"Быть изгнанным из той семьи, в которой я родился, воспитывался и провел всю жизнь..."

1924 год

В Кустанайскую губернскую избирательную комиссию

Гражданина поселка Малороссийского Карабалыкской волости Федоровского уезда Воронкова Даниила

Заявление

            Малороссийский сельской избирательной комиссии я лишен права голоса по 65 статье Конституции за службу в милиции Колчака.

            Постановление это мною было обжаловано в волостной избирательной комиссии, последняя жалобу мою оставила без последствий и утвердила постановление сельизбиркома. Свое постановление волостная избирательная комиссия мне не объявила, чем и лишила меня возможности обжаловать в уизбиркоме. Так как в настоящее время уизбирком уже прекратила свои функции, я прошу губизбирком принять мое заявление к своему рассмотрению.

            Мотивы, побудившие меня обжаловать постановление сельизбиркома, следующие:

1.Врагом советской власти, по своему социальному положению, воспитанию, среде, в которой я провел свою жизнь, я не мог быть и таковым не буду, социальное положение мое крестьянин, бедняк, профессия – служащий, с 14-летнего возраста работаю по наймам в учреждениях.

2.В милиции при Колчаке я действительно служил, послужил не по какому-либо внутреннему убеждению, а исключительно заработать кусок хлеба своему семейству, так как возвратясь в 1918 году из старой армии я нашел свое семейство без куска хлеба и не найдя нигде работы, пришлось поступить в милицию.

            За все время службы в милиции я не совершал никаких проступков, которое могли бы повлечь за собой преследование со стороны советской власти, ибо, повторно, цель моей службы – кусок хлеба.

            Что я не совершив никаких проступков, служа в милиции, подтверждается тем, что будучи житель Кустанайской губернии и возвратясь в 1921 году из Красной Армии домой в город Кустанай, я до сих пор не подвергался никаким преследованиям со стороны советской власти, несмотря на то, что меня многие знают, знали о моей службе в милиции, да я и сам не старался скрыть это, так как никаких преступлений за собой не чувствовал.

3.С приходом советской власти я в декабре 1919 года поступил на службу в Красную Армию, в которой пробыл до мая 1921 года и уволен по демобилизации. После этого я вернулся домой в Кустанай и тотчас же поступил на службу в Губоно, откуда в августе был мобилизован на продработу, работая налоговым инспектором в Федоровском упродкоме и в декабре 1921 года поступил делопроизводителем в Карабалыкский ВИК, где и работая беспрерывно до июня 1924 года, а с июня работаю по выборам в кредитном и обществе потребителей поселка Малороссийского, членом правлений этих организаций.

4.Я сознаю, что служба моя в милиции при Колчаке была преступлением с моей стороны против советской власти, но будучи политически не развитым, в то время я этого не сознавал, а стремился лишь заработать кусок хлеба для своего семейства. Осознав свою ошибку и нравственно за нее страдая, я старался всеми делами загладить ее, работая не за страх, а за совесть в Красной Армии, затем в советских учреждениях, одновременно старался политически воспитать себя, участвуя во всех культпросветительных кружках, с которыми мне приходилось встречаться по месту службы.

5.Лишение права голоса, права быть равным со всеми гражданами СССР, права пользоваться всеми завоеваниями Октябрьской революции, быть изгнанным из той семьи, в которой я родился, воспитывался и провел всю жизнь, такое наказание за поступок я считаю для себя слишком тяжелым.

            В силу изложенных мотивов я прошу губизбирком рассмотреть мою жалобу и постановление Малороссийской сельизбиркомиссии отменить, возвратя право голоса.

1924 года, ноября 24 дня

ГАКО П-16 Опись 1