семи человек возвратилась на заимку Рыспай.

            Над проезжей дорогой в Кустанай была построена землянка. Сарай был рядом с тем местом, которое было раньше продано. На заимке было не более 20-ти дворов, в основном русских.

            В 1909-1910 годах началось заселение казахских степей переселенцами с Украины: Полтавской, Киевской и Таврической губерний. Не желая ехать в отдаленные отведенные поселки, отказавшись от ссуд на заимке Рыспай, осело около двухсот семей. Они построили новую улицу из одинаковых украинских хаток, крытых соломой, разыскали белую глину и побелили свои хаты. До приезда украинцев сельское хозяйство оставалось примитивным, они привезли культуру земледелия, появились брички на железном ходу, сеяли, веялки, сортировки и весь необходимый мелкий инвентарь. Старые жители быстро восприняли новшества в ведении сельского хозяйства. Заимка Рыспай считалась незаконным строением на казахской земле. Там не было церкви, школы и фельдшера. Обязанности фельдшера выполняла бабка повитуха. Черноглазиха удачно принимала новорожденных, лечила многие болезни народными средствами, имея природные дарования.

            Первые уроки в познаниях науки мой отец получал в Садчиском поселке у Михаила Бутенко. Учеников у него было 5 человек, которые сидели за небольшим столом и писали буквы. Сам же учитель с женой сидели на печке, ели галушки и держали в руках палки, которыми могли достать до головы любого ученика и ударить за невнимательное отношения к урокам или за мешание соседу. Учеба его продлилась недолго, угорев в душной хате, он заболел. Ребята сообщили матери, и она забрала его домой.

            На следующую зиму его отвезли в поселок Садчиковский к бабушке Никитиной, где была Министерская школа и три класса начального образования. Учительница, Надежда Ефремовна, по-видимому, была старая дева и была очень жестка. Не ленилась ежедневно бить учеников и трепать за ухо до крови. Мой отец был первым учеником и любимцем учительницы, но и его ухо досталось однажды изрядно. По окончании школы он получил Похвальный лист, тесненный бронзой, где было написано «Ученику Кияткину Косьме, сыну Филиппа, за примерное поведение и отличные успехи в науках». Любил он урок Закон Божий, который преподавал отец Яков Гилляров, веселый и жизнерадостный человек. Уроки мой отец выполнял на подоконнике, стоя на коленях. Бабушка хорошо кормила, дед Лаврентий на него не обращал внимания. Отец был свободным человеком.

            По существующему в то время положению царского правительства, мобилизовать людей и лошадей, в случае войны не могли с незаконно освоенных земель. Как только обострилась обстановка перед Германской войной, срочно приехал землемер Иванов и выполнил топографические работы, обозначив этим границы поселка Рыспай. Нарезаны были участки размером 80 на 40 сажень. Потянули жребий и срочно начали строиться и переселяться на новое место, где уже был относительный порядок, как в деревне или поселке, две улицы и в центре большая площадь. Мой дед с семьей сменил участок и, получив другой в центре поселка против площади, построил большую земляную хату. Моя бабушка настояла, чтобы отец продолжил учение. Его отвезли в город Кустанай, где он стал учиться в Русско-Киргизском училище в третьем классе. Училище было в виде педагогического техникума, от третьих до восьмых классов и два года педагогические курсы. Учиться ему здесь было не интересно, так как то, что преподавали, он все знал.

            У прадеда Павла дела шли хорошо, промышленность развивалась, построена новая трехэтажная мельница с ситанами и даже магнитом. Мука выходила по сортам, пшено толченое. Тягловая сила уже была не лошади, а паровой двигатель. Производство прадеда занимало полностью. Он был директор, кассир, счетовод, приемщик, весовщик, сторож и еще нескольких должностей. Отец мой в этот период жил у крестной – Улиты Бобровской, у которой было пятеро детей.

1914 год. Началась война и Михаила Бобровского призвали в армию.

Ранней весной мой дед забрал отца на полевые работы. На этом учение закончилось. Война продолжается, и мой дед Филипп тоже уходит Семья остается в составе 10 человек. Три дяди и шесть теть. Дядя Петя женится на украинке, дочке Захара Чавенко, по имени Келына. Затем на фронт ушел дядя Петя. В семье остается старшим мой отец. Он был молод и неопытен. Дед мой был грамотный, но книг не читал. Бабушка была малограмотная и любила читать, отец мой в детстве очень любил слушать, когда она читает. Книги были потрепанные, так как их читали очень многие. Любимый писатель бабушки был Михаил Васильевич Загоскин. Были сочинения Л.Н.Толстого, А.С.Пушкина, Н.А.Некрасова и Н.В.Гоголя. Иногда дед выписывал газету «Известия».

В 1919 году моего отца призвали в армию. Его солдатская жизнь началась в челябинском отряде, который был сформирован из старых бывалых солдат. Служба ему была знакома, так как дома он занимался всеобучением, использовал винтовку и боевые патроны. Не занимаясь строевой подготовкой, он попал в штабной вагон, в его обязанности входило сдача на станциях в почтовые отделения пакетов, подготовленных писарем Жиряевым. На станции Лосиноостровской перед Москвой он отстал от своего поезда и чудом догнал его на Кольцевой Московской дороге. С этого дня жизнь его изменилась, его назначили помощником писаря, а для доставки пакетов на почту нашли другого молодого солдата. В Беларусии на станции Орша они пошли пешком до города Могилева. Писарь Ширяев был откомандирован в другую часть и мой отец остался в строевом отряде адъютантом начальника штаба и писарем в звании красноармейца. В Белоруссии в то время орудовали бандиты Маруса Балабаховича и полковника Павловского. В обязанности заградительных отрядов входила борьба с бандитизмом. Отряд все время был в движении: города Бобруйск, Борисов, Мозар, местечки Паричи, Лобоничи и т.д. К отряду был прикомандирован уполномоченный Особого отдела и председатель ЦК. Эта тройка решала жизнь людей. Пойманного бандита или дезертира в большинстве случаев расстреливали.

            В течение двух лет отряд особого назначения уничтожил большое количество невинных людей. Закончилось это тем, что прибывшая из Москвы комиссия разобралась со всеми безобразиями и расстреляла командира отряда и уполномоченного Особого отдела. Командиром отряда был назначен латыш Пессору.

            В это время мой отец освоился в работе, хорошо разбирался в картах, составлял донесения, зашифровывал и расшифровывал поступающие депеши, распоряжения по телефону.

            На Западном фронте боевые действия прекратились, и не стало надобности в заградительных отрядах. Отряды были расформированы по другим частям, а командный состав почти всех восьми отрядов, действующей 16 Красной Армии, был признан виновным в превышении власти. В г.Бобруйске состоялось заседание выездной сессии Верховного трибунала РСФСР. На скамье подсудимых из всех отрядов оказалось 43 человека, в том числе и Байкалов, командир отряда, в котором служил мой отец. Этот процесс назывался «Дело 43». Присутствовал корреспондент газеты «Известия» и было описано в газете в развернутые две страницы полностью под заголовком «Дело сорока трех».

            Приговор трибунала гласил: «За превышение и злоупотребление данной им власти, высшую меру наказания расстрел, применить Байкалову, Пессору, уполномоченному особого отдела, многим дали разные сроки и немногих освободили». Учитывая большие заслуги перед Советским государством, Байкалову расстрел заменили на несколько лет тюрьмы. Вот так закончилась оперативная деятельность заградительного отряда, где служил мой отец.

            При расформировании отряда, отец попал в команду особого отдела 8-ой Минской стрелковой дивизии. Начальником особого отдела был Рудь, командиром дивизии Мордвинов, командующим западным фронтом Тухачевский. Будучи еще в отряде отца избрали на Красноармейскую конференцию, доклад делал Тухачевский, сидя в первом ряду, он внимательно слушал и хорошо разглядел его. Высокий, стройный, русые волосы, доклад был о международном положении. Особый отдел занимался борьбой с контрреволюционерами, дезертирами, спекулянтами. Иногда мой отец принимал участие в проведении операций в городе. Вечерами у него было свободное время, и он решил пополнить свое образование. Политотдел 8-ой стрелковой дивизии открыл вечернюю школу второй ступени. Курс занятий длился около шести месяцев. За короткое время учебы отец много усвоил. В то время пяти бальная система была отменена и введена трехбалльная: хорошо, удовлетворительно и плохо. По окончании школы в апреле 1922 года отец  по всем восьми предметам получил высшие оценки и взяли его помощником уполномоченного по военным делам.

            В операциях он не принимал участия, в основном занимался перепиской. Получив такое образование, предоставлялась возможность продолжать  учебу, и он подал заявление в Педагогический институт народного образования. Рабфак – одногодичный факультет по подготовке в высшее учебное заведение. Прием в пединститут намечался только осенью. В первых числах августах отцу предоставили отпуск, и он поехал на родину в Рыспай. 1921 год был не урожайным. Люди умирали. В поселке «Бирский», умерших людей сносили в холодную хату, а когда на утро приходили, у отмороженных трупов не хватало то руки то ноги (людоедство).

            Дорога домой была дальняя, через всю Россию добрался благополучно. В семье в это время он был уже одиннадцатым. Урожай 1922 года был небывало хорош. В голодный 1921 год, мои дедушка и бабушка с семьей за зиму съели семь голов скота, в том числе одну лошадь, несколько баранов и всю картошку. Отпуск прошел быстро. Надо было явиться в часть, там его ждала командировка на учебу в педагогический институт. Судьба с ним распорядилась по-другому. Его год подлежал демобилизации, отца оставили работать в военкомате писарем. Жил он у бабушки Алены. Дед Павел (бывший промышленник) к тому времени уже умер. Мельница была конфискована.

            В военкомате вместе с отцом работал Павел Петрович Кияткин – казах. Мой прадед Петр Иванович из числа первых переселенцев города Кустаная, крестил своего друга казаха и дал ему свое имя Петр, рожденному у Петра сыну дали имя Павел.

            Павел Петрович (казах),  работая в дальнейшем в Совете Министров Казахской ССР, несколько раз был допрошен: «Не у тебя ли была мельница в Кустанае?». Демобилизовался отец в 1924 году и занялся хозяйством. Семья большая, хозяйство пришло в упад. Две лошади-клячи, две коровы, несколько овец и куры. Когда отец был западном фронте, все книги конфисковали и отругали моих дедушку и бабушку за то, что держат в сундуке книги буржуазных писателей, да еще и графа Толстого. Всю жизнь мой отец с горечью вспоминал, что вместе с книгами уничтожили его Похвальный лист за окончание с отличием церковно-приходской школы.

            На первом отчетно-выборном собрании отца избирают членом сельсовета, и он занимает должность секретаря сельсовета с ежемесячной зарплатой 13 рублей 50 копеек. На секретаря  сельсовете возлагалось очень многое: начисление налогов, записи актов гражданского состояния, регистрация браков, рождения и смерти, а также немедленных разводов. Кроме этого отец еще работал по совместительству счетоводом, получал зарплату 45 рублей 50 копеек. Это почти полтора рубля в день, в то время как поденщик работая в поле, получал 40 копеек.

            Будучи секретарем сельсовета, отец одновременно занимался сельским хозяйством, и появилась необходимость жениться. Невест у него было много, выбрать одну ему было очень трудно – это же на всю жизнь.

В Озерном кооператив покупнее, поселок богатый, два магазина и склад по приему сельскохозяйственной продукции. Зарплата 65 рублей. Там отец жил один, семья осталась в родном поселке. В то время уже родился первый сын Аркадий. Жил отец на квартире, за жилье и хорошее питание платил 12 рублей в месяц. В 1928 году, дядя Петя, старший брат отца, окончил сельскохозяйственный институт в Ленинграде и работал в городе Термезе Узбекской ССР на границе с Афганистаном. Приезжая в отпуск, он рассказывал о чудесных сказочных местах в Сурхандальской области и приглашал отца переехать к нему. Долго не думая, отец уволился из Озерного и направился в теплые края. Ехал он 14 дней в товарном вагоне. В Сурхандальской области отец работал по специальности бухгалтером. Жил вместе с семьей своего старшего брата. В то время у брата была вторая жена Мария Васильевна. В одно прекрасное время, придя домой, отец и Мария Васильевна увидели, что Петра нет и нет его вещей. Он уехал в Алма-Ату, оставив вторую жену. По воспоминаниям отца, Мария Васильевна переживала, она была молода и хороша собой, грамотная, работала в народном суде. Отец на ней жениться не мог, так как у него в то время семья состояла из четырех человек: жена Мария и два сына Аркадий и Азарий.

 

 

 

 

МАТЬ

 

Мама родилась в Кустанае 11 июля 1909 года. Крестили ее, по-видимому, в Никольском соборе, так как ее родители Берестовы Иосиф Филиппович и Наталия Кузьминична были из богатой семьи.

Моя мама с родителями жили по соседству с семьей моего деда Филиппа. У моего деда к тому времени было уже много детей. Мать моей мамы дружила с моей бабушкой, а их дети всегда вместе играли. Наталья Кузьминична рано умерла, когда моей маме было всего 11 лет. Когда мой отец отслужил в армии, стал самостоятельным человеком, он присмотрел Марию, ей тогда было 17 лет, у не были большие открытые глаза, предано смотревшие на него. На ней он женился и не ошибся.

Регистрацию провели в районном исполнительном комитете у председателя Гречки. Отец оказался старше своей невесты на семь лет и девять месяцев. Отец не был религиозным. Под натиском родителей, слезами  бабушки и просьбой своей невесты, после долгих препирательств отец венчался в той же Михайловской церкви, где его крестили в городе Кустанае.

Вскоре моих родителей отделили от семьи деда. Купили им у соседа Куценко Трофима небольшую хату с участком, получив одну корову, лошадь и шесть овец. Хозяйством отец почти не занимался, так как его как наиболее грамотного выбрали в сельский совет. Хозяйством занималась мама.

В 1930 году в нашей семье было 4 человека: Аркадий, 1928 г.р. и я, 1929 г.р. Отец принял решение покинуть родные места и уехать подальше в теплые края, в Узбекистан.

До начала Великой Отечественной войны в нашей семье появились брат Константин 1933 г.р. и еще сестра Нина, 1937 г.р. Пока наша семья была в полном составе, всем нам жилось неплохо.

Отца призывают в армию. Мама остается одна с четырьмя несовершеннолетними детьми. Не имея никакого образования, она сумела нас научить выполнять любую домашнюю работу. С одиннадцати лет сирота она выходила четырех довоенных детей и трех послевоенных, внуков и правнуков, ухаживала за больным отцом, работала дома как семижильная вьючная лошадь. До девяноста лет выполняла многие домашние работы, так и не научилась писать толком, выводила по одной букве свою подпись.

В конце 1993 года, неожиданно для нас всех скоропостижно скончался папа. Наша мама долгое время не могла справиться со страхом одиночества, в результате чего врачи нашли у нее в желудке опухоль. Врачи предсказали, что ей осталось жить шесть месяцев или пять лет, все зависит от работы ее сердца и окружения, в котором она будет жить. Самые младшие мои сестры взяли на себя такую ответственность – заботу о старенькой маме. Она не умела говорить красивых слов, не произносила речей, но была великой труженицей, с сильно развитой интуицией, очень выносливой и терпеливой. Еще при жизни папа говорил: «Ваша мама проживет больше, чем я». Последние 18 лет (после операции) мама видела с помощью очков только одним глазом. Операцию второго глаза не сделала. Привыкла смотреть так и никогда не жаловалась на неудобства. Первое время мои сестренки приезжали к маме и дежурили по очереди, а а потом переехали всей семьей в мамин дом. Стали жить большой дружной семьей вместе с мамой. Принятое решение продлило ей жизнь и как-то скрасило ее одинокую старость. Она жила жизнью большого семейства, она всегда знала кому, куда и когда пойти из дома.

Последний год жизни для мамы и моих сестер был тяжелым. 17 января 2001 года, в день рождения моего старшего брата Аркадия, у мамы случился инсульт, который парализовал левую руку и ногу, но через месяц постоянного наблюдения и заботу о ней она сама стала кушать и передвигаться. Дети и внуки приобрели для нее специальную коляску, чтобы быстрее и легче было вывозить ее весной и летом во двор на свежий воздух под деревья.

Осенью 2001 года мама ждала приезда детей, которые живут далеко от Ташкента. Но не дождалась. В январе 2002 года наша мама скончалась. Последние пять дней маме моей было очень-очень плохо, но они ей уже ничем помочь не могли.

В декабре 1993 года хоронили отца, тогда еще жива была мама. С большими трудностями я добрался из Москвы до Ташкента. Я  тогда уже задумывался, как со смертью близких людей приближается собственное одиночество, и как быстро ты становишься тем поколением, которому пора уходить, чтобы дать дорогу другим, новым, молодым, следующим.

Мама скончалась в возрасте 92 года 6 месяцев и 10 дней. Пережила она папу на 4 месяца и 10 дней. Он умер в возрасте 92 года и 2 месяца 20 января 2002 года.

Похороны родителей пришлось организовывать детям и внукам, оставшимся в Ташкенте. Маму хоронили с выполнением всех православных обрядов. Была хорошая, теплая и солнечная погода. Такая же погода была в декабре 1993 года, когда хоронили папу.

Природа всегда провожает хороших людей в последний путь достойно.

Похоронами мамы я не занимался, по объективным обстоятельствам, я не мог прилететь в Ташкент на похороны. Все, что я мог сделать послал телеграмму от имени детей и внуков, просил похоронить ее со всеми почестями. Оплата похорон за счет ее первого внука Жени и первых правнуков Димы и Мишы. Несмотря на объективные причины, меня будет мучить совесть до конца моей жизни, что я не простился с мамой, пока она была жива.

Похоронили маму на Боткинском кладбище рядом с дедушкой и папой.

Маму я любил, и мне кажется, что много у меня от нее. Она была оптимистом, отзывчивым на чужие беды, заботилась о соседях и дальних родственниках. В доме моей матери всегда были открыты двери для родственников и друзей.

Человек прощается с детством навсегда, когда хоронит родителей. Пока были живы отец и мать мы были детьми. Теперь мы не дети.

Мои послевоенные сестры Наташа, Лена и Ира не помнят маму и папу молодыми. У их подруг такими были бабушки и дедушки. Несмотря на свой пожилой возраст наши родители сумели всем своим послевоенным дочерям дать образование, все имеют детей и живут большой дружной семьей.

 

Город Кустанай и поселок Рыспай – моя Родина

 

            Работая в институте «Союзгипроводхоз» в должности главного специалиста по мелиорации земель Срединного региона Советского Союза (это все республики Средней Азии – Узбекистан, Таджикистан, Туркменистан и Киргизия, а так же Западная Сибирь, Восточный Урал и Казахстан), я был организатором аэровизуальных обследований всей территории.

            В одну из таких экспедиций, а их было несколько, в сентябре 1978 года, при обследовании территории Казахстана, мы остановились на два дня в городе Кустанае.

            15 сентября я был на приеме у первого секретаря Кустанайского обкома партии Бородина Андрея Михайловича. В приемной меня секретарша предупредила, что Андрей Михайлович перегружен работой и больше 15 минут с посетителями не разговаривает. При первом знакомстве мы с ним нашли общий язык и вместо 15 минут вели разговор в течение двух с лишним часов.

            Андрей Михайлович – пожилой, полны на вид болезненный, 67 лет, Герой Социалистического труда, член ЦК КПСС Казахской ССР. Живет в Кустанае с 1932 года. С 1948 по 1953 года занимал должность Министра сельского хощяйства Казахской ССР. Жил в Алма-Ате.

            Приветливый, энергичный, хорошо знает свою область. К развитию орошаемого земледелия относится с большим интересом, но не в крупных масштабах. Особенно большое внимание уделяет опытно-производственным хозяйствам. Внимательно прослушал мое сообщение о предстоящих работах по перераспределению части стока Сибирских рек. Когда речь пошла о моих родственниках, то он прекрасно знал моего дядю Кияткина Петра Филипповича, моих теток Полину, Нину и Наташу. Кроме того, он мне рассказал о наших родственниках оставшихся в Кустанае, о которых я имел малейшее представление.

            На следующий день, члены нашей экспедиции улетели на обследование намеченных к орошению массивов в Кустанайской и Целиноградской областях. А я, по тем адресам, которые лад мой отец, разыскал родственников и поехал к ним в посеок Рыспай.

Г.Кустанай, ул.19 августа, дом 128 Кияткина Галина и Игорь Александрович, г.Кустанай, ул.Гоголя, дом 40 Клавдия и Егор Мухортовы.

Елизавета Яковлевна – мачеха.

            В поселок Рыспай я поехал с Мухортовым Георгием Федоровичем, на его стареньком «Москвиче». От Кустанач до п.Рыспай примерно 24 км (до поворота к поселку). Хорошая асфальтированная дорога. Справа от дорого большой бугор. По рассказам моего отца. Этот бугор имеет название «Шишка». Он был насыпан воинами Ермака, как наблюдательный пункт, но тчно никто подтвердить этого не может. В детстве и уже в юности, мои родители и родственники, проезжая мимо этой «Шишки», взбирались на ее вершину. Некоторые из них пытались копать – искали клад.

            Поселок Рыспай произвел на меня неприятное ощущение. На бывшей главной улице поселка сохранились по обе стороны дороги большие старые тополя, посаженные моими предками, многие их них уже высохли. Из старых дореволюционных домов почти ничего не сохранилось. Все дома разрушены, между ними построены небольшие хаты. Распай – неперспективный поселок, беда в том, что его несколько раз передавали в ведение то одного, то другого совхоза.  В период моего посещения, он был прикреплен к Кустанайской сельскохозяйственной производственной станции. На главной улице в районе главной площади, сохранились остатки домов Кияткиных и Берестовых (фундамент, обгоревшие и сгнившие бревна). На территории участка и бывшего дома моих предков, в небольшом примитивном домике 1932 года живет Охотниченко Яков Петрович и Любовь Васильевна. Разговаривал с Любовью Васильевной – пожилая женщина, возраст более 85 лет плохо видит, но помнит моих предков. Обстановка в доме убогая, грязно, много мух. Ее внучка работает дояркой в совхозе, дома ее не было. Во дворе сохранился колодец. Напился воды из колодца, построенного моими предками до революции. Затем мы проехали по всей улице, до бывшего дома Довбни.

            В конце улицы в хорошем доме живет украинская семья Черноглаз. Дома никого не было и я ни с кем не смог поговорить. Хорошо сохранился магазин. Набор продуктов стандартный для сельского магазина советского периода: хлеб, соль, сахар, парфюмерия, водка и прочая мелочь.

            По рассказам моих родителей и Георгия Федоровича, поселок Рыспай до революции был цветущим поселком с перспективой на будущее. Все дома на главной улице были построены из добротных строительных материалов. Фасадная часть двора была обнесена заборами с хорошо запирающимися воротами. Дворовые постройки имели все, где содержались скотина и птица, были амбары для хранения зерна. В поселке, в основном, жили все хорошо, бедных не было. Зерновые посевы, в основном пшеница, выращивалась вдали от поселка, куда выезжали на работу на все лето. Работали добросовестно, со временем не считались. Весь состав семьи выезжал на осеннюю уборку хлеба. Обмолачивали все полностью. Никаких отходов не было. Все зерно сортировалось по качеству и назначению. Кроме пшеницы выращивали просо и бахчевые. На участках около домов выращивали овощи и картофель (капусту, огурцы, помидоры и различную зелень).

            Мы возвратились в Кустанай в этот же день.

            Кроме поселка Рыспай, я посетил дом моего дедушки по линии матери Берестова Осипа Филипповича. Дом расположен по улице Томской (переименованная Амагельдинская).

            Дом двухэтажный. Первый этаж кирпичный, второй деревянный из круглых бревен. Двор запущен. В доме устроены коммунальные квартиры. Войдя в дом, на втором этаже из многих комнат вышли (как тараканы) жильцы и у всех был один вопрос: «Вы повидимому пришли по поводу нашего расселения?». Но были обескуражены, когда я им сказал, что я приехал посмотреть на дом моего дедушки.

 

Историческая справка о городе Кустанае.

 

            Еще в начале 60-х годов ХХ века, кирпичный купеческий Кустанай был практически цел. Центр города являл собой настоящую выставку домов самых богатых купцов 19-го и начала 20-го веков и их роскошные магазины.

            «Пассаж» братьев Яушевых (позже городской универмаг), дом купца Корчина (здание телефонной станции), продовольственные магазины Янкелевич, Архиповых, Оболенских, Кривцовых, мельницы и постоялые дворы Кияткиных (территория Дома быта).

            Крушить и рушить краснокаменский Кустанай начали к концу 60-х годов. Специалисты считают, что в Кустанае на стыке веков оформился свой неповторимый стиль архитектуры, получивший свое название «Кирпичный». Мастеровые непременно украшали здания узорами из кирпича, не допуская при этом излишеств и безвкусицы. Поэтому, совершенно разные на первый взгляд здания, создавали единый ансамбль – подобный провинциальный купеческий Петербург.

            Строители, рушившие купеческие хоромы, наверняка помнят, насколько крепкими они оказались. Стены будто сопротивлялись разрушению, известковый раствор от времени только крепчает. Да и кирпич, изготавливавшийся на местных заводах, из местных сортов глины, обжигался на совесть. Купцы-заказчики зорко следили за его качеством.

            Город был основан в 1879 году, а в начале 1890 года здесь уже бурно развивалась промышленность. В знаменитом словаре Брокгауза и Эфрона написано: «Кустанай вырос с изумительной быстротой на американский образец. Необычное плодородие, окружающей его стеной почвы, безостановочный рост торговли и промышленности, позволяет ему теперь уже соперничать с Оренбургом, Троицком и другими городами».

            Зародившийся в конце 19 века город, был задуман на самый современный манер – с прямыми улицами, пересекающимися непременно под прямым углом. В 1885 году, в нем насчитывалось 38 каменных домов, остальные были мазанки, сколоченные на скорую руку, деревянные хибарки. Улицы не облагораживала зелень.

            В самом конце 19 века, Кустанай называли городом кабаков и церквей.

 

            Современный город.

 

            Город Кустанай – зеленый, хорошо спланированный, современный город. Городу повезло. Секретарем обкома партии одно время был специалист по лесному хозяйству, при нем был озеленен весь город. Затем, на эту должность, был назначен специалист дорожник, при нем были реконструированы и построены новые хорошие дороги.

            Старая часть города реконструируется, часть домов сносится. Так как в городе жило много богатых людей, около дома висит табличка «Охраняется от грабителей». Бывало много случаев, когда при сносе дома, находили клады (зарытые монеты, серебряные и золотые изделия). Рабочие скрывали от работников музеев найденные драгоценности и исчезали из города.

            В центе города, на бывшей территории моего прадедушки Федора Петровича, построили многоэтажный Дом быта. Об этой территории и Федоре необходимо написать вкратце, более подробно описано моим дядей Петром Филипповичем в материале 1967 года.

            Федор Петрович – один из сыновей многодетной семьи моего прапрадеда Петра Ивановича. Петр Иванович – во второй половине 19-го века переехал вместе со своей семьей и родственниками, морально и экономически которых он держал на своих плечах, в глухую степь – Кустанай, и, затем, со своими сыновьями занял видное место в мукомольном деле г.Кустаная. Большая семья Кияткиных всю свою энергию и рабочую силу приложили в сельском хозяйстве. Но оно занимало не более 5 месяцев в году, поэтому осенью и зимой они строили в городе просообдирки и мельницы с конской тягой. По мере развития сельского хозяйства, дополнительно строили и усовершенствовали свое производство, основную часть дохода отправляли на производственные нужды. В основном старались, первое время, обходиться без наемных рабочих, выполняя все работы своей семьей, а потом начали привлекать наемную рабочую силу: механиков, крупчатников и подсобных рабочих. Никакого административно-хозяйственного аппарата не было. Обязанности управляющих, весовщиков, конторщиков, кассиров и даже машинистов выполняли сами, несмотря на большее дело и большие доходы.

            По рассказам моего отца, он, в послевоенные годы, побывал в Кустанае и, ознакомившись с работой мельницы своего прадеда, удивился, что административно-хозяйственный персонал составляет 24 человека. Действительно претворена в жизнь пословица: «Семеро с ложкой, а один с сошкой». Все функции админхозперсонала выполнял мой прапрадед Иван Петрович.

            Из всей перечисленной разветвленной семьи Кустанайских Кияткиных, выделялся Федор Петрович. Он был наиболее одаренный, энергичный, предприимчивый и прогрессивный капиталист. Родился он в 1961 году, получил начальную грамоту в церковно-приходской школе и пополнил ее на военной службе, где он дослужился до младшего унтер-офицера. Выделившись от отца, после военной службы, Федор Петрович начал быстро богатеть. Построил просообдирку, потом мельницу, с двигателем внутреннего сгорания (дизелем) и вальцами. А чтобы приблизить потребителя к произдводству, открыл мучной магазин, имел за городом, на берегу Тобора, дачу с фруктовым садом, участвовал в строительстве купеческой железной дороги Троицк-Кустанай, был сначала членом, а потом и председателем русско-азиатского банка. Он был и общественным деятелем – членом городской думы, участвовал в совещаниях, водил знакомства с высокопоставленными лицами из местной власти. Кияткины его считали и преобразователем своего рода. Он, из простых богатых мужиков, «вышел» в промышленники города Кустаная.

            Разбогател Федор Петрович быстро, частично за счет умело поставленного предприятия и энергии, а частично за счет, попавшего к нему золота Ивана Сергеевича и Сергея Даниловича, т.е. деда и прадеда.

            История этого золота вкратце такова. Сергей Данилович, а позже Иван Сергеевич, несколько десятилетий продавали мед, воск, пшеницу и другие продукты своего сельского хозяйства, получая за это ассигнации. Медные монеты имели большой вес и объем. Их накопилось много, и Иван Сергеевич, в 1850 году, решил их отвезти в банк города Самары, для обмена на золото. Предание гласит, что монетами было загружено 7 телег. В общем, было получено 4-5 пудов (приблизительно 80 кг), это несколько десятков тысяч рублей золотом. Чугунный котел с золотом Ивен Сергеевич закопал в саду. Но золоту не пришлось долго лежать в земле. Старшие дочери Ивана Сергеевича Ирина (1822-1918гг.) и Мария (1826-1930гг.) решили это золото украсть.

            Откопавши в саду, наполненный золотом чугунный котел, они не смогли его сдвинуть с места и решили позвать на помощь младшего брата Петра Ивановича, обладавшего большой физической силой и простоватого по молодости и неопытности. Ласками и обещаниями, они уговорили его перенести котел с золотом в дом к зятю Игнатию. Но. К сожалению, из дома Игнатия котел был вынесен и перепрятан в саду. Взявши часть из перепрятанного золота, сестры уехал  в Самару, купили магазин с товарами и дом. Так как они были набитыми дурами в вопросах деловой жизни, то пригласили к себе на работу умного доверенного по фамилии Федоров. Федоров стал вести их дела, а они ночами замаливать грехи, изредка посещая свой магазин. Через год их магазин сгорел, а Федоров на соседней улице построил свой магазин и пустил в работу конфетную фабрику. Приняв пожар за божье наказание, сестры удалились в святую обитель-монастырь, замаливать свои грехи. Оставшееся золото лежало спрятанным в саду деревни Аделяково.

            Лет через 30 монастырь монашкам надоел, а грехи замолены. С остатками золота они приехали в Кустанай к любимому своему брату Петру Ивановичу. Федор Петрович, как самый сообразительный племянник, подсмотрел и пронюхал, что у теток-монахинь еще есть золото. Лежит оно в добротном, хорошо замыкающемся сундуке без движения многие годы, а его владельцы доживают последние десятилентия целого века. Федор Петрович решил, что теткам два века не жить, а золото любит жить вечно и обращатьв жизнь быстро. Прикинувшись ласковым племянником, он вошел в доверие к монахиням. Устроившись в новом своем доме, переманил их жить к себе, предоставив им отдельную келью на втором этаже. Все это было проделано тихо, мирно, без подозрений со стороны отца и братьев. Время шло. Монахини доживали столетие и не умирали. Бездельное золото тревожило предприимчивую натуру Федора Петровича. И вот, в один из религиозных праздников православия, монашки с почетом на фаэтоне, запряженном парой породистых жеребцов, были отправлены в монастырскую церковь (в 3-х км от Кустаная был женский монастырь). Воспользовавшись их отсутствием, деловой и предприимчивый племянник, как хозяин дома, без труда проник в келью и вскрыл сундук.

            Золото было похищено. Неизвестно и трудно себе предствавить содержание и форму , состоявшегося между племянником и тетушками разговором, так как «сор из избы» не был вынесен. После этого события, Мария вскоре умерла, а Ирина вначале жизни второго столетия, впавшая в «старческое детство», пугала своим неожиданным ночным появлением в белом до полу саване рабочих мельницы. Умерла она в глубокой старости, после революции , в 1921 году, в семье Федора Петровича.

            Жизнь и характер Федора Петровича выпукло отражен в случайной по существу тронной речи, произнесенной за чайным столом перед родственниками в 1916 году в его доме. Среди родственников старшего поколения присудствовал самый молодой внучатый племянник Федор Филиппович Кияткин. Сидевший в темном конце длинног обеденного стола. Его речь записана племянником. Федор Петрович сказал: «Я начинаю стареть. Лучшая пора моих трудовых лет проходит. Детей у меня нет. Заботиться о их судьбе и стремиться к их обеспечению мне не нужно. Мукомольное мое дело разрослось и вести его одному мне сложно, поэтому я свое промышленное заведение продал. В том, что я буду богат, я еще в молодости не сомневался. Будучи на военной службе, я себе сказал: «Не может быть, чтобы я не был богат!». И я стал богат. Я сам работал в правлении и продолжаю участвовать в промышленности, кредитуя резвития различных предприятий».

            Будучи передовым, развитым промышленником-финансистом, Федор Петрович жил просто, как все кустанайцы: в субботу парился в своей бане, после обеда отдыхал, держал дойных коров, кур, имел хороший выезд лошадей, породистых жеребцов, катался на них главным образом зимой в санях по льду Тобота и по улицам города. Во время революции Федор Петрович сохранил изрядную сумму денег и золота, и чтобы его не отобрали во время обысков, спрятал золото, закопав где-то во дворе. Его дом национализировали, хозяина выселили, золото осталось в земле. Нужно полагать, что золота было много, так как Федор Петрович говорил своему внучатому племяннику, что «если бы его удалось достать, то хватило бы дожить до смерти тебе и мне». Но достать золото ему не удалось.

            Мой дядя Петр Филиппович последний раз видел Федора Петровича в 1931 году, в городе Туймазе, недалеко от Усры. Будучи глубоким стариком, он работал простым плотником на строительстве машино-тракторной станции и жаловался, что многие работали не добросовестно, плохо не прочно зарубают лапу угла сруба. Молодым он всегда с наставлением говорил: «Работать всегда надо хорошо, честно и добросовестно». Чувствовал он себя здоровым, имел хороший аппетит и сон.

            Спокойно жить вдали от Кустаная Федор Петрович не мог, его тянули невидимые золотые нити в Кустанай, и но все время спрашивал: «Неужели не дадут маленькую частную собственность и не возвратят мне дом». Позже он вернулся в Кустанай, поступил ночным сторожем в дому крестьянина, занимавший бывший его дом и территорию его двора и подсобных помещений. По ночам он охранял бывший свой дом и золото в земле. И, вероятно, много раз щупал ногами землю, прикривающую недоступный клад. Составлял бесконечные варианты извлечения своего золота, но ни один из вариантов ему  осуществить не удалось. Летом, 1941 года, когда уже началась вторая мировая война, Федор Петрович поехал на Бахчи, поев зеленых арбузов без хлеба, заболел дизентерией и 29 августа, в возрасте 80 лет, умер.

            Историю жизни и приключения с золотом, знали члены возглавляемой мною экспедиции по аэровизуальному обследованию почвенно-мелиоративных и гидрогеологических условий Северного Казахстана. Их так заинтересовала эта история, что они не желали лететь дальше на север, а хотели заняться раскопками на территории бывших строений моего деда.

            А один из оставшихся родственников в Кустанае (сын Мухортова) очень сожалел, что он не знал ничего про золотой клад. С тоской и обидой говорил: «Я занимался строительством Дома быта и часто бывал на стройке, мог бы проследить за работой землекопов». Но золото наших предков, по видимому, где-нибудь находиться под землей на территории Дома быта. Все знают, что золото не гниет и не ржавеет.

            Из полученного в марте 2002 года письма от Алексея Игоревича Кияткина из Суздали: «В Кустанае передали по телевизору, что золото купца Кияткина найдено».

 

СПРАВКА:  «Зажиточное крестьянство – ликвидировать как класс»

(справка для детей, внуков и правнуков)

 

            В 2000 году мало кто помнит о такой дате, как в 1930 году И.В.Сталин на XVI съезде ВКПБ назвал годом «Ликвидации купечества как класса». Почему не отмечают этот год? Может быть мало информации? Да нет, опубликован сборник «Судьба российского крестьянства», изданный под общей редакцией Ю.Н.Афанасьева в 1995 году. А в 1991 году издана книга «Кулак и Агрогулаг» Александром Базаровым. Так что дело не в информации. Просто юбилеи отбирают и решают отметить бывшие аппаратчики. Они празднуют только то, что может реабилитировать их беспорочную службу КПСС и Советской власти. Используя материалы этих книг, необходимо помнить о семидесятилетнем юбилее самых трагичных событий нашей истории.

            Крестьянство было головной болью большевиков. Оно никак не вписывалось в марксистко-ленинскую концепцию социализма. Ленин даже пытался скорректировать эту концепцию, введя в нее крестьянство в виде «цивилизованных кооперативов». Но в России существовали вовсе не цивилизованные кооперативы, а вполне реальные мелкие собственники. При этом не желавшие добровольно идти в колхоз. А колхозы были нужны, чтобы иметь источник бесплатного продовольствия для бюрократов и армии, для заниженной зарплаты и удешевления индустриализации. Но главное, чтобы ликвидировать крестьянство как главную помеху социализма. Был взят курс на коллективизацию, но все усилия не давали нужных результатов.

            К 1930 году была сформулирована новая, сталинская концепция коллективизации. Суть ее: вместо коммун - колхозы. Вместо добровольного – принудительное вступление в колхозы. Вместо постепенности – ударные темпы. Вместо колхозов для всех крестьян – колхозы для тех, кто уцелеет после раскулачивания. Насильственная ликвидация кулачества как класса – стержень этой концепции.

            5 января 1930 года политбюро ЦК утвердило Постановление «О темпах коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству».

            Текс Постановления до сих пор не опубликован.

            В секретной инструкции устанавливалась «нома» раскулачивания от 3 до 5% хозяйств. Хотя по всем официальным нормам кулацких хозяйств в стране было 2,3%. Заранее в кулаки записывали сотни тысяч зажиточных крестьянских семей. По отношению к кулакам санкционировались репрессии, аресты, заключения в концлагеря, не останавливались перед применением высшей меры наказания. Предусматривалось привлечение частей Красной армии. Красная армия сообщила о закрытии церквей, молитвенных домов и экспроприации церковных ценностей.

            И началось столкновение. В одном из сообщений из Сибири, переданном Сталину, говорилось: «Работа по конфискации у кулаков идет на всех парах…. Аж душа радуется. Забираем не только скот, мясо, инвентарь, но и семена, остальное имущество. Оставляем в чем мать родила».

            Кто занимался раскулачивание, брали ценные вещи, деньги, золото, драгоценности. При установленной норме раскулачивания, кулаков не хватало. Не ограничиваться кулаком – такова была поставлена задача. Представители ЦК указывали: «Перегибов в отношении середняка бояться нечего, так как остальные середняки скорее пойдут в колхоз».

            За 1930-1931 годы был выселен не один миллион, как предписывалось инструкцией, а один миллион семьсот тысяч человек. Высылали всю семью. Заместитель прокурора РСФСР Герасимов поучал прокуратуры краев: «Вам должно быть известно, что раскулачиванию и ссылке подвергается все кулацкое хозяйство (двор), а не только глава». Раскулачиванием занимались все члены Политбюро: на Украине – Г.К.Орджоникидзе, на Волге – Л.М.Каганович, на Черноземье – М.И.Калинин. В их сообщениях писалось: «На местах делают тот необходимый минимум, без которого обойтись нельзя». Что представлял этот «минимум». По деревням Украины – погромы, грабежи, гонения, террор, выселения, налоги. В колхозы гонят почти силой оружия. Это похоже на Крепостное право. На действия правительства начались крупные выступления крестьян на Украине, Поволжье, республиках Средней Азии. А в Сибири и Закавказье, где у крестьян было больше оружия, разворачивались настоящие сражения с частями Красной Армии и ОГПУ (особое государственное политическое управление).

            Для успокоения разбушевавшихся крестьян, перепуганный Сталин решил все свалить на нижестоящих аппаратчиков и 2 марта написал в «Правду» статью с критикой «перегибов». Были приняты сразу два (10 и 14 марта) постановления ЦК. Но это все для временного успокоения. После весенне-летней передышки, ЦК осенью 1930 года начал новую компанию. В ответ – новая волна сопротивлений.17 ноября 1931 года намечено выступление под лозунгами: «За новый строй без коммунистов!», «За свободную торговлю!». Выступление крестьян не переросло во всесоюзное восстание. Крестьянство все еще видели в большевиках, победителей помещиков и авторов НЭПа (новой экономической политики). Кроме того, крестьянство само «сдало» большевикам свои партии эсеров и анархистов, во время подавления движений Махно, Антонова и т.д. Не последнюю роль играло и то, что крестьяне не могли даже представить ни ужасы будущей колхозной жизни, ни ужасов жизни в ссылках. И все же, самым главным фактором была позиция западных держав. Запад, после 1929 года, был охвачен грандиозным кризисом. Миллионы безработных. Миллионы человек голосуют за коммунистов. Натиск националистов. В итоге, Запад и российская иммиграция, бросили крестьянство на расправу.

            В классическом смысле ликвидировать класс – это отобрать у него средства производства. Но ленинско-сталинская интерпретация ликвидации класса – это не только лишение средств производства, но и репрессии. «Раскулаченных» рассортировывали. Детей, стариков и женщин отправляли в отдаленные колхозы Севера, Сибири, Урала. Даже иметь огород в ссылке запрещалось. Подыхайте! Способные мужчины работали на стройке. На стройках Урала 20% составляли вольнонаемные, а 80% - спецпереселенцы, заключенные, принудительно мобилизованные. Средний срок жизни репрессированных, которые работали на стройке, составлял два-три года.

            Расправа над зажиточной, авторитетной, трудолюбивой частью крестьянства, сломила сопротивление всего класса. Уцелевшие пошли в колхозы. Ликвидация кулачества как класса, стало первым этапом ликвидации крестьянства как класса.

            Колхозник был ограничен в гражданских правах, лишен паспорта, не мог свободно менять место жительства, не мог свободно покинуть деревню без особых обстоятельств. Государство в любой момент могло сделать его совхозным рабочим и наоборот. Крестьянство превратилось в послушного раба тоталитарного государства. В колхозах уже были не крестьяне, а новый класс – колхозников. Это было второе издание Крепостного права, с классом крепостных социалистического государства.

            Конечно, одного раскулачивания для уничтожения крестьян не хватало. Был необходим завершающий удар – организованный Советской властью, голод. Но это уже потом в 1933 году. Сколько всего погибло крестьян?  В официальной статистике таких цифр нет. Есть цифры уменьшения крестьянских дворов: с 25,4 млн в 1930 году до        19 млн в 1937 году. То есть, почти на шесть миллионов! Есть цифры выселенных. Выселено было двадцать миллионов и тем самым коллективизация прошла успешно.

            В комиссию Политбюро ЦК ВКПБ, образованную 15 января 1930 года, для проведения коллективизации входили: В.М.Молотов (председатель), А.А.Андреев, С.А.Берговинов, И.В.Варейкис, Ф.И.Голощекин, Н.Н.Демченко, Е.Г.Евдокимов, М.Д.Карлсон, И.Д.Кабеков, М.И.Калинин, С.В.Косиор, Ф.Г.Леонов, М.И.Муранов, С.И.Сырцов М.М.Хатаевич, Б.П.Шебондаев, Р.И.Эйхе, Т.А.Юркин, Г.Г.Ягода, Я.А.Яковлев, Я.Д.Янсон. В нее затем еще вошли К.Я.Бауман, К.М.Каминский, А.В.Одинцов и Н.М.Анцелович.

            Всего трое-пятеро из них уцелели. Остальные после диких пыток «во всем сознались» и были расстреляны. Сейчас почти всех реабилитировали – они законов Советской власти не нарушали.

            Но кулачество как класс реабилитировать нет оснований – все шло в полном соответствии с законами. Вот и вышло, что палачи реабилитированы, а «кулаки» (как, впрочем, и буржуазия, и дворяне, и интеллигенция, и священнослужители православного и других вероисповеданий) – репрессированы законно.

            С уходом крестьянства, уходили вековые крестьянские ценности: уважение к земле, к скоту к труду, к старикам. Вместе с религией уходил страх перед безнравственными поступками. На их месте укреплялось все то, что стало неизлечимыми болезнями государственного социализма – отсутствие заинтересованности, бесхозяйственность, воровство.

            Коллективизация стала раковой опухолью Советского социализма, символом его тупиковости. Страна, веками кормившая себя, при колхозах никогда не знала избытка продовольствия. Метастазы коллективизации пронизали все сферы жизни. Именно они предопределили многое беды и времен войны, и последующих десятилетий. И сегодня село остается одной из главных ран страны.

            С детских лет мои родители и деды рассказывали всю правду о коллективизации. Но будучи несовершеннолетними, были убеждены, что ради светлого будущего оправданы жертвы. И только спустя много лет, стало очевидно, что в истории с коллективизацией ей даже такого оправдания нет. Наш народ был обречен на унизительные очереди в магазинах и пустые прилавки. Даже когда в колхозы начали поступать какие-то крохи ресурсов, добытых экспортом нефти и газа, и ежегодный, почти что бесплатный принудительный труд миллионов граждан «на хлопке», «на сене», «на картошке» - колхозы оказались неэффективной, дырявой точкой.

            А за эти годы, сохранившие и поддержавшие свое хозяйство страны Западной Европы, были завалены всеми видами продовольствия в избытке и изобилии.

 

Прощальная поездка по республикам                                  Средней Азии и Казахстана

 

             1969 год – летне-осенний сезон спортивных игр. На стадионе Пахтакор в г.Ташкенте узбекская футбольная команда «Пахтакор» встречалась с одной из команд Белоруссии. В то время на восстановлении разрушенного города, после землетрясения 1966 года, работало большое количество строителей из различных республик Советского Союза. Футбольная команда «Пахтакор» проиграла. Болельщики из других республик радовались и бурно выражали свои чувства, а фанатики из Узбекистана были озлоблены и началась настоящая драка, в ход пошли бутылки, палки и даже холодное оружие (ножи и кинжалы). В результате разборок на стадионе беспорядки распространились за пределами стадиона. Разьяренные фанаты и местные жители начали избивать русско-язычное население на улице Навои и в общественном транспорте. Особенно пострадали женщины и девушки. Их раздевали и резали груди лезвиями бритв и наносили удары ножами.

            На подавление возникших беспорядков помимо милициии (она состояла в основном из местного населения) были мобилизированы воинские части (Ленинское пехотное училище). Разбушевавшиеся местное население удалось успокоить, применинив силу воинских частей. Несколько тысяч человек были арестованы и отправлены эфелонами в Сибирь. Среди арестованых было много детей и родственников высокопоставленных чиновников и богатых торговцев. Это событие окончательно сформировало ненависть местных националистов к русско-язычному населению Узбекистана. Начались массовые избиения русских, в основном девушек и беззащитных детей. В транспорте, во время перебранок, они открыто говорили: Убирайтесь в свою Россию!». Но некоторые русские крепкие мужики в ответ параировали :»Мы научили вас ссать стоя, вот когда научим срать стоя тогда и уедем!» Во многих государственных учреждениях началось вытеснение русских. Вслед за отъездом большого количества населения, после землетрясения, начался массовый отток русских, в основном из интеллигенции.

            Эти события не обошли нашу семью (я работал в организации, которая подчинялась Москве и замены в нашем институте местным населением не было. На весь институт было 5-6 человек узбеков. Мы начали прорабатывать вопросы о переезде в другую республику, т.к. в 1972 году сын Женя заканчивал 10-й класс и ему необходимо было учиться в хорошем институте г.Москвы. К началу 80-х годов в Ташкентских институтах и университе полное засилие национальных кадров (преподавателей и обслуживающего персонала).

            Рассматривались и прорабатывались несколько вариантов. Марие предлагали в Чернигов на Украину. Мне предлагали должность заместителя директора Пинского проектно-изыскательского института в Белоруссии. После перевода из Среднеазиатского отделения Гидропроект в Средазгипроводхлопок на должность главного инженера проекта «Схемы комплексного использования водных и земельных ресурсов бассейна Аральского моря» мне постоянно приходилось работать в тесном контакте со специалистами Московского института «Союзгипроводхоз». В 1970 году мною была организована комплексная, совместно со специалистами из Москвы, аэровизуальная рекогносцированная экспедиция по обследованию бассейна Аральского моря. Благодаря личным контактам и совместной работе по бассейну Аральского моря (частые командировки в г.Москву) мне предложено переехать в годод Москву на работу в институт «Союзгипроводхоз» на должность главного специалиста по мелиорации земель. Получив официальное приглашение от директора института Вархотова Тараса Лавровича, я решил совершить прощальную поездку по республикам Средней Азии на своей автомашине ГАЗ-21-УС Волга.

            Поездка была организована через Ташкентский клуб автомототуристов. Это нужно было для того, чтобы оказывали содействие руководители автомотоклубов, кемпингов, пансионатов, турбаз, станций техобслуживания и других общественных организаций в продвижению по маршруту, в организации ночлега, в ремонте техники, а также предоставлении права перевозки автомобила железнодорожным, водным и воздушным транспортом за наличный расчет.

            В состав нашей группы входило три человека. Основная цель поездки щзнаковимт Женю (моего сына) с разнообразными природными условиями горной и равнинной части республик Средней Азии и проверить его физические и моральные качества в полевых условиях вдали от дома, а также произвести досъемку материалов к цветному фильму Проблемы Аральского моря» в зоне формирования водных ресурсов рек Аму-Дарьи и Сыр-Дарьи и съемка узкопленочного фильма «По дорогам республик Средней Азии».

           

Я, Володя Телегин и Женя.

 

            Обязаности между нами были распределены следующим образом:

            - Я – руководитель группы. Организация поездки, оформление документов, получение разрешений, снаряжение, продукты питания и другие вопросы.

            - Володя – ответственный за съемку узкопленочного фильма «По дорогам республик Средней Азии» и досъемка материалов для цветного спецфильма «Проблемы бассейна Аральского моря».

- Женя – штурман. Разработка маршрутов поездки и ведение Журнала. Приготовлением пищи и разбиванием лагеря для ночлега занимались все вместе.

1-го июля, получив официальное разрешение и маршрутную книгу №38, мы начали готовитьсяф к отъезду. За два дня нами было собрано все необходимое снаряжение, кухонные принадлежности, фото и кинопленки, продукты питания, необходимые запасные части к машине и прочая мелочь.

3-го июля, с полным комплектом всего необходимого для поездки, мы выехали из Ташкента по раннее намеченому маршруту Ташкент-Ленинабад-Фергана-Андижан-Оги-Фрунзе-вокруг озера Иссык-Куль (Проживанск)-Фрунзе-Алма-Ата-Джамбул-Ташкент.

Протяфженность маршрута подсчитанная по карте – 3485 км, фактически пройдено по спидометру 4338 км. Время в пути 18 дней.

За время нашей поездки Женя научился самостоятельно разрабатывать маршрут нашей дальнейшей поездки, выбирать безопасные места для лагеря, вместе с нами готовить пищу. Познакомился в натуре с замечательными заповедными местами как на равнинной так и в горной части, ознакомился  и побывал на настоящих красочных восточных базарах Ферганы, Андижана, Намангана, Оши, Ленинабада, Фрунзе, Алма-Аты и Джамбула.

Во время пеших переходов, а их у нас было несколько, к нему были одинаковые требования как к равноценному члену экспедиции.

Из всех наших походов наиболее интересными посещение святого места Иордан в Андижанской области и в районе пионерского лагеря «Энергетик» подъем к водопаду. Селение Иордан располежено на берегу озера, образованного в результате завала горной породы, Куббон.

Дороги к озеру нет, обойти озеро невозможно, единственный вид транспорта пеший ход вдоль речки, а затем на лодке переправляют к селению. Стоимость поездки 1 рубль с человека. В летний и осенний период времени в селение Иордан – поломничество женщин. Это место считается святым и посетив его женщина избавляется от бесплодия.

В  небольшой мечети мулла читает молитвы, а затем женщины остаются на ночь в этом селении, где есть отдельные комнаты. Большинство женщин, переночевав 2-3 ночи с муллами, через 9 месяцев рожают детей (это рассказ одного из гнаших попутчиков).

Места здесь замечательные. Чистая вкусная вода, свежий воздух, замечательная растительность и много-много различной дичи.

Покидая Ферганскую долину, мы попали в Суссамырскую высокогорную долину, где расположены настоящие Альпийские луга. Миновав с большими трудностями два контрольно-прпускных пункта – выход из Сусамырской долины и въезд к озеру Иссык-Куль, мы благополучно совершили двухдневную поездку вокруг Иссык-Куля и направились в Алма-Ату.

В г.Алма-Ата мы жили у моих теток - Нины и Наташи. Совершив несколько поездок на знаменитый каток Медео и озеро Иссык на котором несколько лет тому назад произошел прорыв плотины, были жертвы. Из Алма-Аты через Джамбул мы возвратились в Ташкент.

Все члены экспедиции прошли испытания отлично и наша автомашина ГАЗ-21 «Волга» ниразу нас не подвела, преодолев такой большой путь, на котором пришлось преодолеть 11 перевалов с ниобольшей отметков 3586 м над уровнем моря.

Результат нашей поздки:

- мы отдохнули от суетливой городской жизни, общаясь с природой мы получили дополнительный заряд бодрости для дальнейшей нашей работы и учебы;

- произвели досъемку цветного широкопленочного фильма «Проблемы Аральского моря»;

- посетили и ознакомились с живописными заповедными местами: Шахимарданское ужелье в Ферганской области, Араламбобское в Андижанской области, Нарынское в Джаллалабатской области, Чимканское в Джамбульской области, Сусамырская долина в Такасской области, долина Кара-Болты, Урочища Барскаун и Семеновское на озере Иссык-Куль, урочища Медео и озеро Иссык в Алма-Атинской области.

- ознакомились и искупались в следующих водохранилищах: Тюябугузское на р.Ангрен, Ферхадские и Кайрак-Кумское на р.Сыр-Дарье, Каркидонскок на р.Каркидан, Тогтогульское на р. Нарые и Копчагайское на р. Или;

- пили воду и ловили рыбу в озерах: Куббон (голубое) на р.Алтын в урощище Шахимардан, отметка над уровнем моря – 1735 м; Иссык-Куль Киргизская ССР отметка над уровнем моря 1609 м; Кара-куль Григорьевское ущелье, отметка над уровнем моря 1835 м и в озере Иссык;

- наша машина ГАЗ-21 «Волга» преодолела перевалы : Кок-Бель (отметка над уровнем моря 1780 м), Шахимардан (1750 м), Ареламбоб (1680 м), Анабель (3218 м), Тюзя-Шу (3586 м), Бельбулак (2360 м), Куюк (1024 м), Кок-Тебе (1040 м), Медео (1850 м), Толгарский (1250 м) и Чимкантский (925 м).

За 17 дней путешествия на автомашине пройдено 4332 км. Путешествие было замечательное,жаль что было мало времени.

Подробный отчет с фотографиями в полевой тетради за 1971 год на 18 страницах.

Наши затраты:

- питание и бензин – 144 рубля ( в том чиле бензин 35 рублей);

- приобретение 2-х баллонов  - 105 рублей

Всего: 251 рубль.

 

Переезд в Москву

1971 год

 

Проведенные школьные, студенческие годы и почти двадцатилетний период производственной деятельности…есть о чем вспомнить.

Я имел много студенческих друзей, коллег по работе и большое колличество родственников. Мы часто собирались за праздничным столом в дни рождения и другие семейные события. Многие друзья стали родными.

И вот, настало время, навсегда покинуть Ташкент, где остаются родственники, друзья и могилы родных.

Решение было принято по двум основным соображениям:

- обострились националистические настроения у местного населения;

- сын заканчивал школу, и мы хотели дать ему хорошее высшее образование, а его можно получить в московских ВУЗах.

 

29 августа 1971 года

 

Последний день в Ташкенте. Вокзал. Скорый поезд №5 «Узбекистан». Вагон №2.

 

Покидаю Ташкент, город в котором прожил 25 лет. Здесь я закончил школу. Окончил Среднеазиатский Политехнический институт, строительный факультет и получил специальность инженер-строитель, гидротехник.

Двадцать лет проработал в Среднеазиатском отделении института Гидропроект, Министерства электростанций, «Средазгипроводхлопке» Министерства водного хозяйства СССР.

В Ташкенте у меня остается много родственников, друзей и знакомых. Это был город, в котором я мог сделать все без особых усилий и проблем.

Готовился я к отъезду долго и принял это решение сознательно. Впереди меня ожидала интересная и увлекательная работа. Работа, о которой я мечтал будучи студентом первого курса. Когда впервые, по небольшой брошюрке инженера                 Давыдова М.М. «Перераспределение водных ресурсов Срединного региона», ученикам одной из школ рассказывал о проекте подачи воды из Сибири в засушливые районы Средней Азии.

Как я «впишусь» в новый коллектив? Впереди много трудностей, и таких, о которых сейчас даже не думаешь. Работа, бытовые условия, перемена климатических условий и многое, много другое.

Провожали меня почти все родственники, много друзей и знакомых: Марина, Женя, папа, мама, Башара, Наташа, Лена, Ира, Гриша, Петр с женой, Юра, Володя. Все старались что-то дать мне в дорогу, загрузили меня до предела.

Больше всех переживала мама, она плакала как-то необычно. Я ее успокаивал как мог. Девочки были все веселые.

Отец тяжело переживал мой отъезд.

И вот, последний звонок. Поезд тронулся. На перроне остались все провожающие, и с каждой секундой расстояние между нами увеличивалось. Наконец я остался один. Никого не вижу. За окнами вагона мелькали сады, зеленые насаждения и бесконечные поля хлопковых полей. Незаметно, узбекские строения с большим количеством зеленых садов и полей, сменились на более запущенные и мрачные. Мы пересекали границу с Казахстаном.

Пока железная дорога проходила в долине реки Сырдарьи, встречались отдельные зеленые оазисы, а далее в окнах появились необъятные просторы казахских степей. Выжженная солнцем земля. Там где есть хоть малейший источник воды – живут люди и много зелени. Земли в междуречье Эмбы и Урала хорошие и плодородные, территория более обжита – сады, огороды, приличные дома.

Пересекали границу между Европой и Азией. Все изменилось. Появилось много зелени, совершенно другие дома, много воды, речушки с водой темного оттенка и медленным течением. Прохладно, приятный свежий воздух. Скорость поезда значительно увеличилась, так как железнодорожная колея двухпутная.

Находимся в России, кругом русские деревни. По сравнению с Казахстаном, по внешнему виду, жизнь здесь на много лучше. Хорошие дома, покрытые шифером и жестью. Много скотины и птицы, кругом сады и огороды.

Москва. Оживленный, напоминающий муравейник, Казанский вокзал.

1 сентября 1971 года я приступил к работе в Москве.

 

1973 год

 

Все мои переживания о трудностях предстоящей работы остались позади. В работу и в коллектив высококвалифицированных специалистов «вписался» без всяких трудностей.

Переезжая в Москву на работу, я думал не о быте, а о работе. Все свои наработки за 20 лет работы в Ташкенте по гидроэнергетике и водному хозяйству республик Средней Азии и Казахстана,  я постарался привезти с собой в Москву. Это три больших неподъемных коробки с материалами, большую часть из которых составляли архивные материалы, систематизированные и приведенные в порядок, а также полевые тетради с записями о работе в Афганистане с 1955 по 1967 годы.

Имея богатый архивный материал и приличные опыт производственной работы, а также способности находить общий язык как с производственниками, так и со многими новыми друзьями и знакомыми. Ко мне обращались многие учение их водохозяйственных научно-исследовательских и проектно-изыскательских организаций с просьбой ознакомиться с имеющимися у меня материалами. Материалы я передавал всем, кто ко мне обращался. Трудности заключались в том, что они не могли сослаться на источник где были получены материалы.

К тому времени у меня были опубликованы несколько статей в научных журналах и популярной литературе (журналы «Во круг света», «Экономика и жизнь», «Фан ва Турмуш»).

Вновь появившиеся друзья и знакомые, убедили меня, что из моего материала можно издать монографию по водному хозяйству бассейна Аральского моря. Все мои статьи, для меня являлись «отходами» от моей производственной деятельности.

Меня попросили сделать обширный доклад о моей работе за период с 1952 по 1971 годы.

 

Март 1973 года. Краткие выдержки из моего сообщения

 

1952-1969 года. За этот период, мною, во всевозможных экспедициях, было произведено обследование более 10 бассейнов Среднеазиатских рек, а именно:

 

1.      Бассейн рек Амударьи и Сырдарьи.

- наземные маршруты на автомашинах порядка 10 тыс.км;

- на теплоходах, катерах и лодках от Аральского моря до порта Файзабадкалы на реке Пяндж и Кара-Кумского водохранилища на реке Сырдарья – порядка             8 тыс.км.

По Кара-Кумскому каналу головного сооружения до Хаусханского водохранилища .

- на вертолетах и самолетах 45-50 часов.

 

2.      Территория Афганистана за период 12-тилетнего периодического пребывания .

- на автомашинах более 150 тыс.км;

- на лошадях, верблюдах и ишаках более 5 тыс.км;

- пешком 500-700 км.

 

Бассейн Аральского моря. Работа в институте «Средазгипроводхлопок».

1970 год. Рекогносцировочное аэровизуальное обследование северной части бассейна Аральского моря.

- на самолете АН-2 – 8,5 тыс.км.

1971 год. На сомолете АН-2  - рекогносцировочное обследование южной части бассейна Аральского моря – 8,0 тыс.км.

1971 год. Прощальная поездка на автомашине «Волга М-21» по республикам Средней Азии и Казахстана. Посетили и ознакомились с живописными заповедниками Узбекской ССР, Таджикской ССР, Киргизской ССР и Казахстана. Обследовали водохранилища на реках Сырдарья, Нарын, Или, а также посетили озера Иссык-Куль, Куббаб и Иссык. Наша «Волга» преодолела перевалы: Как Бель (1609 м над уровнем моря), Шахимардан (1750 м н.у.м.), Кара-Куль (1835 м н.у.м.), Анабель (3218 м н.у.м.), Тюзя-Шу (3686 м н.у.м.), Бельбулак (2360 м н.у.м.).

Произведена досъемка цветного широкопленочного фильма «Проблемы Аральского моря».

В результате обобщения и систематизации имеющихся материалов, была издана монография «Орошение земель в республиках Средней Азии», издательство «Колос», 18 печатных листов с обширным табличным материалом.

Одна из самых напряженных и трудных поездок в составе правительственной комиссии по трассе главного канала подачи воды из Сибирских рек в Казахстан и Среднюю Азию

 

            21 июня 1983 года срочно вызвали на совещание к заместителю министра мелиорации и водного хозяйства СССР Полад-Заде Поладу Наджиевичу по вопросу «Обсуждения маршрута полета по трассе главного канала переброски части стока Сибирских рек в Казахстан и Среднюю Азию».

            В совещании принимали участие: директор института «Союзгипроводхоз» Гришенко Николай Сергеевич, помощник министра Антонкин Виктор Иванович и я, главный инженер проекта «Схема комплексного использования водных ресурсов реки Оби». В процессе обсуждения намечен состав комиссии, маршрут полета и время выполнения работ.

23 июня Директор института сделал обстоятельный доклад у министра Васильева Н.Ф. на тему «Организация и производство работ по Главному каналу переброски части стока Сибирских рек в Казахстан и Среднюю Азию», в котором были освещены намеченые основные производственные базы для выполнения строительных работ. Намеченый маршрут: Москва-Тюмень, Ханты-Мансинск, Белогорье, Тобольск, Курган, Кустанай, Ташкент, Москва. Время: с 28 июня (вторник) по 1 июля (пятница). На 28 июня заказаны билеты на самолет.

            Состав правительственной комиссии:

 

1

Васильев Николай Федорович

-

Министр мелиорации и водного хозяйства СССР

2

Полад-Заде Полад Наджиевич

-

Заместитель Министра

3

Калашников Виктор Ильич

-

Министр МВХ РСФСР

4

Воропаев Григорий Васильевич

-

Председатель государственной экспертной комиссии Госплана СССР

5

Тищенко Николай Яковлевич

-

Начальник отдела Госплана СССР

6

Грищенко Николай Сергеевич

-

Директор института «Союзгипроводхоз»

7

Леонтьев Олег Алексеевич

-

Главный инжинер института «Союзгипроводхоз»

8

Кияткин Азарий Кузьмич

-

Главный инженер проекта

9

Антон Викторович Михайлов

-

Помощник Министра СССР

Из Узбекистана

10

Худайберджев Нурмухамед Джураевич

-

Председатель Совета Министров Узбекской ССР

11

Джурабаев Исмаил Хакинович

-

Министр мелиорации и водного хозяйства Узбекской ССР

12

Сускин Владимир Иванович

-

Заведующий отделом ЦККП Узбекистана

13

Антонов Вадим Игоревич

-

Директор института «Средазгипроводхлопок»

14

Хамраев Наджим Рахимович

-

Начальник Главка «Средазирсовхозсирой»

15

Алиханов Батырхан

-

Помощник председателя Совета Министров Узбекской ССР

Из Казахстана

16

Гукасов Эрик Христофорович

-

Заместитель председателя Совета Министров Казахской ССР

17

Гончаров Виктор Александрович

-

Начальник «Главриссовхозстрой»

 

График поездки по трассе Главного канала переброски

 

28 июня

10-15

Вылет из Москвы на ТУ-154

 

12-45

Прилет в г.Тюмень

 

16-00

Поездка в город Заводнуковск на машинах

 

21-00

Возвращение в г.Тюмень, ночевка

29 июня

8-00

Вылет в Ханты-Мансийск на самолете ЯК-10

 

9-30

Прилет в Ханты-Мансийск

 

9-40

Вылет в Белогорье на насосную станцию еа вертолете

 

13-00

Прилет в г.Тобольск

 

15-00

Возвращение в г.Тюмень

 

16-00

Вылет из Тюмени в г.Курган на самолетах ТУ-154

 

17-00

Прилет в г.Курган

 

20-00

Вылет из Кургана в г.Кустанай

 

20-30

Прилет в Кустанай

30 июня

15-00

Вылет из Кустаная в г.ташкент

 

1900

Прилет в г.ташкент

2 июля

 

Вылет из Ташкента в Москву

 

Маршруты поездок и время было передано всем заинтересованым организациям областей и республик для подготовки необходимого транспорта и мест проведения совещаний и встреч.

В соответствии с графиком, 28 июня в 10-15 из аэропорта «Домодедово» вылетели на сомолете ТУ-154 в г.Тюмень. В аэропорту к нам присоединились Джурабеков, Хамраев и Антонов. При знакомстве с представителями Узбекистана первым был Хамраев – он назвал свое имя и протянул мне руку. Взяв руку, я ему ответил, назвал свое имя и спросил: «Вы не помните меня?». Он задумался. Тогда я ему напомнил о его дипломном проекте в институте, тогда он вспомнил, что я был руководителем его дипломного проекта.

В г.Тюмень прибыли по расписанию в 14-20. Не заезжая в город пересели на подготовленный для нас автобус и поехали в г.Заводлуковск, на трассу канала и место, где намечалась первая насосная станция. На обратном пути нас повезли на концевую часть строящегося коллектора для осушения большей части заболоченной территории. К нашему приезду были подготовлены 8 вездеходов. Коллектор строят нефтяники. На строительстве используется самая современная японская и американская техника (бульдозеры, экскаваторы и автомашины). Строители организовали для нас легкий завтрак (обед) – шашлык, рыба, соки, бетерброды и лимонад. В г.Тюмень мы возвратились на вертолете в 21-00 вечера. Разместились в гостинице «Восток» в хороших номерах-дюкс. (стоимостью 10р.

20 коп. за ночь). В г.Тюмень к нашему приезду прибыли представители комиссии Казахской ССР и Узбекской ССР. Прилетели они на сових самолетах ТУ-134.

            29 июня. В 8-00 ранний завтрак. На самолете марки ЯК-40 полетели в г.Ханты-Мансийск. В Ханты-Манскийске пересели на два вертолета и полетели в район Белогорья, где намечался забор воды для Главного канала переброски.

            В районе Белогорья сплошные заболоченные территории. Нет ни одного сухого участка земли – везде вода. Были найдены повышенные участки на берегу реки Оби. Подошли к воде. Осмотрели просторы р.Оби. Обсудили необходимые вопросы, связанные с предстоящими тяжелыми работами. Представители Казахстана и Узбекистана набрали Обской воды.

            Возвращались по намеченой трассе канала. Первая посадка была в районном центре Уват. Вторая в районе намечанского створа Тобольского гидроузла. Осмотрели берега намечаемого створа. Пересели на автобусы и поехали на Тобольский нефтетехнический комбинат. Грандиолзное строительство стоимостью порядка 2,5 миллиарда рублей. Осмотр Тобольского Кремля. Обед в одном из залов Кремля.

            В поездке по Тюменской области нас сопровождал секретарь обкома партии  Богомяков Геннадий Павлович. Обед был в основном из рыбных блюд. Вино-водочных напитков не было.

            Что было на столах: уха, осетрина, стерлядь, карась в сметане, икра черная, икра красная, пельмени из осетрины и по заказу строганина из осетрины, чай, лимонад и соки. В Тюмень возвратились в 14.00.

            Не заезжая в гостиницу в аэропорту пересели в самолеты ТУ-134 вылетели в г.Курган. в аэропорту г.Кургана нас встретил секретарь обкома партии. Доклад в обкоме. Обед в облисполкоме. К нашему приходу в облисполком (он расположен вблизи обкома) был подготовлен стол для приема гостей примерно на 70-80 человек. Такого изобилия еды и выпивки я видел впервые. Мясные блюда всякого рода рыба, пельмени, холодные закуски. Выпивка: водка, вино, коньяк, пиво, различные соки и лимонады. В связи с напряженным графиком работ обед продолжался не более 1,5 часов.

            В 19-00 мы полетели на самолете ТУ-134 председателя Совета Министров Узбекской ССР в город Кустанай. Спецсамолет приспособлен для нормальной работы. Просторные проходы. Салон, столики, кресла. Во время работы стюардессы приносили чай и сухофрукты. Прибыли в Кустанай в 20-00. Разместились в обкомовской гостинице. Прекрасные номера на 2 человека. Хорошая мебель, есть все для работы. Нас предупредили, что мы имеем один час, чтобы привести себя в порядок, а затем спускайтесь на 1-й этаж в банкетный зал. В банкетном зале был подготовлен стол на 20 человек. Так как принято на Востоке, на столе были сухофрукты, холодные закуски и выпивку наливали по требованию. Первый тост произнес Давиденко В.П.. Затем Министр Васильев Н.Ф. – за процветание Казахстана и за активное участие в строительстве проектируемого канала.

            В 10-00 Министр Васильев Н.Ф. извинился и покинул банкетный зал. По распорядку своего дня, он должен 30 минут походить по свежему воздуху. Мы все остались за столом. После 10 часов началось настоящее застолье. Такого обилия горячих блюд я не видел никогда. До 2-х часов ночи подали около 15 различных блюд. Вареное и жареное мясо, бешбармак, шашлык, жаренная печень, различные пирожки и т.д.. Всего не перечесть! Обслуживали молодые симпатичные ребята в одинаковой форме (6-8 человек). Обслуживали молча и следили, чтобы у каждого в рюмках и бокалах были напитки. Все это делалось без суеты и со знанием своего дела. Пить было невозможно. Завтра напряженный рабочий день. Приходилось только подносить рюмку к губам и возвращать ее на стол. От этого верхняя губа опухла.

            30 июня. В совещании принимали участие руководители и специалисты 3-х республик – Россия, Казахстан и Узбекистан. Оно проходило в здании обкома партии у секретаря Демиденко В.П.. после всестороннего обсуждения строительства Главного канала было намечено 1-ю строительную базу разместить в Кустанайской области, 2-ю на территории Кзыл-Ординской области вблизи от города Кзыл-Орда.

            Во второй половине дня облет района прохождения трассы канала.

            Из Кустаная вылетели в г.Ташкент на самолете ТУ-134 – председателя Совета Министров Узбекской ССР. Полет продолжался около 3-х часов. За это время была рассмотрена территория участка канала до г.Кзыл-Орда и проведено совещание, обсуждены организационные вопросы размещения строительных баз на территории 3-х республик.

            В Ташкентском аэропорту нашу делегацию встречал секретарь ЦК компартии Узбекистана со всем своим обслуживающим персоналом. Было подано 6 автомашин «Чайка» и 5 черных «Волг». Распределение членов делегации осуществлялось строго по подготовленному сценарию. Руководителя министра т.Васильева Н.Ф. взял в свою машину Рашидов Ш.Р., председатель ГЭК, Госплана СССР т.Воропаева взял в машину 2-ой секретарь ЦК компартии Узбекистана и т.д. Все остальные распределены по оставшимся машинамю Меня взял в свою машину Министр водного хозяйства Джурабаев И.Х.

            Разместили нас в резиденции т.Рашидова Ш.Р. в центре города на улице Шелковичной вблизи от Полторецкого базара. Шикарные номера на 1 и 2 человека. По указанию Рашидова Ш.Р. нас устроили в номерах «Люкс». У нас был 3-х комнатный номер. Огромная гостинная, большая спальня и такой же просторный кабинет для работы. Три окна от пола практически до потолка, широкие с двойными гардинами. Батареи отопительные закрыты декоративными деревянными решетками. В гостинной два стола: обеденный раздвижной и стол для работы, мягкая мебель, просторная кровать, восемь стульев, диван, два шкафа, сервант, телевизор, телефон, кондиционер, просторная ванная, на полу ковры ручной работы, хрустальные люстры и светильники. Все это удовольствие стоило 10 р. 50 коп. в сутки. На территории резиденции расположен прекрасный парк с разнообразными растениями, в саду гуляют павлины и джайраны.

            Организовано было трехразовое питание. Каждое утро к нам приходил т.Рашидов и спрашивал всем ли мы довольны.

            На следующий день была организована поездка в Корейский колхоз «Полярная звезда». В колхозе основным с/х культурами являются хлопок, рис и кукуруза. По всем этим культурам урожаи самые высокие в республике. Прекрасная планировка поселка. Добротные частный дома, школа, клуб, музыкальное училище. На кукурузных полях высота стебля до 3-х метров, на стеблях по 8 початков кукурузы.

            Вторая половина дня была посвящена совещанию в здании ЦК Компартии Узбекистана. Информация председателя комисси, выступления представителей различных организаций. Приглашены корреспонденты различных газет, телевидения и радио.

            1 июля. Обсуждение вопросов, связанных со строительством баз на трассе главного канала подачи воды из Сибири в Среднюю Азию.

            По регламенту и распорядку работы я все время должен был находиться в составе правительственной делегации. Поэтому, находяь в Ташкенте, где живут мои родственники: отец, мать, четыре сестры, два брата и большое количество племянников, я не мог с ними повидаться. В конце последнего напряженного дня, наша колонна правительственных машин возвращалась с очередной поездки по колхозам по ул.Паркенской где живут мои родители. Я попросил шофера выпустить меня из машины. Последнюю ночь я провел в родительском доме. На следующее утро я обязан был быть в составе делегации. Чтобы добраться до гостиницы мне понадобилось более часа ловить такси. Пришлось остановить часную машину и благополучно добраться до гостиницы.

            2 июля. Наша делегация возвратилась в Москву. К моему удивлению в аэропорту «Домодедово» каждому члену делегации была вручена картонная коробка с фруктами. Содержимое коробки соответствовало занимаемой должности. Помощник министра мне рассказал, что у министра кроме фруктов был коньяк и различные пакеты.

            Восточные люди гостей из Москвы всегда встречают и провожают с почестями.

            На этом закончилась одна из самых ответственных, напряженных и тяжелых поездок.

 

Некоторые воспоминания прожитых лет в разные периоды жизни

 

Эти описанные отдельные случаи жизни будут интересны моему будущему поколению –

детям, внукам, правнукам и т.д.

 

1.  О деньгах

 

2.  Оплата труда

 

3.  Как нас обворовывают

 


 

1.  О деньгах

Некоторые воспоминания будут интересны для молодого поколения нашего рода

            Я не жаден, но и не транжира. У меня не было богатых родителей. Когда папа был призван в армию в 1941 году, мы остались с мамой и четырьмя детьми. Кстати, мама моя безграмотная, но прекрасная домохозяйка. Во время войны мы никогда не имели денег. У нас было натуральное хозяйство: корова, кролики, овцы. Корм для животных мы добывали сами. Летом и осенью сочные травы, а на зиму заготавливали сухой корми закупали жмых (отходы от хлопкового масла).

            Я никогда не имел лишних денег, но и никогда не был безденежным. Я не получал наследства, мне никто никогда не дарил дорогих подарков, вроде квартиры или машины. Все это у меня всегда было заработанное собственным горбом и тяжелейшим трудом. Я всегда очень много работал. В школьные годы на мне лежали обязанности добывать продукты питания для всей семьи (поездки по районным центрам и кишлакам за рисом, мясом, мукой и т.д.) В студенческие годы приходилось разгружать вагоны и выращивать ранние сорта помидор для ликвидации их по дорогим ценам на рынке. Работал на хлопковых полях – собирал хлопок.

            Поездки в экспедиции для проведения изыскательных работ под строительство гидротехнических сооружений, где за работу платили больше, чем в городе – оплачивали квартиру и полевые.

            Деньги мне давались трудно. Я не мог позволить себе их легко профукать.

Богат не тот кто много зарабатывает, а тот кто разумно и экономно расходует.

 

1.      Деньги, которые валяются на земле.

 

Я часто наблюдаю, как вполне интеллигентные люди роятся в мусорных урнах. Я этого никогда себе не позволял, но всегда возмущался нашей русской бесхозяйственностью. Знаменитая итальянская «Коза-Ностра» в 30-е годы прошедшего столетия монополизировала именно все вторсырье – весь городской мусор попал в лапы мафии.

Предполагаю, что рынок вторсырья у нас тоже криминализирован. На первой ступени собирательства вторсырья в основном пенсионеры, которые собирают бутылки. За день старушка может собрать 20-30 бутылок из-под пива, за что получает от 20 до 35 рублей, зависимости от того где она будет их сдавать. Цена на пивные бутылки от 94 копеек до 1 рубля 40 копеек.

Мафия и государство: борьба за бутылки.

Пустые бутылки – настоящий мусорный клондайк. Это такая же ценность, как любой другой природный ресурс.

Подняться со ступени собирательства на более высокую в данной области ступень очень просто. Для этого надо обустроить пункт сбора бутылок. Самое интересное, что прибыль здесь получают чистыми наличными. Налоги здесь не платят! Нет никаких лицензий на сбор бутылок, поэтому государство недополучает миллионы рублей за сбор своего родного мусора. Вместо Родины, деньги получает с каждого приемного пункта рэкет.

Часто пункты сбора бывают «одноразовые». К примеру, понадобились мужикам деньги, несколько тысяч рублей, они организовали сбор. Поработали месячишко и свалили «без шума и пыли».

За месяц, при наличии пункта и машины «Газель», можно заработать до 72 тысяч рублей не облагаемых налогом! Если нужно больше, наймите две машины и получите в два раза больше.

Неиссякаемый источник денег для России – это пустые бутылки! Нефть, газ и прочие природные ресурсы рано или поздно иссякнут, а пить русский человек будет всегда. Значит звонкий кругооборот тары в народе вечный. Значит деньги у нас под ногами.

Известно, что западные предприятия по производству напитков, отказываются от пластика и алюминия. Баночные напитки отравляют нас цинком, пластик – штука не очень полезная, поэтому экологически продвинутое человечество предпочитает стекло.

В настоящее время, с такими алчными предпринимателями собирается бороться государственное унитарное предприятие  «Мособлтара». Предприятие хочет, чтобы мужики из пунктов приема посуды платили налоги. Для этого всем им нужно купить лицензии по 10 тысяч рублей в месяц.

Таким образом, Родина в лице «Мособлтара» надеется выхватить из рук мафии стеклянные потоки.

Получится ли это у них? Это нам покажет время. Мне кажется. Что сменится мафия. Она станет государственной.


 

2.  Оплата труда советским специалистам за рубежом

 

В Советский период жизни, мы жили за «железным занавесом», и не имели никакого представления, как живут люди в капиталистических странах и как оплачивается их труд, когда они выезжают на работу за границу.

1956-1957 годы. Работая за границей, в нашем дружественном Афганистане, в тесном контакте со специалистами из Западной Германии, мы постепенно узнавали, на каких условиях они  выполняют работы и как оплачивается их труд. Особенно бурные споры на экономические темы возникали на неофициальных встречах, после принятия «Шнапса» и пива. В этих бурных спорах и дискуссиях мы никогда не были победителями.

Любой специалист, приехавший на работу за границу, имел у себя дома банковский счет, на который ему переводились заработанные деньги. Мы в это время не имели даже счета в сберегательной кассе. Особенно большое участие в спорах на экономические темы принимал мистер Борич, который соорудил небольшой примитивный самогонный заводик, готовил для советских специалистов самогон из тростника и сушеного винограда (изюма). Он всегда приводил примеры из своей жизни: «Работая в Бразилии, за три года мне на банковский счет, в Западной Германии, перевели около 100 тысяч долларов. А что вам переводят на ваши счета?».  Нам нечего было говорить. Оставшаяся в Советском Союзе часть нашей зарплаты (60%), предназначалась для содержания семьи. А что нам здесь платят, нам хватало на жизнь и приобретение различных бытовых изделий и одежды.

В то время мы считали, что мы получаем большие зарплаты, но позднее мы узнали, что нам платят в 10-12 раз меньше, чем специалистам из Западной Германии.

Руководитель контракта нашей экспедиции, получал 6500-7000 афгани, а руководитель контракта на строительстве ГЭС Сароби, мистер Оберляйн, получал 1000-1100 долларов, что в переводе 70-80 тысяч афгани. Мы на это не обращали большого внимания, нам льстило то, что мы советские специалисты работали в Афганистане.

В последующих поездках в Афганистан, мне приходилось принимать участие в подготовке материалов для заключения контрактов. Кроме того, я ознакомился с материалами других заключенных контрактов, как в Афганистане, так и в других странах. Кроме комплектации оборудования, снаряжения и материалов, меня интересовали вопросы оплаты труда и быт советских специалистов за рубежом.

Ознакомившись с большим количеством материалов, я выяснил, что в смету расходов на содержание советских специалистов за рубежом, закладывается сумма от 1500 до 2000 долларов в месяц на одного человека.

Таким образом, мы советские специалисты, работающие в Афганистане, получали примерно от 100 до 120 долларов, что составляло 8-10% от сметной стоимости, заложенной в контракте.

Специалисты капиталистических стран, командированные для работы за границей, получали 50-60%.

Следует также отметить, что бытовые условия резко отличались друг от друга.

Немецкие специалисты жили по одному человеку в комнате, мы же по два-три человека. В полевых условиях наши специалисты жили в палатках, готовили пищу в полевом лагере. Транспорт у нас был ограничен. Немцы в таких условиях работать отказывались.

В палатках немецкие специалисты не жили. Они располагались в гостиницах в близ лежащих городах. Питались в ресторанах при гостиницах.

Знакомясь с многими работами, выполненными специалистами других стран, мы делали выводы, что капитальных и серьезных работ они не выполняли. Вместо шурфов-закопушки, топографические работы с разряженными сетками и только мелкого масштаба.

Мы же привыкли на всех этапах работ выполнять большой объем. Основное внимание уделяли работе, а не быту.

В то время мы не обращали на это внимания, и были благодарны Советскому Правительству, что нам доверили работу за границей.

Обогащаясь опытом работы за границей. Общаясь со специалистами других стан, мы стали критически относиться к публикациям в средствах массовой информации Советского Союза.

За несколько лет работы за границей, постепенно набирая опыт, необходимо было найти пути и способы возмещения недополученных денежных средств специалистам, работающим в тяжелых условиях пустынь и полупустынь. Обычно, работая по контракты в Афганистане. Где денежными и материальными средствами распоряжается афганское руководство, трудно бывало с поездками по стране как по работе, так и в дни отдыха. Всегда у них то нет бензина, то трудности с транспортом.

Наш контракт был заключен на условиях: крупное оборудование, автотранспорт ГСМ (горюче-смазочные материалы) и зарплата специалистов предоставляется за счет Советского Союза. Жилье рабочим, вьючный транспорт предоставляла Афганская сторона. Работа в 1956-1957годах осложнялась тем, что часто были перебои с транспортом и бензином, так как у афганского правительства не хватало денег.

В последующих работах в Афганистане. Мы не зависели от афганской стороны с транспортом, шоферами и бензином. Возникла проблема с поездками на большие расстояния по стране из-за отсутствия талонов или денег на бензин.

Имея большое количество горюче-смазочных материалов. Нам удалось получить разрешение в Министерстве общественных работ Афганистана,  обменивать на талоны или продавать частным бензоколонкам бензин в городах Иман-Санбе, Хамабаде и Толикане.

Учитывая мои нормальные и доброжелательные отношения. Как с афганским руководящим составом нашего контракта, работниками погранзастав, таможни, местной полиции, а так же дружественные и взаимовыгодные отношения с работниками нефтебазы в Нижнем Пяндже на советской территории, мне пришлось наладь поставку бензина из Союза на частные бензоколонки.

Нижне Пянджская нефтебаза могла отпускать мне до 50 тонн бензина, не дожидаясь получения фондов. У них всегда в остатках, крупных резервуарах было 100 тонн неучтенного бензина.

Доставку ГСМ от  нефтебазы на правом берегу р. Пяндж до склада на базе экспедиции, осуществляли с помощью понтонной установки для бурения скважин в русле реки и автомобиля ЗИЛ-157 (бензовоза).

На понтоне располагалось 100-120, двухсот литровых бочек. Эти бочки на правом берегу заправлялись из резервуаров, затем с помощью катера переправлялись на левый афганский берег. Далее, с помощью специально сделанного удлинителя, бензин закачивался в бензовоз и развозился на склад экспедиции или на частные бензоколонки в близлежащие города. У меня с владельцами бензоколонок были самые теплые и дружеские отношения, поэтому на взаимовыгодных условиях бензин сливался в хранилища.

Доставка бензина доверялась только самым приданым и проверенным на протяжении длительной работы специалистам, Олегу Струкову и Володе Щербань. Пока бензин сливался в хранилище. Я с хозяином бензоколонки обсуждал производственные и бытовые проблемы, за чашкой чая или кофе, и шашлыка

За каждый отправленный бензовоз экспедиция получала 25-27 тысяч афгани или на эту сумму талонов, по которым можно заправляться по всей территории Афганистана. Таким образом, наша экспедиция никогда не испытывала недостатка в бензине и мы могли сколько угодно перемещаться по стране, заправляясь на любой бензоколонке за талоны или деньги.

Кроме этого наличные деньги использовались для поощрения лучших работников экспедиции, и, в критических случаях, когда афганское руководство не имело возможности в срочном порядке получить деньги в банке и направить рабочих с нашими специалистами, я выдавал им в долг любую сумму от 50 до 100 тысяч афгани. В тот период работы в Афганистане легковая машина «Москвич» стоила 25 тысяч афгани. Следует отметить, что афганское руководство всегда и в оговоренный срок возвращало одолженную сумму денег.

У меня в сейфе всегда в резерве имелось от 410 до 500 тысяч афгани. Кроме поощрения работников экспедиции нам постоянно приходилось встречаться с руководителями консульства. Посольства, торговых представительств, а также афганских руководителей: губернатора провинции, мэров городов, начальников погранзастав, купцов и других представителей от руководства Министерства общественных работ.

У нашего прекрасного повара Лохмутова Юры, всегда имелись хорошие продукты. Прекрасная посуда для приготовления вкусных блюд. А всевозможные напитки, начиная от армянского коньяка «Арарат» и до натурального медицинского спирта всегда хранились у меня и выдавались в зависимости от наличия гостей.


 

3.  Как нас обворовывало государство

 

Июнь, 2000 год

 

14 января 1989 года. На имя моего внука Михаила Евгеньевича Кияткина, в сберегательный банк №797301358, расположенный в г.Москве по ул. Шипиловская, 25 был внесен целевой вклад на счет №Н-51 в сумме 1000 рублей срок на 10 лет. Мише в этот момент было 2 года и 5 месяцев. По существующему законодательству, вклад выдается вкладчику, достигшему 15 лет и более при условии хранения не менее 10 лет. При этом выплачивается 4% годовых. Проценты выдаются только с суммой вклада.

В июле 2000 года. Наш Мишутка приехал из Америки навестить своих бабушку и дедушку. В связи с тем, что его вклад находился в сберегательном банке более 10 лет, мы решили с ним выяснить судьбу нашего целевого вклада и получить большую сумму.

После непродолжительной беседы с контролером сбербанка, нам сообщили, что на счету №Н-51 в настоящее время находится сумма 132 рубля, и получить ее Миша может только тогда, когда ему исполнится 16 лет.

Миша спрашивает меня: «Дедушка, когда ты положил в сбербанк 1000 рублей на мое имя, сколько стоил 1 доллар США?». Я ему ответил: «В 1989 году, 1 доллар США стоил 65 копеек. Так что сумма 1000 рублей на то время была равна 1500 долларов США». «А почему тогда в течение 11 лет моими деньгами пользовалось государство и получало прибыль, а нам сейчас ходят выдать всего лишь 5 долларов?», Миша был удивлен и громко, громко выкрикнул: «Как вас здесь грабят?».

Я его постарался успокоить и сказал: «Миша! Мы к этому уже привыкли, нас ограбили везде и во всем. Во время приватизации, во время обмена денег, а больше всего во время подорожания доллара. Те, у кого в банке находились доллары, их запретили снимать и пересчитали по курсу 8 рублей 20 копеек, а доллар стремительно подорожал и стал стоить 25-30 рублей. Таким образом, вкладчики получили в 4-5 раз меньше».

В конце 1947 года была проведена первая послевоенная денежная реформа, которая носила конфискационный характер.

10 рублей старых денег обменивали на 1 рублю новых. Но для вкладчиков сберкасс предусматривались льготы: вклады до трех тысяч рублей обменивались в соотношении 1:1, от трех до десяти тысяч рублей 3 рубля на 2, а свыше десяти тысяч рублей 2 рубля к 1 рублю.

За 53 летний период с 1947 по 2000 годы государство несколько раз проводило денежные реформы.

После распада Советского Союза, за 10 лет денежная реформа проводилась два раза. Особенно большие денежные потери понесли люди, хранившие деньги в сберегательных кассах до денежной реформы 1991 года.

После окончания института, я, моя жена Мария и ее мама Елизавета Годфридовна, работали и получали приличные зарплаты. Старались ни в чем (что необходимо для нормальной жизни) себе не отказывать. Разумно и экономно вели домашнее хозяйство, никогда ни у кого не занимали денег и всегда имели возможность отложить определенную сумму на сберегательную книжку, как раньше говорили «на черный день».

За длительный период жизни, на наших сберегательных книжках накопилось порядка 28 тысяч рублей: сб.кн. №1564/015 – 5472р., сб.кн. №7978/01189 – 2912р., сб.кн. №7978/01189-4144р., сб.кн. №7978/01358 – 1000р. (детский вклад 1989 года), сб.кн. №7978/01411 – 2500р., сб.кн. - №7978/01358 – 3000р., сб.кн. №7978/01358 – 8745р..

Все вышеуказанные вклады, в 1991 году были «заморожены» и до 2000 года вклады по ним не выдавались. В 2000 году начали выдавать вклады инвалидам Iи II группы по 1000р. каждому вкладу. Мария – инвалид IIгруппы вместо 20500р. получила 5000р.. Таким образом, государство украло у нее 15500 рублей, но это мелочи. По имеющимся нашим вкладам, в 1990 году мы могли бы купить 4 автомобиля «Жигули» или 70 холодильников «ЗИЛ-Москва». А в 2000 году на полученные деньги мы могли купить один комплект резины (5 колес) для автомобиля «Жигули».

Мои вклады 8500 рублей пока заморожены, когда их будут выдавать поке не известно.

 

Путевые заметки

1956 год                                                                 

1.     Первые впечатления о Кабуле и Афганистане        

            За две тысячи последних лет много произошло изменений на земном шаре. В Америке построили небоскребы, мосты, круизные порты, в Европе Эйфелева и Останкинская башни, автомобильные дороги с постоянными пробками, ночные кафе, пивные крупные театры и музеи и много другое...

            В Афганистане можно увидеть громадные телеги с человеческой тягой, тысячелетний скрип изношенной оси и колеи. Ступая на землю окраины Кабула, чуешь вкрадчивый запах канализации, можно смело переводить свои часы на несколько веков назад. Это древняя отсталая страна нетронутая культурой, навеивает столько воспоминаний, что она держится за свое прошлое. Первое, что удивляет новичков в Кабуле – столице Афганистана – это хроническая отдышка при быстрой ходьбе или подъем по горной тропинке, не запыхавшись. Город расположен на высоте от 1700 до 2000 метров на д уровнем моря.

            Вода здесь закипает при температуре ниже 100 градусов. Старая часть города представляет собой своеобразный музей восточной архитектуры. Скопище двух-трехэтажных каменных или глинобетонных домов, построенных руками умельцев – истощающих прохладу. Здесь можно купить все дары земли и изделия рук человека. Город испускает сложное благоухание – волнующий запах пряностей, ароматы индийского и цейлонского чая, запахи свежих лепешек, жареных в масле и запах гнили, исходящий от мусорных куч. В ряду специй першит в горле.

Иностранцев в пестрой толпе мало. В основном они толкутся у лавок, где продаю серебро, золото и старинное орудие. Некоторые из них делают на этом бизнес, за бесценок скупают и продают за бешеные деньги европейским коллекционерам. На рынках узнаются последние известия, а в чайханах и харчевнях заключаются торговые сделки.

Афганцы обычно не выходят из дома на улицу без «ПШАКА» - нож с широким лезвием кинжала в кожаных ножнах. Форма и отделка этого ножа, часто зависит от социального происхождения владельца.

            Женщины в Афганистане – это фабрика производства детей. Они рожают каждый год начиная с 15-16 лет (средний возраст невест) и к 30 годам превращаются в старух, а муж берет себе (покупает) в жены молодую.

            В пустынной части Афганистана десятки тысяч кочевников, перегоняющих свои стада в места, где сохраняется корм для них. Живут они в примитивных для жилья условиях – шатрах.

            Шатер – натянутые на деревянные колья пестрые шерстяные полотнища. Боковые стенки его не закреплены, чтобы не мешать циркуляции воздуха.

            Горячий ветер поднимает тучи песка, который в миг облепливает все тело. Песок скрипит на зубах, набивается в обувь, трется о потную кожу. И нет спасения от вездесущего его проникновения.

 

2.      Вынужденная ночевка с жителями племени хезерийцев-берберов.

12 апреля 1962 год

            Гидроэлектростанция Наглу на реке Кабул – самая мощная в Афганистане, на строительство которой выполняли специалисты из разных республик Советского Союза. В связи с жатыми сроками строительства, дополнительные изыскательные работы (буровые и горнопроходческие) выполнялись параллельно со строительством плотины. Как обычно, на крупных гидротехнических объектах, бывают задержки с поставкой оборудования и материалов. В I-ом квартале 1962 года строительство испытывало большие перебои с поставкой оборудования и материалов для строительства подсобно- вспомогательных предприятий: бетонного завода, арматурных мастерских и т.д. Часть оборудования находилась на территории Афганистана в порту Ширхан на реке Пяндаж.

            Для ускоренной отгрузки оборудования и материалов из порта Ширхан (Кзыл-Кола), руководство строительства (начальник строительства Лухнев ) попросил меня, как знающего местные условия и язык форси (диалект Кабули) поехать в указанный порт разобраться с документацией и выяснить почему задерживается отгрузка. Кроме порта Кзыл-Кола необходимо было проехать до порта Термез на территории Советского Союза, а из Термеза вылететь на самолете в г.Ташкент и через 2-3 дня возвратиться в Кабул.

            12 апреля в 6 часов вечера на автомобиле ЗИЛ-150 с афганским шофером я выехал из поселка Сароби в Кабул. В связи с некоторыми задержками в дороге в Кабул мы прибыли в 9 часов вечера. Как обычно при поездках в Кабул мы останавливались в  многоэтажной гостинице, арендованной для советских специалистов. Погода испортилась, пошел дождь. Ответственного за гостиницы не было. Идти было некуда. Спать негде. Ждал до 10 часов вечера. Лег спать на лестничной клетке 4-го этажа. Постели не было. Холодно. Пролежал до утра – комендант так и не явился.

            13 апреля рано утром выехали из Кабула на север к отрогам Гиндукушского хребта. От Кабула до Чарикера нормальная хорошая дорога. До долины реки Горбанд на 39-ом км Сарай-Ходжа, на 42-ом – Карабах, на 62-ом селение Чарикар и на 72-ом селение Мотак. На этом участке дорога проходит в спокойной холмистой местности. Дорога в предгорьях закончилась и нам предстояла встреча с суровыми, труднопроходимыми Гиндукушскими хребтами, отметки которого над уровнем моря более 3500-4500 метров. Наш путь к перевалу Шибер - 2987 метров над уровнем моря.

            Мы ехали вверх по реке Горбенд, долина реки, сдавливаемая крутыми склонами, кое где даже скалами, а большей частью галечниковыми обрывами высоких террас. Дорога мчится вверх, с трудом переезжая через боковые долины. В расширенных частях долины встречаются небольшие населенные пункты с глинобитными домиками, построенными на склонах гор. А вблизи от реки небольшие земельные участки, огражденные крупными камнями. Высота над уровнем моря – 2250 метров. Проехали селения Сингерд и Чарду-Курбан. Погода испортилась, пошел дождь со снегом. Вынужденная остановка. Перевал Шиберт закрыт. Скопилось много машин не доезжая до перевала в населенном пункте Данда-Пяндж – одного из самых восточных пунктов в горном Хазараджане. Это место где делают большие деревянные треугольные молотки с металлическими зубьями (пять штук) на одной из сторон. Такими молотками пользуются келинары при остановке машины на склонах дороги. Келинар – помощник шофера, в обязанности которого входит, подкладывание деревянного молотка под заднее колесо грузовой машины в горной местности. Под тяжестью машины металлические зубья вдавливаются в землю и машина останавливается. Чтобы стать шофером келинар должен отработать около 7 лет. Первые два года он во время езды находится на заднем краю кузова. Затем ему разрешается некоторое время собирать деньги с пассажиров. Следующим этапом, ему разрешено ездить в кабине, заправлять машину бензином, следить за двигателем и иногда ему доверяют вести машину. Через 6-7 лет он уже может самостоятельно вести машину.

            Афганистан – многонациональное государство, где проживают более 20-ти национальностей (по данным на 1958 год). Господствующие афганцы - около 5 млн. человек, таджики – 2,5 млн., узбеки – около 1 млн. Центральную горную часть населяют хезарийцы-берберы (свыше 1 млн. человек) – это потомки населения, входящего в состав монгольских полчищ, вторгшихся в Афганистан в 16 веке нашей эры.

            Ночевать мне пришлось вместе с шоферами-афганцами в дукане – помещении типа среднеазиатской чайханы. Хозяин дукана Раушан-Дель принял меня радушно, не смотря на то, что хезарийцы очень жестокий, суровый и воинственный народ. По-видимому, из-за того что при разговоре с ним я использовал некоторые бытовые изречения из Корана. Например,  «Худо медона» - один Бог только знает, «Иншалас» - Один Бог только знает или если Бог даст и т.д. Большинство хезарийцев в возрасте до 15 лет имеют при себе рогатки «Палахнаны», а старше вооружены винтовками, ружьями, некоторые из них воспламеняются от кремниевого камня, а более современные от консулей.

            Что собой представляет дукан-чайхана – гостиница Раушан-Деля. Помещение, построенное на склоне горы – из местных материалов (камень, глина, камыш и тонкие балки тополя) размером 9х4,5 мм дверь деревянная не имеет замков, окна маленькие с вмазанными в них стеклами, стены каменные на глиняном растворе. По периметру комнаты сделаны нары – деревянные, на которых сидят, пьют чай и спят. Посреди комнаты установлена двухсотлитровая бочка, переоборудованная под печку, в верхней части вмонтирована труба, которая выводит дым через потолок, сбоку металлическая дверка. Около двери примитивная печка для приготовления горячих блюд. В одной комнате спят, готовят еду и обогревают помещение.

            В горных местах основные традиционные блюда – яичница, вареные яйца, жареная курица, чай с сухофруктами. Мне была приготовлена яичница и чай с сухофруктами. Спать пришлось на шерстяном паласе, а укрывался я халатом, любезно предоставленным хозяином. Ночлежка была в антисанитарном состоянии – много грязи и снега вокруг помещения, а внутри дым, потные люди, вонючие кошмы и паласы. Но все же, все ему благодарны за приют – ночлег не на снегу, а под крышей.

            К утру солдаты афганской армии расчистили снег на перевале, движение через перевал было открыто. При расчете за ужин и ночлег необходимо было расплатиться. Плату хозяин ночлежки с меня не взял. Раушан-Дель мне сказал: «В моей ночлежке за длительное время первый раз остановился европеец, поэтому никакой платы я не возьму».

            Богатые и зажиточные люди из племен хазара имеющие на дорогах небольшие магазины, ночлежки, заправочные бензоколонки к советским специалистам относятся недоброжелательно, они всегда помнят о том, что недалеко то время когда дорога от Пули-Хумри до Кабула будет проходить через перевал Саланг. Участок дороги от селения Матак до перевала Шибар и далее до селения Доши, превратится почти в мертвый участок. На этот участок будут заезжать только те машины, которые идут в горную сторону Херезеджана.

            Весь основной транспорт идет по короткой дороге через перевал Саланг. В настоящее время через перевал Шибар – единственная дорога, связывающая северный Афганистан с южным, по которой перевозятся все основные грузы, поступающие из Советского Союза на строящиеся объекты, а также все грузы других европейских стран для Афганистана.

            Обслуживание дороги, торговля, гостиницы, мастерские – это то за счет чего живет местное население, с окончанием строительства дороги через перевал Саланг этот участок дороги будет загружен значительно меньше.

            14 апреля погода значительно улучшилась, светило солнце, видимость хорошая. Мы благополучно поднялись на перевал по многочисленным серпантинам, за перевалом затяжной спуск вдоль небольших рек, а затем пустыня Дашти Калагай, города Пулихумри, Кундуз и порт Ширхан.

 

Некоторые нестандартные решения принимал я в жизни

 

Меня никогда не пугал тяжелый труд: разгрузка вагонов, обработка земельных участков, поездки в военные годы за продуктами на открытых автомашинах и даже рабский труд п сбору хлопка на колхозных полях, обработанных гербицидами и пестицидами.

В нашей семье меня, моих братьев и сестре приучили с малых лет принимать ежедневно витамин Т. Витамин Т – это труд.

Мне хочется вкратце описать работу на хлопковых полях.

1942-1946 годы проживая в г.Термезе я постоянно в течении 2-3 месяцев вместе с учениками нашей школы работали на колхозных полях – собирал хлопок. Жили мы в антисанитарных условиях бывших коровниках, спали на соломе. Не смотря на то, что мы жили в невыносимых условиях мы все таки выполняли дневную норму. Я всегда перевыполнял ее.

1944 год, 7 ноября. Торжественное собрание, посвященное празднованию очередной годовщины Октябрьской революции. После краткого сообщения о победах на фронтах вручали подарки лучшим сборщикам хлопка.

Мне вручили кирзовые сапоги и ватную телогрейку. В то время я уже был комсомольцем и больше думал не о своем благополучии, а о скорейшей победе и кончине войны. Выйдя на сцену, я произнес: «Я передаю свои подарки, сапоги и телогрейку, для солдат, которые сражаются с немецко-фашистскими захватчиками».

1944-1958 годы я ежегодно принимал активное участие в хлопковых компаниях: как сборщик хллопка и как ответственный за работу коллектива, выехавшего на полевые работы.

В суровые послевоенные годы, когда стране нужно было много хлопка, большая часть городского населения выезжала на сбор хлопка. Начиная от учеников старших классов и кончая пенсионерами. Оплата за сбор хлопка была мизерна. Рабам в капиталистических странах платили больше , чем нам.

Период сбора хлопка в городах и кишлаках Средней Азии напоминает мертвый сезон. На два-три месяца закрываются двери школ, институтов и учреждений. В половину мощности работают заводы, фабрики, запираются двери райкомов и горкомов: все на хлопке под палящим солнцем. Школьники, студенты, кормящие матери, старики, врачи и учителя. Никому никаких поблажек и скидок. Среди руководящего состава предприятий в Узбекистане родились поговорки: «хлопок не посадишь - тебя посадят, хлопок не уберешь - тебя уберут». В эти дни все говорят только о хлопке, все следят а сводками о выполнении плана. Ежедневно в газетах публикуются показатели сбора за день и нарастающим процентам по областям. Газеты, радио, телевидение служат одному Богу – хлопку.

Две третьих сельских жителей работают на хлопковых полях. Принуждение и страх гонят людей на хлопковые поля. Страх и принуждение, а не заработок. У сборщика хлопка заработок очень низкий, а труд изнурительный, монотонный. 10-12 тысяч раз нагибается человек пока выполнит дневную норму. А чтобы собрать 100 кг, за которые платят 5-7 рублей, надо нагнуться 25 тысяч раз.

Адская 40 градусная жара, отравленные ядохимикатами растения и земля, безводье разрушительно сказываются на здоровье человека, особенно женщин и детей.

Студенты дольше всех работали на хлопковых полях. Обычно, сбор хлопка начинается с середины сентября и заканчивается в конце декабря. Студентов всегда обманывали. Срок пребывания на сборе хлопка составлял от 10 дней до 80-90 дней.

Хорошо мне запомнился 1950 год, когда нас студентов направили на сбор хлопка на 10 дней. Норму десятидневную я выполнил за 4 дня, и меня отпустили домой. Затем студентов задержали еще на два месяца. За это время я отработал на сборе хлопка за своего отца 15 дней. Получил приличную сумму. Затем меня попросили отработать 15 дней за главного инженера завода  резино-технических изделий Шаузеца. Он мне оплатил за каждый день пребывания в колхозе 150 рублей и плюс то, что я заработаю на сборе хлопка (моя месячная стипендия была в то время 350 рублей). После этого меня попросили отработать на хлопке за начальника цеха этого завода 15 дней. Оплата такая же. За это время к родителям неоднократно приходили представители института с требованиями возвратиться в колхоз на сбор хлопка. Они всегда отвечали, что он в колхозе на сборе хлопка. Я действительно работал на хлопковых полях. В конце ноября месяца меня поймали, и я был вынужден возвратиться в колхоз, где работали студенты нашего института. Отработав 7 дней, нас вывезли домой. Этих семи дней мне было достаточно, чтобы завшиветь. Жили студенты обычно в коровниках. Спали на соломе. Вспоминая, сейчас удивляюсь, как, все-таки безжалостно обращались со студентами с дешевой рабочей силой.

Но несмотря на такие трудности и ужасные бытовые условия, мы вечерами пели песни и развлекались.

1951-1952 годы студентов различных институтов посылали на сбор хлопка в разные колхозы, но в один район. Недалеко от нашего политехнического института работали студенты Средне-азиатского государственного университета, где на биологическом факультете училась моя будущая жена – Мария Андрусенко. Девушкам из города очень и очень тяжело было работать на сборе хлопка. Я иногда после выполнения дневной нормы умудрялся добраться до соседнего колхоза и помочь собрать норму Марии.

Вся ее группа завидовала и говорили «не упусти этого мальчика». Больше всех переживала Ума Буцкова, ее отец из Королевской семьи Афганистана был консулом в г.Ташкенте. Ума (на афганском языке это «птица счастья») – родилась в г.Кабуле. В это же время в Королевской семье Ирана родились два мальчика, один из которых мог быть ее мужем.

Но судьба распорядилась по-другому, ее папу в 1937 году арестовали и жизнь ее изменилась. В последствии ее папа жил и работал в Москве в радиокомитете. Ума осталась в Ташкенте и училась как обычная студентка. Вместе со всеми ездила на сбор хлопка. Увидев меня с Марией, она со слезами на глазах говорила: «Где эти два принца, которые меня должны были взять в жены?»

1961 год. По неизвестным мне обстоятельствам меня избрали секретарем партийной организации Средне-азиатского института Гидропроект в это время я занимал должность заместителя директора института по изыскательским работам.

В моем подчинении были 4 крупных отдела: геологический, гидрологический, топографический, ремонтно-механические мастерские и база со складскими помещениями (мне было всего 32 года).

Приступив к работе меня заинтересовала премиальная система работников изыскательный экспедиций и руководящего персонала отделов. Почему-то начальники и главные специалисты отделов, находящиеся в Ташкенте, получали во много раз больше премий, чем специалисты, работающие в тяжелых климатических условиях, в дали от семей.

Суть дела заключалась в том, что премии начислялись по количеству отработанных дней на каждом объекте. Проанализировав премиальные ведомости за прошедшие годы, я обнаружил, что у начальников отделов в суммарных ведомостях получалось более 365 дней для премирования (они работали без выходных и праздников).

Пришлось приготовить приказ «О начислении премиальных» пропорционально затраченного времени по каждому объекту. Работники экспедиций стали получать полностью за весь период работы в тяжелых полевых условиях.

Это вызвало большое возмущение пожилых начальников отделов, привыкших получать большие премиальные суммы.

Будучи секретарем партийной организации и заместителем директора по изыскательским работам, мне было значительно легче претворять в жизнь и общественную работу новые нестандартные решения.

1961 год, осень, начало хлопко-уборочной компании. Примерно 30% сотрудников нашего института отправлены на сбор хлопка. Обычно во время празднования дня Октябрьской революции 7-го ноября 2-3 нерабочих дня. В эти дни директор и секретарь партийной организации выезжают поздравить коллектив, работающий на сборе хлопка, с праздником. Мне пришла мысль на партийном бюро предложить выехать на 3-4 дня всем членам партийного бюро и принять участие в сборе хлопка. Так, как это чисто политическое мероприятие, все члены проголосовали за это предложение.

6-7-8 ноября мы находились в колхозе. 6-го ноября на общем собрании, мне пришлось поздравлять всех с праздником. Я очень не люблю выступать с длинными речами. Кроме поздравления я предложил в сем членам партийного бюро, приехавшим выйти в поле и собирать хлопок вместе с нашими сотрудниками. А от себя вызвал на социалистическое соревнование всех сборщиков хлопка. До меня потом дошли слухи «К нам приехал ненормальный секретарь». Обычно директор и секретарь в эти дни пьют водку с руководителем колхоза и не появляются на поле.

7-го ноября весь рабочий день я и члены партийного бюро работали на сборе хлопка. Я собрал значительно больше нормы, а никто из приезжих не собрал дневную норму. Следующие два дня мы работали вместе с сотрудниками института. Я привык к тяжелой работе, а пожилые члены политбюро не могли выдержать. Закончилась хлопковая компания. Началась более спокойная производственная работа, мне приходилось часто выслушивать критику в свой адрес.

В декабре месяце появилась срочная работа в Афганистане. Необходимо было выполнить изыскательские работы для нового варианта плотины на р.Кабул. Так как я уже два раза возглавлял изыскательские работы для гидротехнических объектов, знал местные условия, язык форси, мне предложили возглавить предстоящие работы. Я для них был не совсем удобным, как заместитель директора и секретарь партийного бюро.

В течение одного месяца, несколько раз заседало руководство одного института и партийного бюро с обсуждением моей кандидатуры возглавить предстоящие срочные работы в Афганистане. Я не давал согласия, но когда ко мне обратились рабочие, с кем я работал (геологом, буровиком, топологом) в Афганистане, я не выдержал и согласился.

Срочная командировка в Москву, а из Москвы не заезжая домой  я вылетел в Кабул. Все необходимое для работы и личные вещи мне принесли в аэропорт Ташкента.

Работа была интересная но очень трудная, так как наша экспедиция полностью зависела от руководства строительства гидроэлектростанции. Отработав около одного года я возвратился домой. Мое место замдиректора занял бывший до меня Лебедев Петр Львович (который был раньше освобожден от занимаемой должности). В нарушение всех имеющихся законов я не получил должность, с которой уехал на работу за границу. Перешел работать в проектные отделы. У меня сложились хорошие отношения с работниками Московского института Гипроводхоз и через несколько лет меня пригласили на работу в Москву. На этом закончилась моя политическая карьера. Но об этом я никогда не жалел.

 

Послесловие

 

            Собирая по крупинкам данные о нашем роде, я узнал и понял, что самое большое богатство – это дети и родственники. В молодости хочется погулять, повеселиться, достичь какого-то положения в обществе и работе, поэтому ограничиваются одним ребенком, а некоторые и одного не хотят. Надо было брать пример с нашего старшего поколения не ограничиваться одним ребенком. В пожилом возрасте я это понял и поняли многие мои знакомые и друзья, особенно те, кто не имеет детей. К сожалению время упущено. Не надо жалеть времени и средств на воспитание и учебу своих детей. Лучше скромно одеваться, нормально питаться, и не стараться гнаться за модой, все рекламное на первый взгляд кажется модным, но без этого можно прожить. Не надо верить рекламам, все это в основном делается для реализации производимой продукции, залежавшейся на складах в магазинах.

            Все, что будет заложено в воспитание детей и израсходовано, возвратиться Вам в пожилом возрасте. Воспитывать в детях любовь к труду, уважение к родителям, родственникам и пожилым людям.

Среди старшего дореволюционного поколения, наши предки, мужчины и многие женщины, несмотря на то, что занимались сельским хозяйством и переработкой выращенной продукции, старались учить своих детей грамоте. Род Кияткиных, в основном трудолюбивые и жадные на работу, стремятся реализовать свои знания, а также использовать все новейшие достижения в науке и технике в процессе производства работ по своей специальности.

Характерной особенностью старшего дореволюционного поколения является сохранение семьи с момента свадьбы и до смерти. Большинство семей доживали вместе до серебряной, золотой свадьбы, а мои родители и мы с Марией до брильянтовой и семь лет после нее (67 лет), а все сыновья доживали до золотой свадьбы, а сестры уже дожили до серебряных.

В среде нашего большого рода есть специалисты всех отраслей народного хозяйства: врачи, преподаватели, строители, механизаторы, архитекторы, биологи, переводчики, художники, научные работники, изыскатели (геологи, геофизики), военные, общественные деятели, воспитатели в детских садах, фермеры, агрономы, работники банков, таможенники, менеджеры и адвокаты. Среди большого количества родственников до революции (1917 г.) необходимо отметить:

            - Федор Петрович, 1876-1941 гг. – наиболее одаренный энергичный, предприимчивый, програссивный промышленник-капиталист. Принимал активное участие в строительстве железной дороги Троицк-Кустанай. Вложил свой капита в строительство. Был председателем Русско-Азиатского банка, член Кустанайской городской думы.

            - Михаил Иванович – окончил Кустанайское городское училище. Стал чиновником. Работал на почте. Сын Михаила Ивановича – Михаил (1903 г.) окончил Московский государственный университет, факультет внешних отношений. Работал в нескольких Советских посольствах. Постоянное место жительства г.Москва.

            - Павел Петрович (1833-1916 гг.) и его сыновья Федор (1876-1941 гг.) и Иван (1872-1921 гг.) были богатые. Все они имели мельницы в г.Кустанае. Торговали пшеницей и мукой. Мельницы были разрушены после второй мировой войны.

            - Петр Филиппович, 1898-1979 гг. – уникальная личность. Закончил Ленинградский сельско-хозяйственный институт. Всю жизнь занимался практически научной работой. Вывел несколько новых пород коз и баранов. Доктор сельско-хозяйственных наук, профессор Узбекского научно-исследовательского института животноводства. За 50 лет работы внес большой вклад в развитие мясо-молочного овцеводства и козоводства в Узбекистане. Опубликовал более 155 научных работ.

            - Кузьма Филиппович, 1901-1993 гг. – не имел высшего образования. Специалист высшего класса по финансовым и бухгалтерским делам. Всю свою жизнь работал главным экономистом и главным бухгалтером в крупных артелях и заводах. До последних дней своей жизни сохранил хорошую память. Много читал, прекрасный рассказчик. Следил за политической и культурной жизнью страны.

            - Аркадий Кузьмич, 1928 г.р. –известный в Узбекистане и за его пределами, бывшими республиками Средней Азии ботаник, кандидат биологических наук, более 50-ти лет посвятил развитию цветоводства. Им было выведено 250 сортов хризантем, 350 сортов роз и много других декоративных растений. Написано им 6 книг и большое количество научных статей.

- Азарий Кузьмич, 1929 г.р. – инженер-гидротехник строитель. Проектировал и принимал участие в строительстве крупных гидростроительных сооружений Средней Азии и Афганистана: Чарвакская ГЭС на реке Чирчик, Нурская ГЭС на реке Вахш, Тогтагульская ГЭС на реке Нарыш, ГЭС Наглу на реке Кабул. 20 лет принимал участие в проектно-изыскательских работах по проблеме распределения части стока Сибирских рек в Казахстане и Средней Азии. Принимал участие в подготовке материалов в составе правительственных комиссий для заключения контрактов на работу в Ираке, на Кубе, Южно-Африканской республике, Нигерии, Китае. 4 раза был руководителем и заместителем руководителя контрактов в Афганистане. 5 лет был экспертом Организации Объединенных наций по экологии (Женева, Найроби). Работал в 16 различных странах. Написаны две монографии и 45 научно-популярных статей. Помимо основной своей работы, всегда принимал активное участие в общественной жизни. Был секретарем Парткома Средне-азиатского проектно-изыскательского института «Гидропроект», председателем Профкома института. 18 лет был Председателем кооператива крупной автостоянки в г. Москве (вместимость 600 автомашин).

Географический диапазон его работы очень велик. От крупных рек : Обь, Лена, Волга, Аму-Дарья, Сыр-Дарья до небольших рек Кубы и в Южной Африке реки Лим-По-По. В высокогорных районах Памира, Тянь-Шаня, Гиндукуша, высотой над уровнем моря до 5 тысяч метров до степей прикаспийской низменности ниже уровня моря, а также в пустыне смерти (Дашти Морг) на юге Афганистана и пустыни Калахари в Южно-Африканской республике.

При этом приходилось использовать все виды транспорта – самолеты, вертолеты, параходы, катера, автомашины различных марок, а также лошадей, ишаков, верблюдов и выносливых носильщиков племени Хазара.

Переехав на постоянное место жительство в Америку к сыну, с 2002 года и по настоящее время (2011 год) ответственный секретарь Мерилэндской ассоциации евреев, прибывших из бывшего Советского Союза, Балтиморской ассоциации ветеранов второй мировой войны и ветеранов трудового фронта. Ежегодно принимал участие в торжественных мероприятиях, проводимых посольством Российской Федерации в г.Вашингтоне.

            От имени руководства Правительства России и по поручению Посла Российской Федерации в Америке, вручал награды ветеранам (65 лет Победы на Германией, за освобождение Белоруссии, за полное освобождение г.Ленинграда), а также от правления Американской ассоциации ветеранов второй мировой войны.

            - Константин Кузьмич, 1933 г.р. – инженер механизатор строительного хозяйства. В 1968 году защитил кандидатскую диссертацию на тему «Механизация внесение гирбицидов в хлопководстве». Работал в Алжире в качестве инженера-механизатора на Советской сельско-хозяйственной технике. За период своей научно-технической деятельности напечатал около 80 статей, а также имеет патенты на изобретения.

            - Владимир Костантинович, 1959 г.р. – инженер-технолог машиностроения, окончил Ташкентский политехнический институт. От многих своих двоюродных братьев отличается трудолюбием. Хорошо освоил строительные работы. Построил своими руками квартиру на участке своего деда, а также построил дом в Херсоне. Имеет мастерскую по производству мебели. Его мебель высокого качества пользуется большим спросом.

            - Евгений Азарьевич, 1954 г.р. – профессор философии и доктор медицины. Работал в Москве в различных научно-исследовательских организациях. В 1991 году был приглашен на работу в научную организацию в Канаду. Через 1,5 года был приглашен на работу в Америку. Имеет большое количество научных опубликованных работ (более 165). Прекрасный семьянин. Воспитал двух сыновей. Оба получили высшее образование и хорошо адаптировались в американскую жизнь. Отличительной чертой его характера является то, что он добился всего в своей производственной деятельности своим упорным трудом. Ежегодно принимает участие в международных конференциях по его специальности. Неоднократно выезжал в различные страны по работа (Китай, Англия, Бразилия, Германия и т.д.).

- Дмитрий Евгеньевич Кияткин, 1978 г.р. – первые 7 лет обучался в Советской школе в г.Москве. Следующие 5 лет учился в школах Канады и Америки. После окончания школы 5 лет учился в Индианаполиском университете города Блюмингтон. Затем продолжил обучение в высшей медицинской школе при Индианаполиском университете в г. Индианаполис. По окончании школы вошел в 1% лучших студентов медицинских школ Америки. По результатам конкурса был принят в Джон Хопкинский госпиталь на прохождение практики в городе Балтиморе.

Балтиморский госпиталь Джон Хопкинс считается лучшим госпиталем Америки. Оценка производилась по 17 медицинским специализациям, по критериям, как смертность, используемые технологии и квалификация персонала. Госпиталь вошел в первую десятку по 16 категория, а по гинекологии, отоларингологии и урологии стал первым.

            Успешно закончив 3-х годичное практическое обучение, получил должность госпитального врача терапевта. В возрасте 33 лет ему присвоили младшего профессора терапии.

- Михаил Евгеньевич Кияткин,  - все стадии обучения от обычной школы до Высшей медицинской школы Питсбурского университета прошел в Америке. В высшей медицинской школе срок обучения 7 лет после окончания получает специальность доктора медицины и доктора медицинских наук.

За обучение и выполнение научных работ до 2012 года он получает заработанную плату 2000 в месяц. С 2012 года до окончания в 2014 году будет стажироваться в одном из госпиталей. А затем будет врачем.

- Кияткина Ирина Кузьминична – самая младшая дочь Кузьмы, родилась 27 ноября 1952 года. С детства проявляла большую активность в лечении своих родителей. Успешно закончила школу и в 1970 году поступила в Ташкентский политехнический институт. Закончив институт по специальности инженер-экономист-энергетик. На протяжении всей производственной деятельности она постоянно повышала свое техническое образование.

 1980 году окончила курсы повышения квалификации старших инженеров. После распада Советского Союза экономика начала развиваться по другим направлениям в основном рыночная.

В 1991 году закончила высшие экономические курсы повышения квалификации при Госплане ССР «Формирование и развитие рынка».

В 1994 году обучалась по программе «Подготовка и обучение по управлению энергетических систем для руководителей среднего звена». Параллельно с повышением своего образования, она постоянно накапливала опыт проектно-производственной работы. За небольшой промежуток времени она от инженера выросла до главного специалиста энергетика проекта. На протяжении всей производственной деятельности она постоянно занималась педагогической деятельностью. В Ташкентском политехническом институте вела курсовые и дипломные проекты и читала курс лекций «Экономика энергетики и системный анализ в энергетике».

            В 2008 году будучи пенсионеркой, ее пригласили на работу в г.Москву на хороших условиях: приличная заработная плата и льготная квартира для проживания. Основное место жительство – г.Калуга. В 2012 году построила дом 2 этажа с подвальным помещением, размером 6 на 9 метров.

 

 

 

 

Последнее обновление ( 20.11.2013 г. )
 

Добавить комментарий


« Пред.   След. »

Из фотоальбома...


Совхоз имени Б.Майлина


Здесь Вам не скажут "Добро пожаловать" (похоронное бюро)


Бармаков Александр Николаевич

ВНИМАНИЕ

Поиск генеалогической информации

Этот e-mail защищен от спам-ботов. Для его просмотра в вашем браузере должна быть включена поддержка Java-script

 Инструкция как перевести деньги на КИВИ-кошелек

 

 
 

Друзья сайта

      

Время генерации страницы: 0.398 сек.