"Любторг"

Это рассказ из книги Петра Любченко "След в жизни"

За малым мостом, через наш Тобол. Стояла на отшибе невзрачная землянка, хорошо известная даже за пределами области. Какой-то остряк назвал ее – «Любторгом». Правая сторона обшарпанной постройки была жилой. Левая – принадлежала городскому Общепиту и исполняла роль антисанитарной забегаловки. Около полуразвалюхи постоянно стояли автомашины – «Форды», «Студебеккеры», «ЗИС-5», «ГАЗ-ММ» и еще какие-то трофейные. В этой, так называемой торговой точке, была полновластной хозяйкой – неряшливая особа по имени Любка. Бойко торговала водкой, пивом, сушеной рыбой, хлебом, консервами и подпольным самогоном. Фамилии ее, по-моему, никто не знал.

Молодая, циничная, безотказная продавщица – имела солидные доходы. Кто ехал в дальние рейсы или возвращался из них – мимо «Любторга» не проезжал. Она имела феноменальную память. Мгновенно определяла, кто отдаст долг, а кто нет. На тех, кто брал большие суммы – вела записи в «черной книге», заставляла ставить свои подписи. Могла съездить и по физиономии. Ее несносно-скандальный характер терпели. Где еще выпьешь или что-либо возьмешь в дальнюю дорогу, так сказать в кредит. Частенько протрезвевшие мужики не могли сообразить – брали у нее одну сумму, а отдавать приходилось вдвое больше. Если сильно возмущались, то Люба грозилась карами милиции, где у нее были надежные заступники…

И вот наступило трагическое половодье 1947 года. Тобол вышел из берегов и затопил большую часть Самодуровки (Затоболовки). Малый бревенчатый мост льдины срезали как ножом. А водаподнялась до половины «Любторга». Она с жильцами земленухи залезла на крышу и громкими криками просила об экстренной эвакуации, хотя несколькими днями ранее – прогнала работника метеослужбы, который ее предупредил об опасности затопления. Несколько человек сумели веревками затащить на крышу дойную корову. Добровольцы – смельчаки, на вместительной лодке, долго маневрировали среди льдин, но до страдальцев добрались. Успели снять натерпевшихся страху людей с камышово-глиняной крыши. Лодка отплыла вовремя – землянку затопила огромная льдина, а обреченная корова, отчаянно мыча, поплыла по течению… Любка плакала навзрыд. Не стало многолетнего доходного места. Мужики так говорили:

- Сгори «Любторг», она бы на это пепелище приходила горевать лет десять…

По улице Толстого, где сейчас возвышается «Экспресс» в недавние времена находился ресторан «Тобол». Любка сумела вклиниться в его штат и продолжала «успешно» торговать пивом – с недоливом и обильной пеной. Погрузнела, черты лица заметно огрубели. Еле стала ходить, а потом исчезла с городского горизонта.

                                                        Петр Любченко «След в жизни»