Даньшин Иван Ильич

1925 год

Автобиография

            Даньшин Иван Ильич. Я родился в городе Орске Оренбургской губернии в 1882 году. Родители мои переселились из Самарской губернии. Семья наша состояла из отца, матери и 3-5 человек детей. Отец, засевая 2-3 десятины хлеба, с большим трудом содержал себя и семью, ибо все богатство заключалось в полураскрытой избе и несколько голов скота и кур. Особенно тяжело было просуществовать в неурожайные годы, так как запасов не было. Грамотных в семье не было ни одного человека. Уже в одиннадцать лет я случайно попадаю в школу, в которой можно было научиться кое-как читать и очень плохо писать. Трудно мне далась первоначальная грамота, еле удержался в школе. После двух зимнего обучения в ней я упросил родителей пустить меня для продолжения образования в городское четырехклассное училище, где по аттестации преподавателей учился я хорошо и окончил курс первым учеником. Учиться в городском училище мне было не легко из недостатка материальных средств. Приходилось летом работать с родителями в поле и в огороде и зарабатывать себя уроками и переплетом книг на учебные пособия и одежду. По окончании училища я попытался поискать учебное заведение для продолжения образования, но окончившим эти мещанские университеты все двери были закрыты, и отец настоял на том чтобы я поступил куда-либо на должность и мог оказать помощь семье. После трехмесячных ученических занятий в почтово-телеграфной конторе я был вынужден бросить и пойти на предложенную мне должность учителя сельской школы грамоты. Моя неподготовленность к учительскому делу побудила к особенно усиленным занятием самообразованием, и вот в течение восьми лет да и всей последующей жизни я, бьясь как рыба об лед, старался вырваться из когтей привилегированных хотя частицу наук. Стремясь на педагогические и другие курсы, я приобретал на сбереженные копейки книги, которые для меня стали единственным богатством. В 1902 году я получил место преподавателя арифметики, геометрии и естествознания в Кустанайской второклассной учительской школе. Здесь собирался прослужить с год, заработать сколько-нибудь средств и двинуться учиться, но желания мои из-за семейных материальных нужд не сбылись и я застрял на пять лет. В это время материальное положение матери и братьев, живших в Орске еще более ухудшалось. Нужны были средства для их поддержания. И только в 1907 году, когда старший брат пятнадцати лет по окончании городского училища получил место учителя начальной школы, я мог с неимоверными усилиями из своего 45-ти рублевого жалования сберечь в несколько лет около 400 рублей и двинуться в Санкт-Петербург для поступления на высшие сельско-хозяйственные курсы, ныне Ленинградский сельскохозяйственный институт. Этот капитал составлял все мое благосостояние. Из него я должен был нанимать комнату, расходывать на еду, платить 80 рублей за правоучения, покупать лекции и книги и … берег 25-30 рублей на случай окончательного материального краха, чтобы выехать из Петербурга. Обедал редко – через два дня на третий, да и обедал иногда раз за 3-5-8 копеек. Словом – голодал, на помощь расчитывать не приходилось. Летом в 1908 году немного подработал уроками, здесь же в Кустанае и опять продолжал учиться и голодать в Петербурге, также и в 1909 году. В начале 1910 года по указанию одного из сокурсников товарища тоже учителя, я нанялся учителем грамотности в министерскую школу учебного мин.отряда в Кронштадте, где предполагал прослужить 4-5 месяцев, но год за годом и прослужил народным учителем до лета 1918 года. В это же время продолжал из Кронштадта ездить в Петербург на занятия и работы в лабораториях, кабинетах и лекциями в институте. Зимнее время я руководил занятиями посылаемыми со мной из школы инструкторов к новобранцам, которые предназначались в школы. Занимался отдельно и с инструкторами. Учеба велась главным образом по арифметике, геометрии и начальной алгебре. В 1914 году меня зачислили на государственную службу с теми же обязанностями учителя в школу. Здесь застала меня война с Германией, первая февральская и вторая октябрьская революции. Со своими учениками молодыми моряками я занимал и охранял от контрреволюционных выступлений в февральские дни Николаевский вокзал в Санкт-Петербурге, а в октябрьскую революцию со своими же учениками заведывая ротой был в Новом Петергофе, где разоружали юнкеров. В апреле 1918 года я приехал из Кронштадта в Кустанай в отпуск по болезни, и здесь застрял за прерванностью пути. Поступил учителем в высшее начальное училище и педагогические курсы.

            На колчаковскую мобилизацию я не пошел, по приказу мне выехать пришлось подчиниться. Избегая мобилизации в белую армию, я углублялся в Сибирь, где в Кабанске служил учителем и до прихода 5-й советской армии, участвовал в работах местного исполкома, затем некоторое время учительствовал в 88-й…

            В 1920 году когда весной вернулся в Кустанай, здесь состоял преподавателем школы второй ступени, профшколы красных инвалидов, на педагогических курсах, в школе политчасти упродвоенхоза и в других. Нес различного рода обязанности по профессиональной линии и прочее.

1925 год

ГАКО